Самый лучший - Мара Фицчарлз

– Несогласованность в действиях, – повторил он.

– Просто офис не самое подходящее место. – Кара встала и заправила выбившуюся блузку.

– Быстро же ты остыла, – сказал он и сразу пожалел об этом.

Она наклонилась, слегка куснула его за ухо, шепнув:

– Кто тебе сказал?

– Я подумал…

– А ты не думай. Я вообще теряю способность мыслить, когда ты целуешь меня. Только чувствую.

И она продемонстрировала, что именно и как сильно чувствовала. Таннер прижал ее ладонь к паху, чтобы она убедилась в силе своего воздействия на него.

– Никогда не начинай того, чего не сможешь завершить, – прошептала она.

– Совет мне… или тебе тоже?

Она решительно высвободилась из его объятий.

– Нам обоим. Поэтому давай слегка притормозим. Лучше я приготовлю кофе. Он будет очень кстати.

– Кара, – умоляюще протянул он. Не надо ему никакого кофе. – Я хочу заняться с тобой любовью.

– Знаю, милый. И хочу того же. Но… Я вернусь через несколько минут. Устроим интимный завтрак.

Она ушла, соблазнительно покачивая бедрами.

Может, просто выложить перед ней сердце вот на этот стол, и пусть топчет его. Сказать, что любит ее с безумной страстью, о такой любви читал только в сказках. Попросить ее выйти за него замуж. И конец его мучениям.

Ха, конец! Она возьмет и опять скажет «нет». Этот ублюдок бывший супруг не просто обманул ее с любовником. Он разрушил ее самоуважение, умертвил часть ее души. С чего он взял, что сможет все это ей вернуть? Потребуется не один день. То, что умерло когда-то в ее душе, не восстановить несколькими страстными поцелуями.

– Извини, что задержалась, – сказала Кара. – Я решила тебя подкормить. Чтобы заслужить прощение за то, что дразнила тебя. Я не думала…

– Стоп. Ты либо хотела меня поцеловать, либо нет. Итак?

О, Таннер обиделся. Что она сделала? Кара поставила на стол пакет с булочками, подвинула ему чашку с кофе.

– Я же с самого начала сказала о желании заняться с тобой любовью. Неужели ты подумал, что я солгала? – В носу защипало от близких слез. – Да, вчера я попросила тебя уйти. Мне требовалось побыть одной, подумать, но лучше бы ты остался и обнимал меня. Тогда бы не пришлось мучиться, подыскивая объяснения невинным репликам. Ты бы понял, как много значат для меня наши отношения.

– И что ты решила?

– Больше всего мы хотим быть вместе, так? Во всяком случае, этого хочу я и, судя по твоему предложению, ты тоже. Однако меня смущают некоторые вещи. Может, они и не так существенны, а возможно, станут первостепенными. Это я и хотела выяснить. Ты согласен пожертвовать чем-то весьма для тебя важным?

Кара посмотрела на него. Боль в его глазах была и раньше? Неужели он догадывался о том, что она собирается ему сказать? Как это сделать, чтобы не причинить новых страданий?

– Я не просила жертв с твоей стороны и не хочу, чтобы ты отказывался от своих принципов. Господи, Таннер, да ведь именно они и составляют твою суть.

– Я выбор сделал, Кара. Если я пошел на компромисс, то почему бы и тебе не согласиться? Что тебя в этом не устраивает?

– Я не могу позволить, чтобы ты перестал быть тем, кто ты есть. Ты замечательный, изумительный человек. Благодаря своим принципам. И я себе не прощу, если ты изменишься. К тому же как ты объяснишь семье появление нашего ребенка?

– Ты решила сказать «нет»?

– Я пытаюсь логически объяснить, почему то, что нужно мне, неприемлемо для тебя.

– Кара, если ты отвергаешь мое предложение, так не тяни, черт побери! – В его голосе прозвучала угроза.

– Мой ответ «да», – спокойно возразила она. – Я перееду к тебе, вероятно, составлю контракт, на котором ты настаиваешь. Однако будет разумнее… предохраняться. Совесть не позволяет мне принять твой отказ от того, что ты считаешь принципиально важным. – Молчание. – Я расстроила тебя своим решением? – Глубоко вздохнув, чтобы не разрыдаться, она закрыла глаза и прошептала: – Прости, Таннер.

Мгновение спустя он уже обнимал ее, и Кара с благодарностью приникла к его груди.

– Все в порядке. Я опешил, когда ты сказала, что не надо торопиться. Старался понять причину и даже не знаю, что сказать. Я уже все положил к твоим ногам…

– Ничего от меня не ожидая? Ни на что не надеясь?

– Да.

– Ну, партнер, ты неотразим.

– Ты этого достойна, – возразил Таннер. – Не каждый вынесет удары судьбы, как ты. Я хочу сделать все от меня зависящее, чтобы облегчить твою жизнь.

– Иногда все только усложняется, – ответила Кара.

– Возможно, поначалу создается именно такое впечатление.

Она заглянула ему в глаза и прочла в них искреннее желание помочь. Да, на Таннера можно положиться. Он тонко чувствующий, проницательный и заботливый. Готовый на жертвы ради нее.

– Разговор с Дэном заставил меня задуматься о смерти, о том, что жизнь скоротечна. – Она постаралась отогнать грустные мысли. – Я много думала о нашем браке, о мечтах, которые умерли, когда брак распался. И о мечтах, которым я не дам погибнуть.

– О ребенке.

– О нем больше всего. Я всегда мечтала о семье, какую обычно изображают на картинках. Мама, папа, двое детей и собака. Может, поэтому я работаю, стараясь помочь клиентам. Именно такой и должна быть наша жизнь. Именно к этому надо стремиться. А еще я боялась, что повторю судьбу мамы. Так и вышло. Мой брак закончился разводом. Наверное, это плохой знак?

– Кара, не давай страху придумывать лишнее. Ты молода. Здорова. Ничто не мешает тебе начать жизнь заново. Все получится.

– Ты согласен помочь мне, да? Но твоя семья не поймет, почему я не соглашаюсь выйти за тебя замуж, я не смогу открыть им причину… не смогу и не захочу. О причине развода с Дэном тоже никто не узнает.

– Твои секреты останутся твоим личным делом. Составь контракт, упакуй вещи и переезжай ко мне. Будем решать проблемы не торопясь, ладно? Я не хочу, чтобы ты изводила себя.

Теплые губы с любовью прикоснулись к ее руке. Кара ослабела, но все же нашла силы для еще одного важного замечания.

– Знаешь, Джеймисон, для парня, который проповедует неторопливость и обдуманность действий, ты слишком категоричен.

От улыбки у его глаз появились очаровательные морщинки.

– Я поработаю над этим недостатком. Видимо, он возник из-за того, что я всегда был старшим братом.

«Неисправим. Опять принялся за свое».

– Ты когда-нибудь забываешь о семье?

Таннер прижал ее покрепче к своей груди, словно хотел, чтобы их тела слились.

– Разве не этого ты хочешь, счастье мое? Стать членом семьи?