Кандидат в мужья - Лиз Айлэнд

– Судя по вашей реакции, ужасное.

Келли наклонилась к нему.

– Что вы под этим подразумеваете – «стать друзьями»?

– Во всяком случае, не пытаться избегать друг друга, не устраивать истерик при встрече. Может, мы сможем поговорить, выпить чашечку кофе. Что мы сейчас и делаем.

– А как же ваши озарения? Белое свадебное платье?

Он улыбнулся:

– Я думал, вы не поверили.

– И не верю, – подтвердила она. – Но если видения будут продолжаться, не повлияют ли они на нашу дружбу?

– Скорее нет, чем да. Я много об этом думал, Келли. За все время нашего знакомства озарение было только однажды. Может, его не стоит принимать в расчет?

Его слова вызвали у Келли искренний интерес.

– А может, вам привиделась я, выходящая замуж за кого-то еще? Вы думали об этом?

Он кивнул:

– Возможно.

– Что ж, это любопытно.

Райли рассмеялся:

– Мое эго в восторге.

Она моргнула.

– Но вы же сказали, что не собираетесь жениться, и…

На ее щеках вновь вспыхнул румянец.

– И что?

– Ну… я хочу сказать, мы не очень-то подходим друг другу. Я, вероятно, не ваш тип…

Как будто Келли могла не подойти хотя бы одному из мужчин! Она, должно быть, действительно понятия не имеет, как привлекает мужчин, какие у нее густые и блестящие волосы, которые не терпится погладить мужской руке, как притягивают ее глаза, в которых хочется раствориться, какие идеальные формы у ее миниатюрного тела. Сколько раз за эту неделю он ловил себя на том, что мысленно снимает с нее эту копикэтовскую униформу…

Райли отогнал эту мысль.

– Я думал, вы ни с кем не хотите ходить на свидания.

Она расправила плечи:

– Не хочу!

– Тогда почему у вас так заблестели глаза, когда вы предположили, что можете выйти замуж за кого-то еще?

– Полагаю, естественное любопытство. Все равно, что читать записку из печенья с сюрпризом,[15]в которой говорится, что ты встретишь симпатичного незнакомца. В это можно не верить, но сама идея очень даже привлекательная.

Он кивнул:

– То есть вы не против того, чтобы снова выйти замуж… когда-нибудь.

Она пристально смотрела на него.

– Когда-нибудь, – осторожно повторила, будто признавая запретное желание. – Если сочту, что это мне выгодно.

Ответ его удивил.

– Выгодно?

– А что тут такого? В прошлый раз я вышла замуж в восемнадцать лет, думая, что влюблена. Что ж, любовь длилась шесть месяцев, а семейная жизнь затянулась еще на одиннадцать лет.

– Это долго.

– Я знаю. Приходилось думать о детях. – Она вздохнула. – И наверное, в глубине души я просто не хотела признавать, что потерпела неудачу. Чем дольше оставалась замужем, тем больше вкладывала в наш брак. И с каждым уходящим годом становилось все труднее сойти с корабля. Вы понимаете, о чем я?

– Вы пытались сохранить семью.

С ее губ сорвался горький смешок.

– Мои усилия ни на что не влияли, потому что Рик полностью их игнорировал.

– Я сожалею.

– Что ж, вот почему я настороженно отношусь к любви. И если будет следующий раз, хочу выйти замуж так, чтобы у нас прежде всего были нормальные человеческие отношения.

– Вы действительно все обдумали.

– После ухода Рика я только об этом и думала каждый вечер, перед тем как заснуть. «Никогда» – это поначалу. А потом: «При условии, что…» – и далее следовал длиннющий, в милю, список качеств, которыми должен обладать мой следующий муж. И должна вам сказать: я скорее всего рисовала себе идеального мужчину, каких в реальной жизни не бывает.

Он смотрел на Келли и представлял, как она лежит в постели, составляя тот самый список. К сожалению, его воображение очень быстро перескочило от ее мыслей к ее внешности. Волосы, разметанные по подушке… Интересно, она спит в ночной рубашке или в старой футболке?

– А что насчет вас, Райли?

Ее голос отвлек его от приятных размышлений.

– Что я думаю о любви?

Она кивнула и допила кофе.

Он смотрел прямо перед собой, чувствуя, как Келли расплывается у него перед глазами. Он-то как раз жаждал любви. Потому что ее очень уж ему недоставало. Потому что знал: ни к кому не сможет испытывать тех же чувств, что испытывал к Джоанне.

– Райли?

Его плечи поникли, когда он скрестил руки на груди. Он с трудом заставил себя распрямить спину.

– Да?

– Вы просто сдались?

Ее вопрос подразумевал, что он принял осознанное решение, хотя в действительности он просто об этом не думал. Сама мысль о том, что он может построить новую счастливую семью, вызывала нестерпимую боль. После катастрофы все, даже люди, которых он любил и чье мнение уважал, заверяли его, что со временем ему станет легче. И ему полегчало, но только внешне. Сердцем он знал, что не будет у него ни другой Джоанны, ни другой Эбби.

– Для меня такое просто невозможно.

К его удивлению, Келли кивнула, и по выражению ее глаз он увидел, что она его понимает. Так хорошо понимает, что ему даже стало не по себе.

Такого раньше не бывало: впервые собеседник не убеждал его, что нужно «двигаться дальше». Что бы это ни значило, люди активно его к этому подталкивали. Пытались устраивать свидания, уговаривали найти хобби, обратиться к религии. Ему давали телефоны женщин, приглашения на бесплатные уроки гольфа, окружали сочувствием. Но Келли не приглашала его в свою церковь, не устраивала ему свидания со своей сестрой, не предлагала брать уроки танцев.

Почему?

Они посидели молча, а потом одновременно, будто повинуясь чьей-то команде, начали есть. Райли заказал чизбургер и откусывал его большими кусками, особо не пережевывая и не наслаждаясь вкусом. Куда больше его интересовала Келли. Неужели именно развод помог ей понять, что он не может перечеркнуть прошлое, или врожденная способность к сопереживанию?

Когда тарелки опустели, Келли промокнула рот бумажной салфеткой. Помаду съела давно, ее следы остались только в трещинках губ. Темно-красные прожилки на ярко-розовом фоне. Келли принадлежала к тем женщинам, которые выглядели прекрасными и безо всякой косметики. Она бы поверила ему, скажи он ей об этом?