С молитвой о тебе - Татьяна Алюшина

Ксения Петровна, конечно, помогла, и Кира сдала все экзамены и защиты досрочно и передала своих учеников, которых вела в родном колледже, другому преподавателю. А еще любимая учительница созвонилась с ректором Питерской консерватории и договорилась о приеме ученицы на работу.

Владимир Андреевич решил перебираться в Питер.

Они продали свою квартиру, но папа позаботился и о Вадиме. Дело в том, что у них почти в центре города имелась однокомнатная квартира, доставшаяся от папиных родителей. Они много лет сдавали ее, а когда Вадим сел, папа открыл банковскую карточку на его имя, куда и поступали деньги от аренды. Эта жилплощадь была оформлена в собственность на Владимира Андреевича и Киру, и, при содействии Романа Георгиевича, квартиру поставили на особый контроль. Это означало, что любые сделки с ней не могли проводиться без личного присутствия владельцев, и в милиции и в паспортном столе имелись специальные отметки о том, что возможно мошенничество по этой жилплощади. Так же там лежало официальное разрешение на временную регистрацию в ней Вадима без каких?либо прав на владение и постоянную прописку.

Владимир Андреевич написал Вадиму письмо в колонию, в котором извещал, что они с Кирой уезжают из Москвы, и про бабушкину квартиру, где он может жить, и про деньги на карточке. Кира искала нотную партитуру, решила посмотреть в письменном столе и увидела это письмо. Несколько исписанных четким отцовским почерком страниц. Конечно, она не стала читать, но выхватила взглядом последнее предложение, завершавшее письмо: «Прости, сын, но это все, что я могу еще для тебя сделать». И Кира поняла, что это письмо?покаяние.

Она осознала в этот момент, с каким грузом вины живет отец.

Это очень больно.

Когда Владимир Андреевич занялся покупкой квартиры в Питере, поиском достойной работы для себя и мотался туда?сюда каждую неделю, в один из выходных к ним в гости пришел дядя Рома на прощальный ужин и пытался отговорить отца от такого решения.

— Володя, ты делаешь фатальную ошибку! И не одну! — убеждал он. — Вам нельзя переезжать в Питер! Людям, под чьим пристальным вниманием находится Вадим, прекрасно известно о профессии и квалификации Киры, и в первую очередь они станут искать вас именно там. В Питере, Иркутске, Красноярске, везде, где существуют центры музыкального образования высокого уровня.

— Кире необходимо поработать хоть года два на этом самом высоком уровне, — убеждал в своей правоте друга Владимир Андреевич. — И потом, я уверен, что Вадим, не зная, где мы, не станет переводить на нас свои долги.

— Да хоть сто раз он не станет! — кипятился Роман Георгиевич. — Но те, кому он должен, вас в покое не оставят, пока не оберут до нитки и вон Кирюху в дорогой публичный дом не продадут! И квартиру ты ему зря оставил! Это ужасная ошибка! Недвижимость в Москве, да еще твоя с дочерью собственность! Да ради такого куша и квартиры в Питере они вас из?под земли найдут и достанут! Как ты не понимаешь?! И жить вам вдвоем — ошибка! Вот они мы, тепленькие и на тарелочке! Вам разъезжаться надо по разным городам, Кирке имя и фамилию менять! Набери в любом поисковике: Кира Белая — и сразу получишь ссылку на музыкальное учебное учреждение, где она трудится, в любом городе страны! Вы не должны знать, где живет другой, только в таком случае вас, может, не покалечат и не пристукнут, потому что вы совладельцы, максимум, отберут то жилье, в котором вы живете! Володя, это простые истины, как можно их игнорировать?!

— Два года! — настаивал папа. — Всего два года она поработает, а я накоплю денег, мне оклад назначили фантастический, и работа интересная, и премиальные большие! И мы сделаем так, как ты сказал.

— Да не продержится Вадька два года! — разошелся возмущенный дядя Рома. — Через полгода максимум будет должен всей Москве!

— Да не кипятись ты, — уговаривал папа. — Ладно, год пересидим в Питере, а за это время подготовим базу для отступления.

— Тьфу ты! — сплюнул в сердцах Роман Георгиевич.

Есть у кого?нибудь сомнения в его правоте? Ну вот и у жизни их не было!

Они купили прекрасную, большую, светлую квартиру, которая, правда, требовала ремонта, но, поскольку имела статус временного жилья, Кира с папой этим вопросом не заморачивались.

Переехали в июле. В августе Вадим вышел из тюрьмы, отсидев свой срок.

Владимир Андреевич с энтузиазмом приступил к работе, взбодрился, помолодел даже, снова занялся спортом — исцелялся понемногу от горестей, обретая надежду и былую уверенность в себе.

А Кира…

Кира с головой погрузилась в обожаемую работу, ей дали несколько учеников первого курса, очень талантливых ребят, и она про время забывала, так была увлечена занятиями.

И это позабытое чувство спокойствия житейского! Кира как из клетки вырвалась и часами, свободными от занятий, гуляла по Питеру, впитывая его дух, красоту, особый запах. Мужчины глаз не могли оторвать от такой девушки и пытались познакомиться с ней чуть ли не каждый день. А она смеялась, немного флиртовала, но не больше.

Состояние души, в котором пребывала Кира, оказалось настолько полным, гармоничным, ликующим, что никакие любовные отношения туда не вместились бы. Да и ей хотелось пожить в покое, без новых переживаний, сомнений и волнений, неизбежных, когда влюбляешься.

Это был первый Новый год, который они отмечали с папой вдвоем, без мамы — и грустный, потому что годовщина ее смерти, и радостный, потому что полный надежд, планов и забытого чувства свободы…

В середине апреля позвонил Роман Георгиевич:

— Володя, до меня дошла информация, что вас с Кирой начали искать. Сматывайтесь оттуда!

Это был шок! Они поверить не могли, что все началось сначала, и года не прошло, что кошмар продолжается, а это чувство спокойствия и свободы было всего лишь одним из его изощренных пыточных приемов!

Но Владимир Андреевич не позволил себе распускаться, а начал немедленно действовать! Они с Кирой собрали самое необходимое на первое время, папа перезвонил Роману Георгиевичу, сказал, что пришлет документы и генеральную доверенность на продажу квартиры, попросил его лично проконтролировать этот вопрос и переслать потом все оставшиеся вещи по адресу, который он ему сообщит, остальные детали они обсудят по ходу событий.

Отец вызвал такси, и хоть было еще слишком рано, они поехали в консерваторию, дождались ректора в приемной, и Владимир Андреевич без утайки объяснил ему их с дочерью реалии. Ректор посочувствовал и обещал быстро оформить документы для Киры, посетовал, что теряет замечательного педагога.

Следующим пунктом был завод, где работал Владимир Андреевич. Директор, выслушав отца, проявил такое неожиданное участие, что Кира с папой удивились поначалу, но тот объяснил, что у него такая же проблема, только похуже — сын наркоман. И выдал, достав из сейфа, папе большие премиальные.

— Бери, Владимир Андреевич, потом по бухгалтерии проведу, тебе сейчас ой как понадобится. Ты представить не можешь, как мне жаль терять такого специалиста! Ладно, иди, спасай дочь. Бумаги твои оформлю как положено и характеристику высшей похвалы составлю, лично прослежу, чтоб переслали, когда адрес новый сообщишь.