Рабыня моды - Ребекка Кэмпбелл

— Послушай, ты сможешь уйти через полчаса, мне это безразлично. Но если мы не появимся там вместе, начнутся вопросы, и я потеряю массу времени, а мне нужно налаживать контакты.

Мы собирались на вечеринку, и Людо был в обычном для таких моментов плохом настроении.

— Просто я не понимаю, почему каждый раз должен идти, ведь я не люблю их, а они не выносят меня. Да мне в миллион раз приятнее посидеть в баре с Томом и Даниелем. Ты не представляешь, что мне приходится переживать на этих вечеринках. У меня внутри все кипит, я потею, не могу дышать…

— Боже мой, а я-то думала, что это в мире моды полно великолепных драматических актеров! Ничего более манерного я не видела с момента последних показов Джаспера Конрана.

Этот аргумент немного поколебал решимость Людо, и, смирившись с планами на вечер, он погрузился в угрюмое молчание. С этим его настроением можно было хоть как-то управляться, хотя мне и было очень скучно.

Последняя небольшая перепалка возникла у нас по поводу транспорта.

— Боже мой, туда десять минут пешком, — ворчал Людо. — Зачем нам брать такси?

Я сняла туфельку — изящное произведение искусства от Серджио Росси — и помахала «смертоносным», как боевой рыцарский топор, каблуком перед носом Людо.

— Это, — двусмысленно произнесла я, — потенциально опасная обувь. Эти ботинки, — тут я специально употребила неправильное слово, потому что моя легчайшая туфелька была настолько же далека от ботинка, как вечеринка у Майло от лазания по горам, — не предназначены для ходьбы.

В приглашении было указано восемь часов, мы приехали в девять и все равно могли бы задержаться еще минут на двадцать. В наши дни очень сложно приехать вовремя. Слуга-вьетнамец открыл нам дверь. Майло нанимал прислугу из иностранцев, и они работали за разумную оплату ради того, чтобы потом получить хорошие рекомендации.

То, что я увидела внутри, заставило меня разинуть рот. Я всегда знала, что так и будет, и не сомневаюсь — именно такой реакции от гостей и ждали. Выражение изумления — и ничто другое — было наиболее естественным в данной ситуации. Возглас удивления, улыбка, аплодисменты, падение ниц — все это в той или иной степени говорило об одобрении, но в новом дизайне не хватало одного — гости замирали не от изумления.

Моя реакция была вызвана ужасом, чего я никак не могла ожидать: новый дизайн квартиры Майло оказался отвратительным. Это был полный провал! Я оказалась права относительно кожи мустанга: ею были обиты кресло, диван и кушетка на хромированном каркасе с откидывающейся спинкой. Отчасти именно эта отделка стала причиной неудачи. На прошлой неделе с модой на кожу мустанга произошло то, что происходит с любым временным увлечением, — она перестала быть актуальной. Пик моды пришелся на прошлую среду, когда Джуд Лоу появился в галстуке из кожи мустанга на премьере фильма, в котором прелестная и до того времени обладавшая безупречной репутацией Стефани Филум-Крейтер орально удовлетворяла дворнягу с желтой шерстью по кличке Нобби. Этим она нарушила последнее табу: чистокровная английская актриса играет только с элитными партнерами. С того момента кожа мустанга вышла из моды так же быстро, как слетает по склону вниз человек, впервые вставший на сноуборд.

Всем сразу становилось понятно, что Майло сделал неверную ставку — неудача была очевидной, но проблема была не только в этом. Все до самых мелочей в квартире было покрыто материалом животного происхождения. Пол — необычно выделанной кожей, вероятно, дизайнер пытался создать эффект кожи крокодила, но у меня возникла ассоциация с органами пищеварения. На стенах кожа такого же оттенка, но без какой-либо выраженной текстуры. Меховые половики — из меха кролика, дикого кота или ламы, точно не могу сказать — были разложены на полу и на мебели. Возникало ощущение, что ты находишься одновременно внутри и снаружи какого-то мифического животного, почему-то мне в голову пришло название — «камелопард». Но это было невозможно, ведь, насколько я знала, в прошлом так называли жирафа. В любом случае квартира была просто отвратительна. А ведь только в прошлом сезоне журналисты, пишущие о моде, проявляли огромный интерес к агентству «Да! Пиар», и газеты пестрели заголовками о том, что Майло отказался от клиентов, которые работают с мехом.