Отрубить голову дракону - Татьяна Гармаш-Роффе

— Доктор Збруев? — шагнул к нему детектив. Тот от неожиданности отпрянул.

— Кто вы?

— Меня зовут Алексей Андреевич. — Полностью представляться Кис не намеревался: а ну как побежит доктор мэру докладывать. Это совсем лишнее, рассудил он. — Вы навещали Юлю Шаталову в конце сентября, не так ли? Юлию Шаталову, шахматистку, — освежил он в памяти врача это имя на случай, если тот уже забыл: пациентов у него тьма-тьмущая, немудрено.

— Какое вам дело?

— Вас направил к ней на дом мэр, господин Бобырев.

— И что с того? — теперь доктор смотрел на него прямо, даже с вызовом. — Да, мэр меня попросил. К этой девушке отношение особое, она честь города, чемпионка, и детей самого мэра обучает шахматам.

Похоже, об исчезновении Юли он не знал, говорил о ней в настоящем времени, хотя Юля вот уже два месяца как никого не обучает шахматному искусству. Да и откуда ему узнать? Мэру незачем было информировать доктора, с какой стати?

Тем лучше. Сейчас нанесем удар, не мешкая.

— Я вот пытаюсь понять, — задумчиво, слегка растягивая слова, произнес Кис, глядя куда-то сторону, — почему Юля сбежала из дома сразу после вашего визита?

Это был маленький блеф: Юля сбежала только через два дня. Но поскольку Збруев об этом не знал, то ложь проглотил. И сейчас должен почувствовать себя неуютно. Если он хоть как-то замешан в деле… Да какое «если» — мэр ведь не случайно послал его к девушке! Пить дать, у доктора было к ней поручение.

Выдержав пару секунд, детектив резко повернул голову и посмотрел Збруеву в глаза.

Это был один из его любимых приемов: когда на собеседника не смотришь, он меньше контролирует свое лицо, чем под твоим взглядом. И когда ты внезапно повернешься к нему, то наверняка застанешь врасплох.

Прием сработал: тень растерянности пробежала по лицу Збруева, Кис уловил эту тень и додавил:

— Что вы ей сказали от имени мэра? Что он просил передать?

— Да ничего, боже мой! — начал приходить себя доктор. — Почему вы задаете такой вопрос… Вы себе много позволяете! Будто я преступник какой-то!

— Разве передать слова от мэра — преступление? — сделал удивленные глаза детектив. — Или вы что-то ужасное сказали девочке?

Он чувствовал: доктор попался. Сейчас начнет оправдываться.

И он не ошибся.

— Просто открытку отдал, ничего в этом такого. Открытку с пожеланием скорейшего выздоровления.

— Это пожелание вы сами прочитали?

— Нет, открытка была в конверте, мне Валентин Игоревич сказал…

— То есть своими глазами вы пожелание не видели?

— Не видел… А в чем дело? Кто вы такой, собственно?! — взял себя в руки придворный лекарь. — Что за допрос вы мне тут учинили?! На каком основании?

— Спасибо, доктор, — произнес Алексей и быстрым шагом направился прочь, к своей машине.

Он узнал всё, что хотел. Теперь можно ехать домой!

К вечеру чувствительно похолодало, и в ожидании Збруева Алексей основательно замерз. Он поднял меховой воротник куртки, сунул руки в карманы и ускорил шаг.

Открытка, значит. Не ошибся детектив, не ошибся: пришло к Юле послание! Теперь картина нарисовалась почти без белых пятен. Итак, сначала…

Он свернул на улицу, где оставил машину, и в то же самое мгновенье из пространства между двумя автомобилями метнулась к нему черная тень. Вес тени был, однако, самый что ни на есть настоящий, килограммов под сто, и Алексей рухнул под его тяжестью на асфальт. Он не видел, откуда возник второй качок, зато почувствовал, как его подхватили с обеих сторон под руки, поставили. Затем быстро и профессионально ощупали его одежду. Но поскольку оружия детектив не носил, то их старания плодов не принесли.

— Есть разговор, — бросил амбал и вместе со вторым потащил детектива вперед по тротуару.

Вскоре перед взором Кисанова предстала белая «Мазда». Ну конечно, кто бы сомневался.

— Присаживайся, — амбал открыл перед Алексеем переднюю дверцу с пассажирской стороны. — И смотри, папаша, веди себя смирно. Не то… — и он показал детективу внушительный кулачище.

— Если бы у меня был такой сынок, я бы застрелился, — хмыкнул Кис и полез в машину.

Второй амбал — чуть помельче, правда, — сел позади Алексея, первый обошел тачку и залез на водительское сиденье. Они тронулись.

— Эй, стоп! Тут моя машина, и я намерен вернуться на ней домой. Не на электричке же мне ехать сюда за ней завтра.

«Мазда» остановилась, прижавшись к тротуару.

— Ладно, поговорим сначала. А там видно будет, — произнес тот, что уселся сзади.

— Поговорим, — кивнул Кис. — И что вы вынюхивали здесь целый день? — детектив попытался взять инициативу в свои руки. — Я вас видел, вы вокруг фирмы Шаталова шастали.

— Так и мы вас видели, — вежливо ответил мужчина за его спиной. — Стесняюсь спросить, — ехидно произнес он, — а вы что вынюхивали? Кто вы такой?

Алексей полез за удостоверением.

— Руки! — грозно прикрикнул амбал за рулем. — Зачем в карман лезешь?

— Оружия у меня нет, вы ведь проверили. Я удостоверение хочу достать.

— Какое?

— Точно, застрелился бы, — хмыкнул Кис. — Вы меня спросили, кто я. Я намереваюсь дать вам внятный ответ в виде удостоверения.

— Ты мент?

— Не тыкай мне, мальчуган, это дурной тон. Вот, смотри, — и Алексей, под настороженным взглядом амбала, достал из внутреннего кармана удостоверение частного детектива.

Амбал посмотрел мельком и передал назад. Тот, что сидел за Алексеем, был его начальником, сто пудов.

— Частный детектив… — проговорил начальник. — Алексей Андреевич, и что же вы ищете в Энске?

— Думаю, то же, что и вы.

— Вот как? Вы такой проницательный?

— Как вас зовут?

— Вадим Дмитриевич.

— Давайте, Вадим Дмитриевич, не терять время и не валять дурака. Вы интересовались фирмой Юрия Шаталова — я тоже. Вы не знали, какие изменения произошли с фирмой, — иначе бы не поехали к старому зданию — я тоже не знал. То есть нам — вам и мне — известно начало истории, но не известно ее продолжение. И мы жаждем его узнать, верно?

— Говорю же, проницательный. И кто вас нанял?

— Оксана Шаталова. А вас?

— Упс. Секрет фирмы, разглашению не подлежит.

— Да ладно гнать. Ни Юрий Шаталов, ни Оксана вас нанять не могли, поскольку на них работаю.

Среди заинтересованных лиц, при этом точно так же пребывающих в неведении насчет смены адреса, остается только дочь Шаталовых. Держу пари, вы работаете на Юлю. Уж не знаю, где она вас нашла и как, но именно для нее вы сюда притащились. И, к слову, это отличная новость. Значит, девочка жива. И даже вполне в порядке, полагаю. Не в больнице, не в тюрьме…