Результат испытательного срока - Анна Баскова

Лидия Петровна стеснялась. Халатика ветхого, потертых, стареньких тапочек.

Нужно после работы заскочить в Афимолл, купить пару комплектов сменной одежды, отвести ей в клинику.

— Арин, вы бы ехали, с работы ведь ко мне сорвались, — хрипловато шепчет Лидия, со всеми предосторожностями усаженная на заднее сидение Майбах.

Наклоняюсь к бывшей свекрови, целую ее в щеку.

— Константин занес мой номер в контакты, если что, сразу звоните.

— Хороший тебе попался мужчина Арин, наконец-то хороший. Неудобно мне, столько хлопот вам доставила, да еще и потратился Костя твой. Неудобно. — хрипловато шепчет в ответ бывшая свекровь.

— Не думайте об этом, вам сейчас главное выздоравливать. Хотите, я Ксюшкиных снимков вам на телефон пришлю?

— Конечно хочу! С самого маленького возраста…. Если можно. Арин, чтобы я без вас делала? Мне вчера, когда на скорой везли в клинику, самые страшные мысли лезли в голову. Не хотелось жить. Совсем не хотелось. Как из клиники выйду, найду риэлтера, разменяю жилплощадь. Пусть на две комнаты в коммуналках, но на разных концах Москвы.

— Девочки, прощаемся, хватит шушукаться, нам нужно к часу дня быть на месте. — профессор захлопывает заднюю дверцу, машет рукой, обходит машину, садится за руль.

Майбах плавно трогается с места, едет в строну выезда с больничной территории.

Баринов обнимает меня за плечо, ведет к лексусу.

— Наша подопечная в надежных руках. Петр — доктор высочайшего уровня. — заверяет открывая для меня дверцу.

— Спасибо тебе за все. Лидия Петровна сказала: — «Что бы я без вас делала?»

Я могу сказать тоже самое: что бы я делала? Без тебя….

— Арин, все плохое позади. Единственное: ты не требуй от Лидии Петровны невозможного, велика вероятность, по прошествии времени, она простит своего сына. Возможно найдет оправдания, а возможно просто простит.

Константин включил легкую фоновую музыку, лексус влился в поток автомобилей, без особых затруднений проскочили третье транспортное кольцо.

Я думала над словами сказанными Бариновым. Да, скорее всего, она простит Журавлева. Но это её право, она мать, и не мне её судить. Не мне. Журавлев однозначно сволочь. А я… Я никогда не задумывалась о том, как больно было моей маме, брошенной отцом девять лет назад. Как должное принимала её помощь в воспитании Ксении, в общем- то практически лишив маму права на личную жизнь. Я последняя эгоистка. Так нельзя. Вечером обязательно поговорю с мамой, и буду думать, как по максимуму ее освободить. Выкручусь.

— Знаешь Арин, мои родители со мной намучились в подростковом возрасте. Я был очень трудным подростком. Верка в юности жгла не по-детски. И ни я, ни сестра не удосужились перед ними извиниться. — вздохнул Константин, притормаживая у светофора на повороте к Набережной. Надо же. У нас с ним практически совпали мысли, каждый задумался об отношении к родителям. Интересно, что ж такого непотребного вытворял подросток — Костя Баринов? Думаю, он сильно преувеличивает свою подростковую проблематичность. Хотела спросить, но Константину позвонили, и до самого въезда на паркинг он отчитывал позвонившего, за перепутанные даты при оформлении отгрузки упаковочных материалов в сеть магазинов одного из серьезных представителей розничной торговли.

А мой телефон ожил уже в офисе. Отец позвонил с незнакомого номера.

— Арина мне нужно с тобой серьезно поговорить. Сегодня….

Папин тон, ничего хорошего не сулил. Злой и раздраженный.

Стоит отметить: в момент нашего появления, большинства сотрудников на месте не было: время ланча, народ разбежался по кафешкам. В офисе остался молоденький паренек, с чертыханием настраивающий программу на компьютере, за угловым столом, и помощница Константина — Ольга.

Я прижимая телефон к уху прошла ближе к переговорной, остановилась напротив стеклянной стены. Давненько отец не позволял подобного тона, успела отвыкнуть. И еще. Я вдруг вспомнила свое ощущение из детства: вечно недовольный отец. Всем, чтобы я не сделала.

— Арина, ты меня слышишь? В котором часу встретимся? Ты в Москва сити сейчас? Я подъеду. Баринов тебя отпустит со мной поговорить.

— Слышу папа. Встретимся по окончании рабочего дня, я тебе перезвоню — решим где удобнее. — отвечаю негромко, но твердо. Подождет, успеет высказаться.

— Рабочий день в пять часов закончится, у меня на это время назначена деловая встреча. Сейчас я этот вопрос решу. — вызов сбрасывает не попрощавшись.

С полминуты смотрю на серые ленты разбегающихся дорог, на поблескивающие вдалеке купола. Господи, с этими нескончаемыми проблемами, я когда нибудь настроюсь на рабочий процесс? В голове, снова каша замешивается.