Очаровательная плутовка - Андреа Кейн

— Я не могу этого сделать. Ты, я думаю, тоже. Что касается бумаг, мы не сможем их подписать, пока не придет Фен-шоу. А он будет только минут через двадцать.

— Но ты же написал в своей записке, что встреча назначена на одиннадцать часов. — Анастасия недоуменно захлопала глазами.

— В ней было сказано, что мы с тобой встречаемся в одиннадцать. Феншоу должен прийти в половине двенадцатого. Я хотел немного побыть с тобой наедине.

Услышав это признание, Анастасия почувствовала, как ее сердце забилось от радости.

— Это плохая идея, Деймен, — заметила она, понимая, однако, что слова ее звучат неубедительно.

— Напротив, я уже и забыл, когда мне в голову приходила настолько хорошая идея. — Он снова придвинулся к ней, запустив пальцы в ее волосы. — А где твоя новая прическа? — прошептал он, убирая с ее плеч отливающие медью пряди волос.

— Развалилась. И я решила от нее отказаться. Как ни стараюсь, мне никак не удается добиться, чтобы волосы не падали на плечи.

— Так перестань стараться. — Деймен поднес к губам прядь волос, вдыхая их нежный аромат. — Строгий стиль — не для тебя. Тебе присуща естественность. Ты можешь быть даже растрепанной, но от этого не кажешься менее красивой. Ты всегда прекрасна, всегда неповторима. — Приподняв ей голову, он заглянул в се глаза. — И тогда, когда мы с тобой устроили скачки на лошадях, и сейчас, когда твои губы еще влажны от поцелуев, а глаза просят новых.

— Деймен… — Анастасия и сама не знала, что собирается сказать. Положив руки на лацканы темно-синего фрака Деймена, она машинально поглаживала ткань.

— М-м-м… — Он легонько коснулся ее губ раз, другой, потом отстранился и прошептал, опаляя ее губы горячим дыханием: — Еще один поцелуй. Только один. А потом мы поговорим.

Она невольно сделала шаг вперед.

— И этот поцелуй будет последним?

— Если ты так хочешь.

Анастасия пристально взглянула на Деймена.

— Ты же знаешь, что не хочу.

— Угу. И еще я знаю, почему ты вбила себе в голову, что он должен быть последним. — Он погладил ее по щеке, шее, плечу, чувствуя, как она вся задрожала. — То, о чем ты думаешь, Анастасия, неправда, — хрипло прошептал он. — А теперь перестань бороться с неизбежным и поцелуй меня.

— Ты не понимаешь…

— Прекрасно понимаю. Ну же, поцелуй меня.

И Анастасия сдалась. У нее не было сил сопротивляться. Ей больше всего на свете хотелось вновь почувствовать на своих тубах его губы.

Прерывисто вздохнув, она подалась вперед. И Деймен впился в ее губы страстным поцелуем. Руки его, словно стальные канаты, сомкнулись у нее на талии. Он с силой прижал ее к себе, так что она ощутила его горячее тело.

— Только не отстраняйся, — прошептал он, — почувствуй меня. Всего лишь на минуту. Это все, о чем я прошу.

Ему не нужно было просить. Она инстинктивно прижалась к его мощной груди, обвила руками его шею и приоткрыла губы. Язык его — жесткий, горячий — проник в ее рот, отчего по телу обоих прошла сладостная дрожь.

Прерывисто застонав, он понял, что теряет над собой контроль. Рука его скользнула вверх, накрыла грудь. Пальцы гладили ее грудь; сосок отвердел, напрягся. Острое чувство наслаждения пронзило Анастасию.

— Деймен… — выдохнула она, каждой клеточкой тела впитывая в себя это новое, захватывающее ощущение.

Деймен хрипло застонал, его тело возбужденно затрепетало. Он еще крепче прижал ее к себе, а большой палец продолжал теребить ее сосок.

Сколько времени прошло, ни Деймен, ни Анастасия не знали. Им казалось, что время остановилось. Остались лишь жаркое объятие, лишь жгучий поцелуй, с каждой минутой становившийся все более страстным.

Внезапно Деймен оторвался от ее губ, что стоило ему титанических усилий, и убрал руку с ее груди. Они молча смотрели друг на друга, прерывисто дыша.

— Анастасия, — выдавил наконец Деймен хрипловатым нежным голосом. — Самое трудное, что мне пришлось сделать, — это прервать наш поцелуй. — Взгляд его стал напряженным. — Но имей в виду: я прервал лишь поцелуй. Все остальное между нами только начинается.

Острое чувство вины и беспокойство пронзили Анастасию.

— Это невозможно.

Он понимающе взглянул на нее.

— Из-за Бреанны. Вернее, из-за меня и Бреанны. Из-за того, что ты решила, будто между нами что-то есть.

Анастасия с удивлением взглянула на него.

— Так ты знаешь?

— Я же сказал тебе, что знаю. И еще сказал, что ты ошибаешься.

— Но если ты знаешь о том, что меня беспокоит, почему ты спрашиваешь?

— Потому что хотел в этом убедиться. Я видел, что тебе хочется, чтобы я тебя поцеловал.

Анастасия вздохнула. От близости Деймена у нее все еще кружилась голова.

— Не стану этого отрицать. Мне хотелось, чтобы ты меня поцеловал. Но это ничего не меняет.

Деймен нахмурился.

— А тебе не кажется, что у меня может быть другое мнение в отношении совместной жизни с твоей кузиной? Или ты уже все сама за меня решила?

Смутившись, она вырвалась из объятий Деймена и отвернулась.

— Я не планирую твою жизнь, Деймен. Это было сделано до моего приезда.

— И сделал это твой дядюшка, — заметил он.

— Или сама судьба.

— Судьба? — Презрительно фыркнув, Деймен схватил ее за плечи и резко повернул к себе лицом. — Я бы сказал, что судьба принимает большее участие в том, чтобы разжечь между нами пламя страсти, чем толкает меня к Бреанне.

На это ей нечего было возразить.

— Я не говорю, что вы влюблены. Но вам явно приятно быть в обществе друг друга. Я еще это на балу заметила. И со временем…

— Со временем мы с ней будем просто хорошими знакомыми, которые уважают друг друга, — перебил ее Деймен. — Точно такими, какими являемся и сейчас. И, предупреждая твой вопрос, скажу сразу: это произошло бы независимо от того, вернулась бы ты в Англию или нет.

— Как ты можешь быть в этом настолько уверен? Деймен криво усмехнулся.

— Если бы ты позволила мне поделиться своими наблюдениями о тебе и о Бреанне, то узнала бы, почему. Кроме того, мы с тобой договорились об этом, когда заключали пари, помнишь?

Анастасия усмехнулась в ответ.

— Помню. — Наклонив голову, она внимательно взглянула на него. — Хорошо. Рассказывай.

— Отлично. Начну с тебя. — Деймен погладил Анастасию по плечу, и сквозь тонкую муслиновую ткань платья она ощутила жар его руки. — Ты, леди Анастасия Колби, особа решительная, умная, смелая, энергичная, не признающая общепринятых норм поведения, способная поступать вопреки им. В твоей душе бушуют неукротимые страсти, которые только и ждут того, чтобы вырваться наружу. — Взгляд Деймена скользнул по ее губам. — И я помогу им это сделать. Равно как и ты поможешь вырваться наружу бушующим во мне страстям.