Огненный крест - Диана Гэблдон

К концу недели пошел дождь — такой сильный, что два дня никто никуда не выходил. И не просто дождь, а настоящий ураган: карликовые пальмы ветром сгибало пополам, грязные улицы были усыпаны листьями и сломанными ветками. Марсали долго не ложилась спать и, прислушиваясь к ветру, то читала молитвы, то, стараясь отвлечься, играла в карты с Джейми.

— Фергус говорил, что прибудет из Нью-Берна на большом корабле? На «Спруте», да? Здорово!

— Еще бы. Хотя, по-моему, почтовые пароходы тоже очень надежные. Нет, не сбрасывай эту карту — скинь лучше тройку пик.

— Откуда ты знаешь, что у меня есть тройка пик? — подозрительно нахмурилась Марсали. — А насчет почтовых пароходов неправда. Ты сам прекрасно знаешь: только позавчера видели обломки такого у подножия Элм-стрит.

— Я знаю, что тройка пик у тебя, потому что у меня ее нет, — сказал Джейми, аккуратно прижимая зажатые в руке карты к груди, — а все остальные из пик уже на столе. К тому же Фергус может приехать из Нью-Берна по суше, а не морем.

В дом ударил порыв ветра, затряслись ставни.

— Вот еще одна причина обходиться без окон, — заметил Роджер, глядя на карты Марсали из-за ее плеча. — Нет, он прав, скидывай тройку пик.

— Давай лучше ты. Я пойду посмотрю, как там Джоани. — Марсали резко поднялась, вручила свои карты Роджеру и поспешила в небольшую соседнюю комнату, где ночевала с детьми. Я не слышала, чтобы Джоани плакала.

Послышался громкий стук, над головой что-то зашуршало — это сломалась и проскребла по крыше ветвь дерева. Все подняли головы. На фоне пронзительных завываний ветра слышался глухой гул прибоя: накатывали волны, и часть берега, обнажаемая при приливе, теперь погрузилась под воду.

— Отправляющиеся на кораблях в море, — тихим голосом процитировал Роджер, — производящие дела на больших водах, видят дела Господа и чудеса его в пучине. Он речет, и восстанет бурный ветер и высоко поднимет волны.

— Да уж, очень помогло, — раздраженно отозвалась Брианна. Ее несдержанный нрав только обострился из-за вынужденной изоляции. Напуганный всеобщей суматохой, Джемми прилепился к маме и почти не отпускал ее последние два дня; оба нервничали и злились.

Роджера, похоже, не смутил ее настрой. С улыбкой наклонившись к Брианне, он отодрал от нее Джемми — с трудом, поставил малыша на пол и взял за руки.

— Они шатаются туда-сюда, — по-театральному напыщенно произнес он, покачивая Джемми так, что малыш терял равновесие. — Шатаются как пьяные, и ум у них за разум заходит.

Джемми захихикал, и даже Брианна неохотно улыбнулась.

— Потом они жалуются Господу на свои несчастья, и он помогает им справиться с горем… — На слове «помогает» Роджер вдруг подбросил Джемми вверх, поймал за подмышки и закружил, отчего мальчик завизжал от восторга. — Он превращает шторм в штиль и успокаивает волны. И тогда они довольны, потому что все спокойно, — Роджер притянул к себе Джемми и поцеловал в макушку, — и он даст желанное пристанище.

Брианна с сарказмом аплодировала его представлению, но все равно улыбалась. Джейми собрал карты и аккуратно перетасовал колоду, потом вдруг замер и посмотрел вверх. Заметив его неподвижную позу, я глянула на него, а Джейми поймал мой взгляд и улыбнулся.

— Ветер стих, — сказал он. — Слышишь? Завтра выходим.

* * *

К утру распогодилось, с моря подул свежий ветерок, который принес с собой резкий запах морской лаванды и сосны, а также жуткое зловоние чего-то гниющего на солнце у воды. Отсутствие мачт у причала по-прежнему наводило тоску: ни крупных кораблей на якоре, ни даже парусных или почтовых судов. Зато воды Уилмингтона полнились шлюпками, плотами, каноэ и пиреттами — маленькими четырехвесельными лодочками, которые порхали по поверхности, будто стрекозы.

С одной из таких лодок заметили нашу безутешную компанию, и гребцы ринулись к причалу — не нужен ли нам транспорт? Роджер наклонился и вежливо крикнул в ответ, что не нужен, и тут ветром унесло его шляпу. Она легкомысленно закружилась, будто листок, на поверхности коричневатой воды и натолкнулась на морскую пену.

Лодка тут же бросилась за шляпой, и один из гребцов ловко подцепил ее и поднял, промокшую, концом весла. Когда пиретта подошла ближе к причалу, взгляд у лодочника стал не столько ликующим, сколько изумленным.

— Маккензи! — вскрикнул он. — Чтоб мне провалиться!

— Дафф! Дафф, старина!

Роджер наклонился и схватил шляпу, а потом подал своему старому знакомому руку. Дафф, невысокий поседевший шотландец с очень длинным носом, обвислыми щеками и изящными ростками седеющих усов, будто посыпанных сахарной пудрой, проворно вспрыгнул на пристань и по-мужски крепко обнял Роджера. Объятия сопровождались неистовыми похлопываниями по спине и восклицаниями. Мы вежливо стояли в стороне и наблюдали за встречей давних друзей, а Марсали все пыталась не дать Жермену прыгнуть с причала в воду.

— Ты его знаешь? — спросила я у Брианны, которая с сомнительным видом разглядывала старого друга своего мужа.

— Возможно, он когда-то был с Роджером на корабле, — ответила она, хватая покрепче Джемми, — тот с диким восторгом смотрел на чаек, которые занимали его намного больше, чем мистер Дафф.

— Ты только погляди! — Дафф наконец сделал шаг назад и радостно вытер нос рукавом. — Камзол как у лэрда, да и пуговицы не хуже. И шляпа!.. Бог мой, дружище, ты так лоснишься, что дерьму к тебе не прилипнуть, да?

Роджер засмеялся, вытряхнул из промокшей шляпы водоросли и рассеянно протянул ее Бри, которая довольно подозрительно рассматривала мистера Даффа.

— Это моя жена, — представил ее Роджер и, махнув рукой в сторону остальных, добавил: — И ее семья. Мистер Джеймс Фрейзер, миссис Фрейзер и невестка моей жены, тоже миссис Маккензи.

— К вашим услугам, сэр и леди. — Дафф поклонился Джейми и в знак уважения коснулся сомнительного предмета на своей голове. Когда он посмотрел на Брианну, его губы растянулись в широкой улыбке. — А, значит, ты на ней женился. Приручил ее? — Дафф бесцеремонно толкнул Роджера под ребра и хриплым шепотом спросил: — Это ты заплатил отцу за нее или отец приплатил тебе за женитьбу? — Он издал какой-то скрипучий звук — видимо, смех.

Джейми и Бри пронзили мистера Даффа одинаково холодными взглядами из-за своих длинных прямых переносиц, а Роджер не успел ничего ответить, как вдруг другой гребец крикнул что-то непонятное из лодки.

— Да, да, не волнуйся там, дружище, — отмахнулся от него мистер Дафф. — Это мы так шутим, — доверительно объяснил он мне. — Мы же моряки. «Не волнуйся», понимаете? Потому что если будешь волноваться, то окажешься на дне морском, верно? — Он снова затрясся от своего скрипучего смеха.

— Очень забавно, — заверила я его. — Он сказал что-то про кита?

— Конечно! Разве вы не