Поляна страсти - Марина Куликова

– У вас безрадостный вид, – отметил Аркадий. – Неужели смерть Екатерины Андреевны так потрясла вас? Насколько мне известно, вы не питали большой любви друг ко другу.

– Оставьте этот тон, Аркадий Тимофеевич, – парировала Дарья. – Сейчас не время для подобных разговоров.

– Вы не сдержали слова, – не унимался Аркадий. – Убежали, будто струсили. А я считал вас стойкой, сильной, твердой, как скала!

Заметив, что за их разговором наблюдает Полина, Дарья решила поставить в нем точку:

– Если вы все сказали, Аркадий Тимофеевич, то давайте разойдемся. На нас смотрит Полина Наумова, а я бы не хотела неприятностей.

– Вам страшно, Дарья? Боитесь, что наш разговор получит огласку, породит домыслы и слухи?

– В вас говорит уязвленная гордость, не так ли? Но судите сами: какой бы парой мы были? Наш брак стал бы настоящим посмешищем для окружающих!

Аркадий сжал губы, а Дарья продолжала:

– Я прошу вас ответить мне на вопрос. Что заставило вас сделать мне предложение? Что побудило вас к этому?

Юноша нахмурился.

– Вы прекрасная собеседница и слушательница, Дарья. Умеете понимать сложные вещи, о которых я говорю. Более подходящей жены, чем вы, мне никогда не найти, – честно ответил он.

Дарья невольно представила себя в роли его жены, долгими вечерами, изо дня в день, слушающей философские размышления. И эта мысль ее заставила вздрогнуть.

– Но ведь не любовь стала причиной вашего предложения?! – спросила девушка, вызывая Аркадия на откровенность.

Тот лишь отвел глаза.

– Я был привязан к вам, – признался он. – Что же до любви, то мне кажется, это глупое чувство, ведь оно заставляет забывать о себе и обо всем на свете, а что может быть хуже?

– Да вы эгоист, Аркадий Тимофеевич! – невольно выпалила Дарья.

– Я часто слышал эти слова. И, возможно, вы правы. Посторонним, как известно, доставляет удовольствие подмечать недостатки других.

– Вы неправильно истолковываете мои слова.

– Не думаю.

– К чему весь этот разговор? – с раздражением спросила Дарья. – Я бы не хотела, чтобы мы расстались врагами.

Неожиданно Аркадий взял ладонь Дарьи и крепко сжал ее пальцы.

– Я согласен с вами, – на лице его появилось слабое подобие улыбки. – Что ж, не будем держать зла друг на друга.

Дарья вежливо улыбнулась в ответ. Они попрощались, после чего Аркадий отвернулся и растворился в толпе. Не без грусти Дарья подумала о том, что наверняка больше не увидит его. Но ведь у нее есть Павел, и его любовь поможет ей привыкнуть к новой жизни.

Обернувшись, девушка увидела, как опускают гроб, как засыпают его землей, и это значило, что похоронная церемония скоро закончится. Екатерина Андреевна погребена рядом с не менее благородными родственниками. Наконец, она обрела вечный покой, которого так жаждала всей душой.

Трапеза в доме прошла, как и следовало ожидать, в гнетущем молчании. Каждый думал о своем, все словно замкнулись в себе. Первой, так и не проронив ни слова, ушла из-за стола Полина, а потом покинул его и сам хозяин дома Иван Наумов. Павел и Дарья остались в столовой одни.

– Дарья, – Павел взял девушку за руки, – перед смертью матушка попросила меня передать тебе кое-что. Пойдем.

Они прошли по коридору и вскоре оказались в библиотеке – просторной комнате с тянущимися вдоль стен высокими шкафами, сплошь уставленными книгами. Павел усадил девушку в одно из кресел, а сам подошел к столу, открыл один из ящиков и достал сверток, перевязанный лентой. Дарья удивленно взглянула на Павла, но тот лишь пожал плечами.

– Не представляю, что там, – сказал он, кивнув на предмет, и добавил: – матушка оставила это… тебе.

Дарья поднялась и осторожно дотронулась до свертка.

– Если хочешь, я подожду тебя в коридоре, – предложил Павел.

– Не стоит, – подумав, ответила девушка. – Я бы хотела уйти в свой домик.

Юноша не возражал, и Дарья, взяв сверток, уединилась в своей старой, скромной избушке.

Около минуты она смотрела на странный предмет, оставленный ей Екатериной Андреевной, и лишь потом развязала ленту. Внутри свертка оказалась та самая деревянная шкатулка, которую девушка случайно обнаружила в башенке дома в день бала. Дрожащими руками Дарья приоткрыла ее и увидела дневник барыни. Сердце девушки дрогнуло: она не уничтожила его, но почему?

Открыв первую страницу с не меньшим волнением, чем в первый раз, Дарья увидела лист бумаги, сложенный вдвое. Это была записка от Екатерины Андреевны.

«Должно быть, ты удивлена, Дарья Пенья, что дневник в целости и сохранности. Я оставляю его тебе. Не знаю, достойна ли ты этой чести. Однако ты – дочь тех, кто доставил мне немало горя в жизни: Анны Тришкиной, которая стала мне соперницей, и Педро Пенья, обычного конюха, которого я имела несчастье полюбить и который отверг мою любовь. И ты знаешь, дочь Педро, они поплатились за это. Одна ты знаешь об этом…»

Дарья с отвращением смяла лист. К чему читать дальше? Эта женщина не способна написать ни одного доброго слова. Девушке нестерпимо захотелось поскорее избавиться от этой грязи – этого жуткого дневника, в котором барыня коллекционировала свои гадкие мысли о ее родителях.

Лист за листом дневник Екатерины Андреевны таял в языках горячего пламени, превращаясь в пепел, такой же черный, как и ее душа. Бумага обугливалась и исчезала, а Дарья чувствовала, как сердце наполняется спокойствием, как чувство ненависти уходит, уступая место тишине и добрым предчувствиям.

«Теперь я свободна! – думала Дарья. – Свободна от тревог и ненависти! Моя душа чиста и открыта для любви ко всему миру, к тем, кто мне ближе и дороже всего на свете!»

Спустя месяц для Дарьи Пенья и молодого барина Павла Наумова наступил счастливый день. Они предстали перед алтарем и дали клятву любить друг друга вечно, быть вместе в горе и радости, в богатстве и бедности.

Это была скромная свадьба, но молодоженам тот день показался необыкновенно чудесным. Дарья вспоминала о своих былых невзгодах и невольно улыбалась. Путь к счастью редко бывает усыпан розами, судьба устраивает испытания на каждом шагу, но, несомненно, в жизни Дарьи и Павла они стоили того счастья, что пришло к молодым людям в этот светлый день.