Искушение в одном лишь взгляде - Кейтлин Крюс

Анаис молчала – она просто лишилась дара речи и только растерянно смотрела на Дарио, не веря в происходящее.

– Я люблю тебя, – повторил он, словно убеждая, что она не ослышалась, – люблю тебя и Дамиана. Хочу, чтобы мы стали семьей, потому что заслуживаем этого. У нашего сына должна быть любящая семья, которой мы оба были лишены. Не лишай меня этого счастья, Анаис. Все сейчас зависит от тебя. Попробуй поверить мне.

Жизнь возвращалась к ней всплесками надежды. Иногда судьба вмешивается в последний момент, останавливая падение в бездну. Но бывает, что спасение не приходит, и падение неизбежно. Жизнь преподносит разные, часто жестокие уроки. Сколько раз Анаис была на грани отчаяния, особенно с Дарио, но что-то заставляло ее снова подниматься и обретать надежду. Если на сей раз ее ждет разочарование, все равно стоит пытаться и верить.

Должна же быть причина, по которой она не зачеркнула прошлое? Она нашла силы построить маленький безопасный мирок, притвориться, что смирилась с судьбой и довольна жизнью, хотя на самом деле жила ожиданием. Ей так и не удалось превратиться в бесчувственный айсберг. Она научила Дамиана любить отца еще до того, как они встретились. Неужели она не отдавала себе отчета в том, что настойчиво искала дорогу к Дарио с того самого дня, как уехала из Нью-Йорка шесть лет назад?

– Было бы безрассудно давать гарантии, – говорил Дарио, крепче сжимая ее плечи, – но я обещаю, что всегда буду возвращаться к тебе. Кроме тебя, у меня нет другого дома. Надеюсь, у тебя не будет причин сомневаться во мне.

Анаис прижалась к нему, подняла руки и взяла в ладони его лицо, привычно царапая кожу о небритую щеку. Она смотрела в глаза единственному мужчине, которого любила, а неподалеку мирным сном спал самый замечательный малыш на свете – их сын. Возможно, в мире существовали более прекрасные вещи, но не для нее – на этот счет у Анаис не возникало сомнений.

– Я люблю тебя, – прошептала она, замечая, как ее признание зажгло огонь в его глазах. – Я всегда любила тебя. – Она поднялась на цыпочки и обняла Дарио за шею. Ее губы почти прижались к его губам. – Мы оба будем стараться снова, снова и снова. Уверена, у нас все получится.

Анаис закрепила обещание страстным поцелуем под яркими звездами черного бархатного гавайского неба. Их соединила любовь. Они долго шли к ней.

Любовь давалась легко, думал Дарио год спустя, стоя у той же самой виллы на эксклюзивном гавайском курорте и глядя на красивую женщину, которая была не только его женой, но и самым дорогим сокровищем в целом мире.

Доверие пришло не сразу.

Жизнь с Анаис день ото дня совсем не казалась Дарио скучной и размеренной: в ней стало много радости и смеха. Их ночи были полны страсти, и даже днем они находили время для интимных ласк. Теперь они делили свое время между Нью-Йорком и Гавайями.

Анаис и Дарио много разговаривали и научились лучше понимать друг друга, находить общий язык, а в спорах стремились достичь компромисса, хотя это удавалось не всегда. Но оба помнили свои обещания и оставались верными им.

В этот день Дамиан стоял между ними на теплом песке приватного пляжа виллы. Анаис и Дарио по взаимному согласию повторяли клятву супружеской верности. Их ребенок находил это весьма странным.

– Мы следуем хорошей традиции, – объяснил Дарио.

– Все женатые пары так поступают? – поинтересовался Дамиан.

– Только счастливые, – сказала Анаис, глядя смеющимися темными глазами на мужа.

Дамиан был вполне удовлетворен ответом: рассудительный шестилетний ребенок не очень вникал во взрослые дела, занятый более интересными вещами.

– Разве вы не обещали мне подарок? – напомнил он с ангельской улыбкой, глядя на смущенных родителей. – Мне нравится получать подарки.

– Сущий демон, – прошептал Дарио одними губами, повернувшись к Анаис.

Она согласно кивнула, погладив Дамиана по голове.

– Напомни, чего тебе хотелось больше всего на свете? – спросила она.

– Братика, – не задумываясь, ответил мальчик и завопил от радости, когда Анаис кивнула. Он рванул с места и помчался по кромке пляжа, шлепая босыми ногами по воде и вздымая тучу брызг.

– Надеюсь, ты готов к прибавлению семейства, – пробормотала Анаис, обнимая Дарио за шею и откидывая голову, чтобы видеть его глаза.

– Давно жду этого, поверь мне, – ласково пробурчал он.

Когда через шесть месяцев Анаис родила сына, Дарио не отходил от нее. Первое, что увидел маленький Дидьер, – это лицо отца.

В жизни семьи прибавилось больше шума и беспорядка, но, по правде говоря, Дарио был счастлив. Он не подозревал, что в нем столько нерастраченной любви. Его брат вернулся и снова занял полагающееся ему место в судьбе Дарио. На сей раз отношения между близнецами стали крепче, потому что они по-новому оценили связывающие их кровные узы. Дарио осознал наконец, как ему недоставало семейного тепла и родственной привязанности, которые он когда-то с презрением отвергал.

– Мне надо кое-что сказать тебе, – призналась Анаис примерно два года спустя.

Дарио купил усадьбу Фугинавы после смерти старого хозяина, и они приехали на Гавайи на время школьных каникул Дамиана. Анаис вышла к мужу на террасу дома, где судьба неожиданно свела их по прошествии шести лет после женитьбы. Очертания горных вершин четким силуэтом выделялись на фоне звездного неба, а далеко внизу неумолчно шумел океан.

– Так начинаются самые интересные разговоры, – пробормотал Дарио, закрывая и откладывая в сторону лэптоп. Он внимательно посмотрел на стоящую рядом Анаис. Ему не понравилась ее поза: она напомнила ему тот далекий день, когда на этом же месте Анаис впервые сообщила, что у него есть сын. Обняв жену, он усадил ее на колени и прижался губами к шее. Анаис задрожала от удовольствия. Только присутствие детей в доме удержало его от намерения стянуть с нее легкое платье и заняться любовью прямо на террасе.

– Помнишь, я жаловалась на плохое самочувствие? – склоняя голову под его ласками, прошептала она.

– Конечно помню. – Дарио откинул с ее плеч шелковистые локоны и провел губами по теплой коже. – Я тогда поделился своей теорией о причинах недомогания, но ты утверждала, что не можешь быть беременна.

Анаис промолчала, а Дарио замер в тревоге, опасаясь, что она по-прежнему боится полностью довериться ему.

– Не могу представить ничего более прекрасного, чем еще один наш с тобой ребенок, – высказал он искреннее желание. – Новый член дружной семьи – лучший подарок для меня.

Услышав смех Анаис, он успокоился. Откинув голову, она заглянула в его глаза, и он все понял: ее удерживал вовсе не страх перед ним или неопределенное будущее – она дразнила его.

Дарио завоевал ее полное доверие. Это откровение окрылило его.

– Двойня, – сообщила Анаис с сияющим видом. – Приготовься, Дар. У нас будут дочери.