Страж ночи - Сьюзен Виггз

— Испанцы — чудесные любовники, — возразила ей Фьяметта. — Страстные, искусные…

— И что у тебя остается, когда их страсть проходит? Они скупы, как и шотландцы, — настаивала Порция. — От испанца если чего и добьешься, так это пустопорожней болтовни о его похождениях в Новом Свете.

Она приложила платье к плечам Лауры.

— Голые дикари, золотые реки, водопады, возвращающие молодость… Кому нужны такие сказки?

— А мне это нравится, — мечтательно промолвила Лаура.

Ясмин, возившаяся над головным убором карнавального наряда подруги, пристально посмотрела на нее.

— Ты хорошо себя чувствуешь? Что-то ты сегодня кажешься мне какой-то бледной.

Лаура рассмеялась:

— Все прекрасно! Я с нетерпением жду карнавала. Это для меня просто праздник. В карнавальную ночь я начну отрабатывать свои долги и наконец-то смогу расплатиться с мадонной дель Рубия!

— Она ожидает, что ты принесешь ей хорошую прибыль, — уверила девушку Порция.

Лаура кивнула, однако будущее уже не казалось ей столь безоблачным, как прежде. Его омрачало дурное предчувствие.

— Все же я немного нервничаю, — призналась она подругам.

— Ерунда! Подними-ка руки, — попросила Фьяметта. — Мадонна дель Рубия хорошо тебя подготовила, и ты знаешь, как себя подать, обучена также поведению за трапезой и искусству обольщения мужчин.

— Однако манеры еще требуют некоторой шлифовки, — заметила Порция. — Когда ешь, не набрасывайся на салат, как корова на сено.

— И нельзя наполнять бокал более чем на половину, — добавила Фьяметта. — А то напьешься!

— А еще, ради Бога, не икай! — вмешался Флорио.

Лаура хихикнула.

— Ну, а если вырвется нечаянно?

Флорио поджал губы:

— Тогда ты покажешься всем гостям заведения отвратительной, и тебе труднее будет вернуть долг мадонне дель Рубия.

Девушка надеялась, что дружеские подшучивания избавят ее от мрачного настроения, но дурное предчувствие не покидало.

— Не беспокойся, — Флорио отложил в сторону виолу. — С учетом той цены, которую запросит за тебя мадонна, достанешься ты только очень богатому и наверняка искушенному мужчине. Он сможет оценить твою невинность.

— В спальне мужчиной руководит не богатство и искушенность, — заметила Ясмин.

— Хватит вам! — попросила Порция. — Лаура, в худшем случае, тебе придется провести ночь за разговорами, милыми играми и невинными забавами. У тебя будет хорошее вино, возможно, карты…

— И все закончится прежде, чем ты успеешь опомниться! — вздохнула Фьяметта.

— Полагаю, ты права, — сказала Лаура, рассматривая свои изящные золотистые туфельки. — Мне не о чем беспокоиться.

И все-таки ей было грустно. Давным-давно, много лет тому назад, она мечтала о любви. Но жизнь разочаровала ее, лишила грез и фантазий. Она дочь Венеции, города распутных мужчин и покорных женщин. Только став куртизанкой, можно пользоваться относительной свободой. Не мужчина, кто бы он ни был, а она сама будет распоряжаться собой.

Неожиданно вспомнился ей Сандро Кавалли, заклинавший отказаться от выбранного пути.

— Что? — спросила, подходя Ясмин. — Ты чем-то встревожена?

— Мне… кажется сейчас бесчестным пользоваться своей красотой и молодостью ради выгоды. Ясмин взяла Лауру за руку.

— Моя милая, в нашем неправедном мире тебе не так повезло, как богатым людям. Они родились в достатке и почестях, а ты всего лишь с красотой и умом. Мужчины пользуются любой возможностью, чтобы пробиться, поэтому делать то же самое женщине вовсе не зазорно.

— Наемник за деньги идет на куда большие преступления, — вставила Порция. — И еще за свои злодеяния получает похвалу от нанявшего его человека.

— Я не знаю, смогу ли притворяться, что получаю наслаждение от ласк нелюбимых мною мужчин.

Флорио снова заиграл что-то на виоле. Порция и Фьяметта сняли, наконец, с Лауры наряд, Ясмин накинула на плечи подруги халат.

— Сможешь, — в голосе Ясмин прозвучала мудрость многоопытной женщины. — Сможешь, когда будет нужно! Порой, конечно, тебе придется засмеяться, когда захочется заплакать, а временами придется плакать, чтобы скрыть смех. Но это и многое другое ты станешь делать ради собственного же блага. Поверь мне!

Но не так-то легко было Лауре забыть прекрасные глаза и суровое лицо Сандро, силу его объятий и то, как убеждал он ее не совершать ужаснейшей ошибки.

— Хотелось бы мне, — произнесла Лаура, — чтобы он пришел на маскарад…

Ясмин нахмурилась:

— Кто?

— Страж Ночи. Мне было бы тогда… спокойнее. Но он не посещает публичных домов.

Ясмин намотала на палец локон Лауры.

— Разве ради тебя он не может ничем поступиться?

Лаура вздохнула и сердце легонько замерло у нее в груди.

— Он не сделает этого даже ради своей матери.

Ясмин от удивления открыла рот.

— Не делай этого, Лаура!

— Чего?

— Не позволяй любви проникнуть в твое сердце!

— Смешно, Ясмин! Конечно, я не позволю!