Статус: беременна от жениха подруги - Ольга Иванова

Но уйти далеко мне не дали. Макс нагнал меня за поворотом и преградил путь:

— Куда ты?

— На станцию. Поеду домой на электричке, — отозвалась я, всем видом демонстрируя нежелание с ним общаться. — Подальше от тебя и вас всех...

— Извини, — Макс смотрел на меня как побитая собака. — Прости...

— Зачем ты это сделал? — все же спросила я. — Что за самодеятельность? Кто тебя за язык тянул?

— Я думал, так будет лучше... Ты ведь не знала, что ответить своей сестре...

— С чего ты так решил? Может, я как раз собиралась назвать имя отца ребенка, — я передернула плечами и решительно продолжила своей путь.

— Твой взгляд и весь вид говорил об обратном, — Мирский тоже не отставал от меня. — А вообще... Я еще хотел позлить Карину.

— Что? — тут я затормозила, с изумлением взглянув на приятеля. — При чем тут Карина?

— Ты была права, — Макс сразу сник и стал выглядеть каким-то пришибленным. — Мне нравится Карина. Очень. И, кажется, я ей тоже. Во всяком случае, я так думал.

— Мирский... — я не могла поверить своим ушам. Нет, слишком уж много сегодня потрясений для меня одной! Так и до нервного срыва недалеко. — Макс... Она без пяти минут замужем, алло! Ты сам помогаешь ей с организацией свадьбы! А еще она тоже вроде как беременна!

— Вот именно, «вроде как», — Макс усмехнулся. — Она мне призналась, что не беременна.

— Обалдеть... — протянула я, нервно хохотнув.

— А ты разве не знала? — Мирский сразу занервничал.

— Знала, — я переплела руки на груди. — Только... Какого черта она рассказала об этом тебе?

— Я же говорю, что тоже ей вроде как нравлюсь. Мы общаемся… Правда, из Мюнхена своего она приехала какая-то странная, — Макс озабоченно сдвинул брови. — Будто подменили. Избегает меня, не хочет общаться. А когда я сегодня попытался с ней поговорить, она наорала на меня и прогнала. Вот я и решил ее позлить, проверить реакцию...

— Ты идиот, да? — я сокрушенно качнула головой. — Чтобы позлить Карину, ты решил подставить меня? Слушай, ну это ни в какие ворота уже не лезет! — на глаза снова навернулись слезы. На этот раз от обиды и чувства несправедливости. — Только почему за все должна расплачиваться я?

— Идем назад, и я во всем признаюсь, возьму свои слова обратно... Скажу, что пошутил.

— А вот и не надо, — обида сменилась злостью и желанием отомстить. — Раз уж назвался отцом моего ребенка, значит, им и оставайся. Пока. Я тебя еще со своими родителями познакомлю, хочешь?

— Если честно, не очень, — Макс почесал затылок.

— А придется, — я развернулась и пошла обратно, в сторону своей дачи. Потом бросила через плечо озадаченному Мирскому: — Чего застыл? Идем, артист. Сегодня твой бенефис.

Нас ждали во дворе, вся компания.

— Наконец-то, — протянула Наташа, глядя на меня с упреком. — Чего сбежала?

— Извините, это я виноват, — вставил Макс, мгновенно вживаясь в «роль». — Поторопился с признанием. Надо было прежде нам с Лизой это обсудить. Вот она и обиделась... Но мы уже помирились.

— Вот и ладно, — Наташа хлопнула в ладоши. — Тогда предлагаю продолжить наш праздник. А то, кажется, уже вторая и партия шашлыков остыла. Да, Никита?

— Ну почти, — тот уже не улыбался, как обычно, а выглядел потерянным. — Можно попробовать подогреть слегка...

Похоже, моя беременность подпортила планы и ему. Впрочем, его чувства в этой ситуации меня волновали меньше всего. Другое дело Руслан. Его лицо превратилось в бесстрастную маску, а во взгляде появился лед. Поверил, значит. Может, оно и к лучшем... Больше не будет бередить мне сердце своими признаниями. А вот Карина... Она будто приободрилась, заулыбалась. Если только эта бравада тоже не была напускной.

Из всех присутствующих радовались происходящему только двое: Наташа и ее муж. Сестру, уже слегка охмелевшую от вина, прорвало на разговоры о своей счастливой семейной жизни и советы, которыми она щедро сыпала то в мой с Максом адрес, то Карины с Русланом. Остальные преимущественно молчали, погрузившись в свои мысли, и кивали невпопад.

Когда стало темнеть, я первая засобиралась домой.

— Не останешься ночевать здесь? — встрепенулась сестра.

— Нет, прости, у меня завтра есть кое-какие дела с утра, надо быть в городе, — я виновато улыбнулась. — Но посуду я почти все помыла, на кухне прибралась, так что тебе и делать ничего не надо...

— Я завезу тебя, — тут же поддержал меня Макс, при этом поглядывая на Карину, но та продолжала его игнорировать. И это непонятное поведение подруги вкупе с признанием Мирского меня беспокоило все больше и больше. Жаль, что я не могла позвать ее на разговор сейчас, придется ждать подходящего момента. — Иди к машине, я сейчас приду...

Все тоже стали собираться и готовиться к отъезду, но в какой-то момент мы с Русланом вновь оказались наедине. Я уже стояла около машины Мирского, а он рядом что-то искал в багажнике своей. Потом Руслан выпрямился и огорошил вопросом:

— Ты действительно беременна от этого придурка?

Сердце екнуло, а к горлу подступил ком. Язык не повернулся прямо сказать «да», но и отрицать это, тем самым разоблачив себя, не могла. Потому ответила вопросом на вопрос:

— Ты сомневаешься в самой беременности или факте отцовства?

— Сомневаюсь. В обоих случаях, — Руслан продолжал сверлить меня взглядом. — Потому что не могу понять, когда вы успели. Особенно если вспомнить, что ты... Что я был у тебя первым.

— Можно потише об этом? — я стала озираться: хватит с меня сегодня вскрывшихся тайн. — И мы же договорились не вспоминать.

— Сейчас другой случай. Так что с твоей беременностью?

Спасение от этого провокационного вопроса пришло в лице Никиты.

— Мне яблок дали, — показал он небольшой пакет. — Белый налив. Хочешь?

Вопрос адресовался другу, на меня же Никита намеренно не смотрел, точно не замечал.

– Нет, – Руслан перевел взгляд на него, я же воспользовалась моментом и нырнула в салон машины Макса. А потом уже появились Карина с Наташей и сам Мирский. Мне снова пришлось выйти из машины, чтобы попрощаться со всеми.

— Я позвоню тебе попозже, — шепнула я Карине. — Надо поговорить.

— Ладно, — легко согласилась та. — Буду ждать.

С Русланом мы распрощались сухо, правда, он не переставал смотреть на меня с подозрением, и это ужасно нервировало. Вот что у него бродит в голове? Что он себе там думает? А если он сейчас сопоставит все и поймет, что я беременна от него? Ох… Даже боюсь подумать об этом.

— Что ты там вздыхаешь? — выдернул меня из мыслей Мирский. — Все не можешь простить меня?

— И это тоже, — я прижалась виском к прохладному стеклу окна. — Ты даже не представляешь, как все усложнил.