Фрески Италии - Кэтрин Джордж

— Если он сделан по рецепту Марины, то уверен, что мне понравится, — сказал Люк с вздохом и, отложив в сторону вилку и нож, подлил Саскии шампанского.

— По-моему, после такой чудесной рыбы грех не выпить шампанского.

Саския немного отпила из бокала.

Это уже второй за сегодня. Думаю, мне хватит. — Она широко улыбнулась. — Иначе я усну, и тебе опять придется относить меня в постель.

— Я сделаю это в любом случае, так что, может быть, ты все-таки выпьешь этого божественного напитка? — Он глубоко вздохнул, когда Саския счастливо на него посмотрела. — Сасси, ты так на меня смотришь, что, думаю, я отнесу тебя в постель прямо сейчас.

Она отрицательно покачала головой.

— Ничего подобного, — решительно сказала она. — Мы никуда не пойдем, пока не съедим этот пирог.

На следующее утро Саския долго не могла встать. Отпуск кончился, пора было выходить на работу. С трудом оторвавшись от Люка, она соскочила с кровати.

— В котором часу ты вернешься домой? — спросил он, наблюдая, как Саския надевает халат.

— Не могу точно сказать, — грустно ответила она. — Прежде чем я приступлю, к текущим делам, мой босс наверняка загрузит меня работой, не сделанной в мое отсутствие. Так что, когда ты будешь заниматься любимым делом, подумай о бедной Сасси и куче финансовых документов, которые ей нужно будет обработать.

— Я и так буду думать о тебе, Сасси. Причем гораздо больше, чем нужно. — Их глаза встретились, и она нежно его обняла.

Саския все же опоздала на работу на пятнадцать минут, и ее босс Чарльз Харрисон уже рвал и метал.

Но в это утро ей была не страшна ярость шефа. На ее столе лежали несколько сообщений о том, что в ее отсутствие звонил Фрэнсис Лофорд, и она с огромным удовольствием разорвала их на мелкие кусочки.

Саския не пошла на обед, попросив принести ей сэндвич в кабинет. Она съела его, пока писала заявление об уходе. Чарльз, узнав о ее желании уволиться с работы, влетел к ней, злобно размахивая заявлением. Саския молча выслушала его гневную тираду. Тогда Чарльз решил сменить тактику и пообещал повысить Саскии зарплату. Она вежливо отказалась и напомнила боссу, что его жена пригласила на ужин гостей и ему уже пора идти домой.

Саския вышла из банка на полчаса позже, чем собиралась, чувствуя огромную усталость. Около дверей под проливным дождем стоял Фрэнсис с зонтом, поджидая ее.

— Нам нужно поговорить, сказал он и схватил ее за руку.

— Мне не о чем с тобой разговаривать, — резко ответила она и попыталась вырваться.

Я хочу, чтобы ты меня выслушала. Думаю, тебе будет интересно кое-что узнать.

Его зловещий тон не предвещал ничего хорошего.

— Что именно?

— Моя машина стоит за углом в метре отсюда, Я отвезу тебя домой.

Да нет, спасибо. Лучше подбрось меня до ближайшего метро.

— Он передернул плечами и продолжал крепко держать ее за руку, пока они шли к его «ягуару». Когда они сели в машину, он повернулся к Саскии и внимательно на нее посмотрел. Неужели это и в самом деле то, что тебе нужно?

— Не понимаю, о чем ты.

— Нет, ты прекрасно знаешь, что я имею ввиду! — Он еще ближе наклонился к ней, и она увидела синяк под его глазом. — Я говорю о твоих отношениях с этим ублюдком, который ударил меня.

— Фрэнсис, ты же знаешь, что мы с Люком не кровные родственники, — раздраженно сказала она.

— Да, конечно, я-то это знаю. — Он откинулся на сиденье, и Саския увидела удовольствие на его лице. — Но другие не знают. Скоро все вокруг будут говорить о том, что Люциус Армитаж развлекается со своей сестренкой. Знаешь, у меня есть один знакомый. Он работает в вечерней газете, которую читают все наши друзья. Между прочим, дорогуша, вы с Люком очень похожи. Может быть, это и случайность, но факт остается фактом. Ваша с Люком фотография на страницах газеты и сообщение о том, что брат и сестра — любовники, станут сенсацией. Я думаю, это плохо скажется на карьере Армитажа.

Ошеломленная Саския молчала. Конечно, говоря о друге-журналисте, Фрэнсис имел в виду Джоэла Гилберта. Тогда, на вечеринке у Тома Харли, ее представили Джоэлу как сестру Люка. Естественно, Люк сможет подать в суд, если эта грязная статья будет опубликована. Но скандалы никогда не проходят бесследно. Она с содроганием представила, как это подействует на ее мать и Сэма.

Какая же я дурочка, — наконец вымолвила она.

— Потому что решила переехать в дом Люка? — спросил Фрэнсис, втайне желая получить утвердительный ответ.

— Нет, потому что собиралась связать свою жизнь с тобой.

— Но ведь я люблю тебя, Саския! — в отчаянии воскликнул он. — И даже хочу на тебе жениться.

— Этого никогда не будет! — выпалила она и вдохнула побольше воздуха, чтобы произнести следующую фразу: — Да и в любом случае ты просто не сможешь этого сделать, поскольку я выхожу замуж за Люка. Уверена, ты оценишь то, что я тебе первому об этом сказала. Мы с Люком помолвлены. Фрэнсис зло посмотрел на Саскию, Что ж, он остался в дураках! Она усмехнулась.

Ну что, Фрэнсис? Теперь твоя статья никому не нужна. Поэтому тебе лучше позвонить своему дружку-корреспонденту и сказать, что просто бессмысленно публиковать этот материал.

— Может быть, статья уже вышла, — процедил он сквозь зубы, — если Джоэл заменил там все грязные словечки. Или если он продал ее какой-нибудь бульварной газетенке. Ладно, маленькая стерва, считай, что ты выиграла!

Спасибо за добрые слова, Фрэнсис. Честно говоря, я была о тебе лучшего мнения, — ответила она. Увидев проезжающее мимо такси, она выскочила из машины и остановила его. Фрэнсис ничего не успел ей сказать.

Люк оставил на автоответчике сообщение, что вернется домой поздно, поскольку у него незапланированный ужин с одним из клиентов. Он попросил Саскию поужинать одной и, не дожидаясь его, лечь спать, если она устала.

— Я приду и хорошенько укрою тебя, — нежно добавил он в конце сообщения.

Саския немного расстроилась, но в то же время почувствовала облегчение, потому что до прихода Люка ей надо было привести в порядок мысли. После встречи с Фрэнсисом она чувствовала себя так, будто ее втоптали в грязь, и подумала, что ванна поможет ей хоть немного успокоиться. Решив не ложиться одна в постель Люка, она забралась на кровать в комнате для гостей и, тихо включив радио, моментально уснула, так и не услышав ни шуток диск-жокея, ни звука открывающейся двери. В комнату неслышно вошел Люк, осторожно выключил радио и погасил в свет.

— Прости, что я тебя вчера не дождалась, — сказала она, увидев Люка на следующее утро. — У меня был сложный день.

— А у меня ужасная ночь, — резко сказал он, не отпуская руки от головы. Он был все еще в халате и выглядел очень уставшим.

— Слишком много анджиовизского вина? — с сочувствием спросила она, подойдя к нему по ближе, чтобы поцеловать.