Курортный роман - Татьяна Герцик

– А как у тебя дела с Сергеем Алексеевичем, с новым врачом? Жаль, я его мало знаю.

Вера хихикнула, чуть не опрокинув на себя чашку с кипятком.

– Что, птичка на хвосте принесла? А Марьей Ивановной эта сладкоголосая птичка не называлась? А насчет Сергея, то не много потеряла. С ним можно и вовсе не знакомиться. Не тот калибр.

Помешав ложечкой в чашке, старательно разгоняя чаинки и сахар, хозяйка смущенно созналась:

– Да, мне недавно звонила Марья Ивановна. Жаловалась на тебя.

Вера, не любившая горячее, налила чай в блюдце и смачно, с присвистом, втянула в себя сладкую жидкость.

– А конкретно?

Подруга лукаво наклонила голову.

– А что, много моментов, на которые можно нажаловаться?

Вера неопределенно мотнула головой, не желая раскрывать свои секреты.

– Это смотря с какой стороны смотреть. Если с моей, – то я почти идеал. Не круглый лишь потому, что это скучно. А так есть возможности для совершенствования. А Марья Ивановна считает, что я неисправимая хулиганка и бессовестная охальница.

Потянулась и выхватила из-под носа хозяйки остатки яблочного пирога.

Даша закашлялась, услышав такое чудное определение. Вера похлопала ее по спине, мимоходом заметив, что не надо так торопиться глотать непережеванную пищу, даже если и есть риск остаться без еды. Жизнь-то ведь дороже, чем какой-то несчастный кусок пирога!

Даша вкрадчиво произнесла, вытирая глаза тонким батистовым платочком.

– Вера, а для чего ты выставила бедного Сергея Алексеевича на посмешище, когда он пригласил тебя на танец?

Вера скорбно сложила руки на груди и скорчила непонимающую физиономию. Собеседница терпеливо пояснила:

– Зачем ты обняла его и повела, как будто ты – кавалер, а он – твоя дама? Марья Ивановна говорила, что он был красный, как морковка! Потом ты его еще и на место проводила, усадила, и поклонилась в благодарность! И еще каблуками щелкнула, как гусар в мундире! По-моему, это ты уже чересчур! Он же ничего плохого не хотел!

Вера нераскаянно зафыркала.

– Ну, во-первых, мы одного роста. А на каблуках я его куда выше! Во-вторых, он меня жутко разозлил! Представляешь, он приглашал всех дам на танец по алфавиту!

Даша не поняла.

– Как это?

– Очень просто! Твоя фамилия начинается на «а», значит, он пригласил бы тебя первой!

Даша начала потихоньку смеяться, понимая, что Марье Ивановне в ее титаническом деле перевоспитания Веры ничем помочь не сможет.

– Да он, может, боялся кого-нибудь пропустить и обидеть! Не может же он быть таким педантом?!

Вера прошамкала полным ртом, пережевывая остатки печенья:

– Хуже! Он не просто педант, он жуткий зануда! У него в кабинете всё систематизировано! Строго по алфавиту! И не дай Бог что-нибудь положить не туда! Он даже больных всегда усаживает на один и тот же стул, который всегда ставит на одно и тоже место! И не моги его на миллиметр подвинуть! Он тут же заметит и переставит обратно! Еще и выговорит тебе за беспорядок, учиненный на его рабочем месте!

Даша сделала круглые глаза, представив себе этот кошмар. Тихо проговорила, заранее зная ответ:

– Марья Ивановна говорила, что он пытался за тобой ухаживать.

Вера схватилась руками за голову.

– Ага! Но, к счастью, не долго. Перекинулся на Клаву. Она, кстати, подходит ему гораздо больше, такая же буквоедка. Им вдвоем будет хорошо! Мне повезло, что он от меня отстал, иначе я выкинула бы что-нибудь такое, за что меня, в свою очередь, немедля выкинули с работы!

Вечером шумная подруга уехала, и в доме воцарилась удручающая тишина. Слышно было, как на кухне тикают большие настенные часы. Даша уложила дочку, легла сама, долго глядя в потолок и думая о Вере. Ведь она такая яркая, веселая, открытая, почему ей так не везет с мужчинами? Или современные мужики такие слепые, что не в состоянии разглядеть под слоем бравады и небезвинных шуточек хорошую, добрую, милую девушку?

В воскресенье они с Машей позавтракали рано и принялись смотреть забавный мультик про Алладина, когда прозвенел звонок. Даша сразу поняла, кто это, и неохотно пошла открывать.

На пороге в самом деле стоял Валерий с бордовой розой на длинном стебле и зажатым под мышкой большим игрушечным пуделем. На нем был мешковато сидевший на нем серый костюм, купленный еще в годы их совместной жизни. Увидев бывшую жену, судорожно вздохнул и протянул розу.

Даша осторожно взяла цветок, старясь не уколоться об острые шипы, и иронично заметила:

– Да, для этого стоило разойтись! Это первый честно купленный в магазине цветок, что ты подарил мне за все годы нашего знакомства! Вообще-то я даже не могу припомнить, чтобы ты мне вообще когда-нибудь что-то дарил, кроме ворованных цветов, да и то в самом начале нашего знакомства.

Он задохнулся и покраснел. В это время в прихожую выглянула заинтересовавшаяся долгим отсутствием мамы Маша, избавив его от необходимости отвечать.

Валерий присел на корточки и протянул ей кудрявого пуделя.

– Здравствуй, доча! Как давно я тебя не видел!

Голос у него неожиданно задрожал. Даша пристально посмотрела на него, и ей показалось, что у него в глазах мелькнула слеза. Маша не сдвинулась с места, с недоверием глядя на отца. Нерешительно спросила, переминаясь с ноги на ногу:

– Здравствуй, папа! Ты приехал к нам в гости?

Валерий был не в состоянии ответить, и лишь быстро кивнул. Маша взяла из его рук игрушку и любезно пригласила:

– Не хочешь посмотреть на мою комнату? У меня есть кукла Барби, мне ее мама на день рождения подарила.

Он поднялся и деревянно пошел следом за ней. Даша ушла на кухню, не желая слушать их разговоры. Минут через десять к ней вошел Валерий и застенчиво попросил:

– Ты не напоишь меня чаем?

У нее были другие намерения, но возражать она не стала, все-таки он какой-никакой, а гость, и включила электрочайник. Он присел за стол, подпер подбородок кулаком и стал пристально следить за ее легкими движениями. Даша чувствовала его напряженный жадный взгляд и невольно хмурилась. Ей было не по себе. Она даже порадовалась, что надела закрытый брючный костюм из мягкого синего трикотажа.

Приготовила чай, выставила на стол конфеты и печенье, позвала дочку. Та прибежала и взобралась на табуретку рядом с отцом. Даша села напротив. Валерий посмотрел вокруг и протяжно выговорил, слегка заикаясь от волнения:

– Всё прямо как в старые времена!

Даша сразу вскипела.

– То есть ты сидишь, а я тебе прислуживаю? Молодая-то жена этого делать не собирается? Теперь всё наоборот?

Он обиженно пробормотал, просительно протянув к ней руку: