Зависимые - Элен Гома

— Ты не отвертишься одной картошкой. — Ее настроение немного улучшилось. По крайней мере, ее глаза больше не посылают мне ядовитых стрел.

— Для тебя все, что угодно. Я уже говорил тебе это вчера, помнишь? — А затем склоняюсь к ее уху, напоминая шепотом:

— Кроме секса втроем, естественно.

И она тает от моего обаяния, даря мне застенчивую улыбку, а ее щеки даже приобретают потрясающий розовый оттенок. Обожаю в ней это. Она может вести себя развратно, но при этом быть такой смущенной.

— Ну, и какие планы на каникулы? — спрашиваю я, держа в руках последний ломтик картошки. Она смотрит на него, не сводя глаз. — Хочешь его, не так ли?

— Никаких. И я уже сто раз сказала, что не буду есть ничего из твоих рук. Я лучше умру от голода.

— Тот, кто съел свой бургер, половину моего и заел салатом сверху, не может умереть от голода, как бы не старался. — Я отправляю ломтик в рот, отчего глаза Эви удивленно расширяются на мгновение, а затем она снова цепляет на себя равнодушную маску. Я смеюсь над ее упрямством.

— У тебя их было три. Но! Если бы это были те бургеры с пляжа, я бы забрала их все. Так что будь рад и двум с половиной.

— Ты серьезно планируешь сидеть дома все это время?

— Нет. Наверняка Молли придумает что-то интересное для нас обеих. После того, как вернется из Хэвенли, — с энтузиазмом произносит она.

— Бесспорно, вы вдвоем хорошо проведете время. — Надеюсь, она понимает, что это сарказм?

— Так и будет, если она опять не станет тебе названивать.

Нет, похоже, не понимает.

— Не надейся на это, мы в сговоре.

Она закатывает глаза.

— Я это уже поняла, команда «Моллиджер».

— Что? — Я не могу сдержать смех. — Ты придумала нам название? Ну, ты даешь, сладкая.

Черт побери, она забавная.

Она веселая, озорная, сексуальная, красивая, умная. Я смотрю на нее и не могу налюбоваться. Она как глоток свежего воздуха. Я точно не готов это потерять.

— А еще Мелисса просила составить ей компанию в конце недели. Что-то связанное со свадьбой. Раз Джекки не будет, то мне придется временно заменить ее, полагаю. — Она пожимает плечами и обхватывает губами соломинку, принимаясь за молочный коктейль.

Я наблюдаю, как она это делает, как в замедленной съемке, и задумчиво бормочу, чтобы поддержать разговор:

— Не знал, что Джекки уезжает.

— Летит в Париж искать место для галереи. Все бы ничего, если бы это не совпадало с моим днем рождения.

День рождения. Она недавно упоминала о нем.

— Когда твой день рождения?

— В среду.

— Значит, в среду ты станешь совсем взрослой, малышка?

Она кивает.

— И ты, наконец, перестанешь называть меня малышкой.

— Никогда.

— Тогда хотя бы перестань называть меня сладкой, — говорит она, как ни в чем не бывало, возвращая соломинку в соблазнительный ротик. Ее мягкие губы плотно обхватывают эту чертову трубочку, как вчера обхватывали мой член. Это было так соблазнительно — смотреть, как она отсасывает мне. Эта картинка навсегда врезалась в мою память.

Заказывать напитки было плохой идеей.

Да, черт, все связанное с ней — это плохая идея. Кроме той, чтобы запереться с ней на недельку-другую в пляжном домике, предварительно выбросив всю одежду в океан.

Я кладу руки на столик, наклоняясь ближе к Эвелине, и понижаю свой голос, чтобы то, что я собираюсь сказать, услышала только она одна:

— Ты делаешь меня таким твердым прямо сейчас, сладкая. Заканчивай с этим коктейлем, пока не стало слишком поздно.

Ее щеки снова розовеют. Это потрясающе.

— Что ты подразумеваешь, под «слишком поздно»? — Она дразнит меня, специально растягивая удовольствие с напитком, отчего по моим венам растекается лава.

Она то и дело бросает мне вызов, тестируя мои границы. Шутка в том, что у меня их нет. Только не рядом с ней.

— Когда я потеряю самообладание, ты не захочешь оказаться запертой со мной один на один в дешевой уборной, так что перестань меня провоцировать. Все, что было вчера, хреновы цветочки.

Она сглатывает комок и отодвигает чертов стаканчик в сторону, заставляя меня разразиться хохотом. На нас оборачиваются люди.

— Ладно, идем отсюда.

Я обнимаю ее за талию, и веду к машине, чтобы доставить ее сексуальную задницу домой, пока она не нашла на нее каких-нибудь приключений без моего участия.

Никогда бы не подумал, что могу быть таким собственником.