И только смерть разлучит нас - Натаэль Зика

- Миледи, - Демьен зашёл за ней ровно за полчаса до назначенного времени. – Ты обворожительна!

Она заметила, что мужчина не надел камзол, а рукава рубашки закатаны, будто ему жарко.

- Милорд, позвольте полюбопытствовать, почему вы  не надели ничего поверх рубашки? Неужели  вам так жарко? Не будет ли такая небрежность в одежде расценена  вашими подданными, как пренебрежение?

- Нашими, Дениз. И на ты.

- Что?

- Нашими подданными. Привыкай, Дениз, ты – герцогиня.  Нет, отсутствие камзола не пренебрежение, ведь это не просто завтрак, а завершение ритуала. Смотри – на тебе платье с короткими рукавами – это для того, чтобы ничто не помешало нашим подданным увидеть, как ты наденешь на мою руку браслет, и что произойдёт дальше.

- А что должно произойти дальше?

- Брачный обряд, наконец, завершится, браслеты исчезнут, и вместо них на наших запястьях появятся татуировки.  Не бойся, это не больно.

- Я не боюсь, - храбро ответила Дениз, вздёрнув подбородок. – Дома надо мной никто не трясся, я привыкла сама со всем справляться, и ни у кого помощи не просить. Меня трудно испугать. Но Демьен, ты обещал, что принесёшь магическую клятву до того, как я надену браслет.

- Я помню, - ответил супруг. – Вот в зале и произнесу.

- При всех? Нет, давай здесь, - девушка огляделась – они как раз вышли в холл.  – Там чужие глаза, я буду нервничать, что-нибудь пропущу. Потом, если ты вдруг  решишь внести в условия клятвы что-то непредусмотренное, то как я смогу этому помешать?

- А тут сможешь?

- А тут, если ты начнешь лукавить, у меня есть возможность просто вернуться к себе.

- Хорошо, - герцог остановился, следовавшие в арьергарде две служанки и два лакея замерли и, повинуясь взгляду милорда,  отступили на несколько  шагов назад.

- Призываю в свидетели Трёх Братьев, - серьёзным голосом начал говорить Демьен. – Клянусь, что отныне и пока смерть не разлучит нас, для меня существует только одна женщина – моя жена,  Дениз ди Аламьен, герцогиня Варийская. Клянусь всецело заботиться о её здоровье и благополучии, беречь, уважать и защищать, если потребуется, даже ценой своей жизни.  Клянусь, что приглашу в замок  самых лучших наставников, если у  моей жены обнаружат достаточный  для обучения уровень дара.  Аларс!

Герцога окутал синий туман, который быстро втянулся в правую руку мужчины, проступив на коже у основания большого пальца в виде тёмно-синего изображения водяной капли.

Девушка прикусила щёку – Демьен ни слова не сказал о чувствах… Он поклялся только заботиться и беречь, но не обещал любить.  Что ж, она  и раньше знала, что его сердце ей не принадлежит. Беда только, что, похоже, ей уже не совсем принадлежит и её собственное глупое сердечко. Придётся как-то скрывать это. Она не вынесет, если герцог догадается, что Дениз была настолько неосторожна, что позволила себе в него влюбиться.

- Миледи, вы удовлетворены  или хотите, чтобы я ещё что-нибудь добавил, прежде чем примете мою клятву? – вернул её в реальность супруг.

- Нет,  ничего больше добавлять не нужно, вы предусмотрели всё, - ответила новобрачная.

Может быть, ей и хотелось бы более развёрнутую клятву, но муж учёл главное – она – единственная для него женщина, и он обязуется её беречь, заботиться и защищать. Хотя  от кого тут защищать, если её муж – самый сильный маг в своих землях? Кто, в здравом уме, пожелает навредить его супруге? А на случай болезней есть целители. Уж кто-кто, а Демьен в состоянии пригласить любого,  даже самого дорогого, тем более что он поклялся беречь и заботится. Можно не сомневаться,  что он окружит жену самыми знающими  и верными целителями, учителями, слугами. Нет, ничего она добавлять не станет,  невозможно обязать полюбить, а всё остальное муж ей уже пообещал.

- Ретус! – произнесла она ритуальное слово, принимая клятву, и от татуировки на руке мужа отделилась часть, чтобы перенестись ей на ладонь. Теперь у Демьена значок остался тёмно-синим  только по краям, посередине оставаясь прозрачным, будто настоящая капля воды, а у неё появилась синяя запятая.

- Идём? – Демьен улыбнулся и предложил девушке руку. – Ещё две лестницы и один коридор. А завтра ты переселишься в покои,  смежные с моими. Согласись, не дело, когда муж и жена спят друг от друга в противоположных концах замка.

Казалось, непринуждённым разговором, Демьен хотел отвлечь её и успокоить. И помогло – к залу она подошла в более-менее уравновешенном состоянии. Всего лишь надеть у всех на глазах браслет. Она уже испытывала подобное на свадьбе в родном замке, только браслет надевали ей, а не она.

- Всё будет хорошо, - пообещал герцог перед тем, как лакеи отворили перед ними двери. – Мы идём до середины, потом останавливаемся, я говорю короткую речь, и когда я скажу – надеваешь мне браслет. Ты справишься!

Дениз кивнула и почувствовала, как рука мужа слегка сжала её ладошку.

«Его светлость, герцог и герцогиня Варийские!» – раздалось из-за дверей, створки распахнулись, и Дениз шагнула вслед за мужем.

В памяти всплыл недавний момент, когда она также вошла под перекрёстные стрелы чужих взглядов. За одной разницей – тогда её никто не сопровождал, а сейчас её поддерживал Демьен.

Стараясь идти ровно и прямо держать спину, Дениз считала про себя шаги – так ей было проще не сбиться, не споткнуться,  и отвлечься от бегающих по её фигуре чужих глаз. Как будто осы жалят!

«Пять, шесть…десять, одиннадцать, двенадцать…»

Демьен остановился.

- Лорды, леди!

При их появлении гости встали, а после слов Демьена дамы присели в реверансе, мужчины отвесили поклоны.

- Сегодня вы не просто мои подданные, сегодня вы – мои доверенные лица. Смотрите и не говорите потом, что не видели, - он развернулся к Дениз, поставив её так, чтобы они находились к гостям в профиль, взял её руку и продолжил: - Перед  Трёмя Братьями и доверенными из моих подданных я объявляю тебя, Дениз де Аламьен, герцогиня Варийская, своей законной супругой!  Дай мне парный браслет.

Дени, как в тумане, коснулась мужского браслета, который, казалось, сам соскользнул ей в руку, и поднесла его к запястью герцога. Золотой ободок  обернулся вокруг руки мужчины, и его концы соединились, образовав неразделимый круг.  Секунду ничего не происходило, а потом оба браслета – её и Демьена – просто  истаяли, оставив на коже супругов красивую вязь из сине-голубого узора.

Дениз ещё смотрела на рисунок, как вдруг откуда-то сверху, будто из воздуха, на них с герцогом  полетели синие и голубые цветы.

Свидетели ахнули, оторопел и сам Демьен.

- Трое, что это? – тихо пробормотала  Дениз, растерянно наблюдая, как пол вокруг них устилает настоящий цветочный ковёр.

- Боюсь предположить, -  улыбкой отвечая на раздавшиеся крики поздравлений, тихо, только для жены, произнёс  герцог, -  но мы, похоже, только что получили благословление от Братьев.