Победительница - Мелисса Макклон

— Я так понимаю, в нашем уважаемом заведении появился новый посетитель. Добро пожаловать, сэр. Полагаю, вы не видели нашу табличку.

— Какую табличку?

Бекка покачала головой.

— Табличку «Галстуки запрещены», — ответила Джеки.

— Я видел ее, — признался он.

— Тогда мне ничего другого не остается. — Джеки достала из заднего кармана шорт ножницы, склонилась над Калебом, открывая ему превосходный вид на свои пышные формы, и отрезала галстук прямо под узлом.

— Что за… — Калеб уставился на место, где раньше был его галстук. — Это был дорогой шелковый галстук.

— Я предупреждала тебя, — заметила Бекка. — И не один раз, если помнишь.

— Но я и не думал, что они отрежут мне галстук!

— Вы видели табличку и не подчинились правилам этого заведения, поэтому вы заплатили цену.

Невероятно.

— И что теперь будет с моим галстуком?

— Он станет частью декора, — ответила Джеки. — Посмотрите наверх.

Калеб так и сделал. Сотни разноцветных галстуков свисали с потолка.

— Тебе нужно было меня послушать, — сказала Бекка. — Но я не сильно-то старалась тебя предупредить. Мне никогда не нравился этот твой желтый галстук. Не такая уж большая потеря, по-моему.

— Желтый слишком… — начала Джеки.

— Невзрачный, — закончила Бекка.

Невероятно. Герти сказала то же самое. Калеб чуть не засмеялся.

— У вас есть орешки, меню и хорошее чувство юмора, — произнесла Джеки. — Я вернусь через минутку. — Она удалилась.

— Я надеюсь, ты не слишком расстроился из-за своего галстука? — спросила Бекка.

— Вообще не расстроился, — признался Калеб. — Это моя вина. Ты ведь предупреждала меня. Я не послушал тебя. Урок понят.

Улыбнувшись, Бекка захватила с середины стола горстку орешков:

— Присоединяйся.

Калеб взял один орешек из миски:

— А потом ты просто кидаешь скорлупки на пол?

— Ты вел такую правильную жизнь. Смотри и учись. — Она продемонстрировала ему, что делать. — Твоя очередь.

Калеб взял еще один орешек. Расколол его, достал ядро и бросил скорлупку на пол.

— Все просто. — Бекка положила перед ним горстку орешков, затем указала на мишень в проходе между столами. — Теперь перейдем к серьезному делу. Выигрывает тот, кто попадет в поля с наибольшими цифрами.

— И какой приз получит победитель?

Она пожала плечами:

— А что ты хочешь получить?

«Тебя. В горизонтальном положении». Но Бекка к этому не готова. По крайней мере, пока.

— Мне все равно.

— Тогда я потом что-нибудь придумаю, а пока… приступим.

Его усталость после долгого рабочего дня потихоньку улетучивалась. Ничего уже не имело значения. Было только «здесь» и «сейчас». И Бекка была с ним. Она вернула радость и беспечность в его жизнь.

— Я отлично провел время сегодня, — сказал Калеб. — Хочешь встретиться завтра и купить мне новый галстук?

— Тебе лучше попросить свою сестру. Я совершенно не разбираюсь в галстуках, — ответила она.

Калеб прикоснулся губами к волосам Бекки, отчего ее коленки задрожали.

— Кортни, возможно, знает все о моде, но ты хорошо знаешь меня.

Ее сердце бешено забилось. Мысль о том, что она может провести еще один день с Калебом, была настолько соблазнительной, что Бекка всерьез задумалась, не отменить ли ей свои планы. Но она не могла.

— Я бы с радостью пошла с тобой, но завтра я уезжаю к родителям.

— Ты останешься там на ночь?

— Нет, — ответила Бекка. — Мне нужно вернуться, я не могу надолго оставить собак.

— Ну конечно же собаки… — Его голос звучал странно.

— Что ты имеешь в виду?

— Я никогда не думал, что буду ревновать кого-то к щенкам.

— Ревновать?

— Ты выполняешь любую их прихоть.

— Это моя работа.

— Признайся, — сказал он как ни в чем не бывало, — тебе нравятся собаки больше, чем я.

Он просто шутил, но в его словах была доля правды. Бекка любила собак сильнее, чем людей. Но больше Калеба?

— Это совершенно разные вещи, — ответила она. — Собаки любящие и преданные животные, и для них я — центр вселенной.

— Верно, но никакая собака не может сделать так.

Калеб припал к губам Бекки. Невероятно. Она почувствовала жар во всем теле от наслаждения, которое дарили движения его губ. Ей хотелось запомнить его вкус и каждое его прикосновение. Калеб отстранился слишком быстро.

— Ты прав. — Она потерла припухшие губы. — Они точно так не могут.

— Еще бы.

Бекка засмеялась:

— Спасибо за ужин. Вечер действительно был чудесным.

— Нам не обязательно останавливаться на этом.

— Может, нам не стоит торопить события?

— Ты права, — ответил он. — Но я бы хотел увидеть тебя завтра. Я поеду с тобой к твоим родителям.

Бекка посмотрела на него в замешательстве:

— Ты серьезно?

Калеб кивнул:

— Ты знаешь мою бабушку. По-моему, будет справедливо, если я познакомлюсь с твоими родителями.

— Хорошо, — неуверенно ответила Бекка. — Тогда договорились.

* * *

В полдень в субботу Калеб заехал на территорию парка трейлеров в пригороде Туин-Фолса. Он не знал, чего ожидать от этой поездки, но пока все вокруг выглядело весьма стереотипно. Разные по размеру, цвету и модели фургоны и трейлеры стояли на площадках. На узких улицах хаотично были припаркованы машины. Кошки грелись на солнышке. Собаки стайкой бежали и лаяли на его машину.

— Поверни налево после статуи Свободы. Ты ее заметишь, — сказала Бекка.

— Я жду с нетерпением встречи с твоими родителями.

— Они будут рады тебя видеть.

Шестифутовая копия статуи Свободы стояла у развилки дороги. Неподалеку стояли двое мужчин с густыми усами и татуировками на руках, они внимательно посмотрели на спортивную машину Калеба. На пороге одного из трейлеров в кресле сидела пожилая женщина, держа на коленях маленькую чихуа-хуа.

— Мои родители живут в трейлере с загоном для кур и с флагом «веселый Роджер» на крыше, — пояснила Бекка.

Калеб крепче сжал руль и припарковал машину. В загоне расхаживали настоящие живые курицы.

— Мои родители самые обычные люди, поэтому не волнуйся, — сказала Бекка.