Версальская грешница - Елена Коровина

– Вряд ли…

– Все равно – другого выхода нет. Надо ехать, тем более прабабка зовет.

– Не нравятся мне эти игры в прятки…

– Можно подумать, я в восторге…

– Вот что я решила: поеду с вами. Еще одни руки – не лишние.

– Конечно: с пистолетом и ножами! – засмеялся Виктор. – Просто юная разбойница. Не хватает только старинного замка с потайным ходом.

Соня попыталась проснуться – сказать, что все слышала, что поняла: эти двое втягивают ее в какую-то новую авантюру. А она не хочет – она боится!

Но в памяти вдруг всплыли слова гадалки:

«Ну чего ты все боишься? Предсказываю: все будет как надо!»

Вот только – кому надо?!

Но проснуться Соня почему-то не могла, да и язык не повиновался. И тут Варвара прошептала:

– Сколько она проспит?

– Часа два, не более! – ответил Виктор и вдруг почти зло крикнул кузине: – Неужели ты можешь подумать, что я ей наврежу? Да я за нее головой готов пожертвовать!

– Неужто влюбился? – Варвара по-свойски поддела брата в бок. – Это что-то новенькое! Обычно девицы по тебе сохнут. Неужели теперь ты начал?

– Все когда-нибудь случается в первый раз!

Виктор засмеялся. А Соня подумала с замиранием сердца: ну а вдруг это правда?.. Девушка вздохнула. Парочка выскочила за дверь. Испугались, что она проснется? Да Соне теперь и просыпаться незачем! Пусть ей подольше снится Виктор, смущенный, серьезный, влюбленный. Влюбленный не в какую-то девицу, а в нее, Соню Ленорову! А остальное неважно. Ни сокровища, ни тайны – важны только чувства.

А что, если Виктор и не шутил?

«Все когда-нибудь случается в первый раз!..»

Вот пусть и случится ЛЮБОВЬ!

И все же… Соня вдруг осознала – ее напоили специально, чтобы еще раз поискать в квартире. Потому и ватагу служанок привели, потому и за уборку во всех комнатах так рьяно взялись. Значит, Виктор и Варвара тоже надеялись что-то найти. Вот только они не знают, что искать. И потому никогда не найдут…

* * *

На другой день Соня не удержалась и спросила Варвару:

– Зачем вы меня вчера подпоили? Вы тоже, как и те хулиганы, искали у меня что-то?

Варвара зарделась и шмыгнула носом:

– Думаешь, мы из их шайки? Всеми святыми клянусь – нет!

– Тогда почему искали?

– Просто Виктору пришло в голову, что ты и сама не знаешь, что у тебя есть. Вот он и подбил меня вместе поискать: вдруг что-то обнаружится. Ведь зачем-то отодрали обои! И на тебя нападали зачем?

Соня вздохнула с облегчением. Что ж, объяснение вполне понятное. Но все равно следует быть осторожнее. Она вновь вспомнила свою образцовую роль невинной дурочки, лихо разученную в гимназии, и опустили очи долу:

– Если бы я только знала, Варя, что все эти хулиганы ищут, я бы тут же тебе сказала! Да лучше самой отдать от греха подальше, чем такой опасности подвергаться. Но это-то и ужасно: я ничего не знаю! – Соня схватила Варвару за руку и еще раз прошептала страстно на едином дыхании. – Я не знаю! Неужели ты мне не веришь?

И Варвара дрогнула. Да и кто бы не дрогнул от таких невинных, широко распахнутых глаз?

– Верю я тебе, Соня! И Виктор верит. Только мы боимся, что опять что-то случится. Поэтому и хотим уехать поскорее. Я уже сказала Виктору, что и я с вами поеду.

– Вот и отлично! – выдохнула Соня. – Только бы поскорее!

Однако скоро только сказка сказывается. Выехать оказалось не так-то легко. На рождественских каникулах учреждения, которые должны выдавать нужные для отъезда в Европу бумаги, естественно, не работали. Потом там обнаружились очереди. Потом не хватило одних бумажек, потом других. Поверенные Виктора бегали по инстанциям и совали, кому следует, «барашка в бумажке». Но дело продвигалось медленно.

Виктор заключил с Соней особое соглашение по найму в качестве переводчицы и оформил его как положено у стряпчего. Теперь у Сони даже «документ положенного образца» имеется. А главное – аванс: деньжищи огромные, аж сто рублей! Так что Соня вызвала мастеров, и те переклеили обои – нельзя ведь жить в квартире с лохмотьями на стенах. Еще Соня выдала дворнику Степану деньги, и он выкупил дедово кольцо с двумя змейками, глядящими друг на друга аметистовыми глазами.

Девушка даже видела через окно, как Степан возвращается из ломбарда, провожаемый чубатым Гришкой, который теперь вечно маячил то у подъезда, то у дверей квартиры. Но Соне было уже наплевать на Гришку. Да и кольцо, полученное из ломбарда, девушка не надела. Спрятала в ридикюль, который всегда лежал на ее прикроватном столике. Носить кольцо, побывавшее в жадных чужих руках, которые вертели его и оценивали в ломбарде, было противно. Пусть просто полежит в доме, глядишь, и очистится от ломбардного душка.

Одно было неудобно: Сонина квартира, действительно, стала походить на Дом крестьянина: Варвара со служанками обосновалась серьезно. Служанки спали в коридоре и на кухне вповалку. Соня попыталась переговорить с их хозяйкой:

– Пусть хотя бы в гостиной на полу спят – там ковер лежит!

Но Варвара только плечами пожала:

– Служанок на ковры укладывать – не велика ли честь? Им и в коридоре просторно!

Но однажды, когда Соня пробиралась ночью по коридору, то случайно наступила на… тяжеленную металлическую цепь. Та лежала как раз в изголовье одной из служанок.

Утром Соня поинтересовалась у Варвары:

– Зачем же они с цепью спят?

Та взглянула на подопечную, как на малое дитя:

– Так ведь со сна нож не метнешь в противника, а цепь – страшное оружие. Особенно если тяжелая да в ловкой руке.

Соня ахнула – как же она сама не додумалась, что служанки спали в коридоре неспроста – они охраняли «барышень». А точнее, ее, Соню. Варя со своими навыками бывалой путешественницы в охране явно не нуждалась.

Выходит, и Варя, и Виктор не верят в то, что ничего особенного больше не случится. Сами опасаются…

А Соня теперь даже не может прочесть те листы из записок Помпадур, что еще не успела прочитать. Не лазить же при всех в заветную шляпную коробку с коричневыми розами!..

Конечно, неприятно обманывать и Виктора, и особенно неугомонную Варвару, которые каждый день интересуются: не вспомнила ли Соня о чем-то тайном или заветном, что хранится у нее в квартире. И каждый раз Соне приходится врать… А что делать?

Зато Виктор теперь заходит к ним чуть не по два раза на дню. Рассказывает новости, зовет то покататься на тройке по зимнему снежку, то в театр сходить, то на концерт. Да и Варя постоянно подбивает подопечную на рождественские визиты: то к одной даме зовет, то к другой. У самой Сони только и знакомых, что Лидочка Збарская да мадам Бове, директриса гимназии. Но у Вари знакомых много – хоть по пять раз на дню разъезжай. Соня охает, благодарит и отказывается. Не в чем ей с визитами разъезжать и по театрам расхаживать. Конечно, Варе об этом знать не нужно – Соня ей то про мигрень, то про головокружение рассказывает. Ну и Варе совестно бросать девушку одну – вот и сидят по вечерам дома.