Заберите вашего сына - Яна Мелевич

— Это касается твоего дела? — снова задает вопрос, на который отвечаю кивком, отпивая немного. Вкус не очень приятный, не настоящее кофе, однако от гостеприимства грех отказываться, особенно, когда к тебе двигают вазочку с разноцветной маленькой карамелью и приносят стул.

— Позвоню ему вечером, он сейчас отсыпается после работы, — пожимает Миша плечами. — Попрошу сбросить все, что есть. Если это как-то поможет, хотя там ничего такого. Да и я уже говорил, парень не выходил больше на связь.

— И все же, хочу знать, — упрямо мотаю головой, на что Миша вздыхает, доставая из кармана смартфон свой, принявшись что-то набирать.

— Сейчас напишу ему. Вечером сброшу.

— И никаких препятствий следствию? — улыбаюсь, заметив усмешку на губах парня.

— Боже упаси, женщина. Мы же не на допросе, — смеется, показывая очаровательные ямочки на щеках. Симпатичный парень, очень милый и добродушный. Может правда стоит к ним записаться в добровольцы? Хотя Олеся меня со свету сживет.

— Ты что-нибудь знаешь о «Зеленом слоне»? — вновь задаю вопрос. Отгоняя от себя неприятные мысли, сосредоточившись на деле. Миша хмурится, кусает губу, внезапно кладя свою руку поверх моей и сжимая.

— Лиль, эти ребята довольно опасны. Их в нашем сообществе никто не любит. Почти все организации, зарегистрированные законно, от них открещиваются вовсе. Я уж молчу про их методы. Почему ты спрашиваешь? Только не говори, что хочешь у них интервью взять, — внимательно смотрит, словно пытаясь разглядеть что-то на моем лице. Складываю на коленях руки, отставив чашку и разворачиваю фантик с яблочной конфетой.

— Это будет сложно, — пожимаю плечами, сунув в рот карамельку. — Так просто с ними не свяжешься. Но я уверенна, что тот, с кем я говорила по телефону, был из их братии.

— Слушай, Лиль, — складывает на груди руки Миша, притопнув ногой. — не ввязывалась бы в эти дела. Опасно.

— Журналистика всегда опасна, — пожимаю плечами, перекусив конфетку с хрустом и покачнувшись на стуле, наклоняюсь к Мише, улыбнувшись. Темная прядь упала ему на лоб, и рука тянется поправить. — Ничего такого, обычное дело. Тем более, я могу за себя постоять.

— Ну, знаешь ли… — его голос обрывается, в тот момент, когда мы близко друг к другу и внутрь врывается точно вихрь несколько людей в черных куртках. Едва не падаю от неожиданности со стула, но Миша вовремя ловит, ошарашенно раскрыв рот, разглядывая вошедшую компанию. Расступившись, они пропускают человека, от вида которого у меня буквально волосы дыбом встают. Если до этого я не представляла, что можно испугаться от одного взгляда, то теперь воочию поняла, что это за чувство. Смотрят так, будто сейчас сожрут.

— Заинька, — каждую букву Доронов чеканит так, что я вздрагиваю, а его взор опускается ниже, туда, где мои ладони на плечах Миши в поддержке, чьи пальцы удерживают мои запястья. Щелчок языком, точно выстрел из пистолета.

— Ты что тут делаешь? — озадаченно моргаю, пытаясь понять, как он меня нашел. От улыбки на лице прям мурашки вдоль позвоночника.

— Господин Серов, — слащавым тоном произносит Амир, сверля взглядом руки Миши. — Уберите ручки, иначе протяните ножки.

Моего нового знакомого сдувает ветром со стула к стене. Озадаченно хлопаю ресницами, пропустив момент приближения Доронова ко мне. Один рывок, вот я уже на ногах, смотрю в темные глаза, в которых настоящая буря.

— Доронов, — поджимаю губы, щуря взгляд. — Как ты меня нашел? Следил? Поставил жучок? Мимо пробегал?

— Почуял. Навигатор на тебя настроил, GPS на твоей волне, — быстро отвечает, сжимая пальцы и притягивая ближе. — Что было непонятно в словах: «жди меня дома»?

— А ты мне такого не говорил, — задираю подбородок выше, краем глаза заметив. Как по стеночке отползает подальше Миша. Эх, мужчина, а я-то на вас губу раскатала. — Вообще, что за манера указки через родню раздавать. Ты ж мне не муж.

— Вообще ерунда: сегодня подали, через месяц уже муж, — отвечает лениво, тяня в сторону выхода. Торможу ботинками, оглядывая толпу невозмутимых, суровых мужчин из охраны Доронова.

— Э, погоди, какой месяц, куда подали, какой муж? — возмущаюсь, ударив его зажатой в руке шапкой. — У меня к тебе, кстати, претензия на миллион. Почему не сказал про наших родителей, а?

— Ты же не сказала, куда пошла, — скучающе отзывается, останавливаясь и поворачиваясь в мою сторону, вновь получая шапкой по груди. — Зайка, если не прекратишь — потащу на плече.

— Свои замашки неандертальские показывай своим любовницам, баран нестриженый, — мигом огрызаюсь.

Вы думаете он меня послушался? Или может что-то ответил? Не-а. Это у меня весь офис вверх ногами встал в тот момент, когда сильные руки перехватили за талию, подбросив и устроив на плече, наплевав на всякое неудобство в виде курток.

— Доронов. Ты себе что позволяешь?!

— Старая кавказская традиция: похищение невесты. Скажи спасибо, что без осла, веревки и кляпа.

— Поставь меня, где взял, парнокопытное животное из семейства полорогих!

— … но знаешь, кляп все-таки нужен.