Ты смысл моей жизни - Елена Архипова

Быстро угомонить сына не получилось, Ванюшка уже был весь в предстоящем путешествии, а потому, вместо обязательной сказки перед сном, я рассказывала ему о поезде и о теплом море. Даже радуясь при этом, что Егора нет дома. Он считал, что я слишком балую Ванюшку и слишком охотно иду на поводу его желаний.

– У нас же сын растет, а не дочь! Что ж ты его без конца целуешь то? – сердился всегда Егор. А я каждый раз вынуждена была оправдываться перед мужем, объясняя ему, что детям, и мальчикам и девочкам, просто необходимо чувствовать любовь родителей. В нашей любви их защита и уверенность. Это их фундамент в будущей взрослой жизни.

– И как же я-то вырос с нормальным фундаментом не зацелованный весь?

Тут Егор был прав. Его мать не проявляла так свою любовь к своему сыну, как я. Свекровь была женщиной строгой и даже высокомерной. Ну просто английская королева!

Вопросы Ванюшки потихоньку иссякли и я, чмокнув сына и пожелав ему хороших снов, ушла спать.

В тот вечер муж так и не пришел домой. Зато я приняла решение, поняв, что нет у меня чувств к мужу, одна привычка. Так зачем же нам и дальше изображать счастливую семью? Ванюшка же и сейчас уже всё видит и понимает. Дальше больше будет.

А утром, выйдя из душа, застала мужа при полном параде. Значит, только что зашел. Обычно он придумывал что-то вроде "встреча с поставщиками" или решили с "Петром в бар сходить. Надо же другу помочь с личной жизнью. Ты ведь не против, Женёк?". Интересно, сегодня тоже будет сказка про то, что всю ночь слезы другу вытирал, бедняжечка.

– Доброе утро! Как ночь прошла?

– Ты про что? Я обещал Петру посидеть, выслушать, вытереть скупую мужскую слезу. У него там опять с очередной фифой не сложилось, а меня ж теперь три недели не будет, – самозабвенно принялся врать муж.

Муж придумывал легенду просто на глазах и уже собрался продолжить, но я открыла планшет, поставила на воспроизведение и протянула мужу, а сама пошла одеваться. Скоро выезжать на вокзал. Да, Егорушка, всплыло почему-то именно это обращение Петра к моему мужу, как же тебя на потрахушки то раскорячило. На дорожку, так сказать.

Все три чемодана собраны. Была у нас с мужем привычка брать в поездки личные чемоданы. Так удобней, когда у каждого свой чемодан. Когда вышла из гардеробной, он сидел в кресле и листал в планшете, проверял, что ли, все ли там его дамы на этих видео?

– Егор, если ты закончил просмотр, то поехали.

– Рано же ещё на вокзал.

– По дороге в ЗАГС заедем, заявление на развод подадим. Чемоданы сразу погрузим в машину.

– Жень, – начал он.

– Егор, прошу тебя, не надо. У меня и так уши уже, как у Чебурашки от всей той лапши, что висит на них. Буду благодарна тебе, если ты не поедешь с нами в санаторий. Мне надо собраться с мыслями и решить, как мы будем жить дальше. Без тебя.

– То есть, ТЫ уже всё решила, да? А меня спросить не хочешь?

– О чем, Егор? Об интимных подробностях твоих свиданий? Извини, не интересует. И да, я тоже виновата, что так случилось! Да, мало уделяла тебе внимания, а сыну, наоборот, много. Доволен? Ты же это хотел сказать? Так вот, не утруждайся, я сама это сказала. Главная же причина только в нехватке внимания с моей стороны? Я права?

– Всё сказала?

– Нет. Ещё одно. Не говори, пожалуйста, бабуле пока ничего. Приеду, сама всё расскажу.

Он, молча, взял наши с Ванюшкой чемоданы и понес их в машину.

***

– Жень, расскажешь, что с сыном случилось? Такой серьезный перелом. Его машина сбила? – вернул меня из воспоминаний вопрос Ильи.

– Да, сбила, – и я рассказала, как все произошло.

– Эту тварь посадили, или отмазалась?

– Условно дали.

– И почему я не удивлен?

– Ну, зато мы с Ванюшкой там с замечательным мальчиком познакомились, с Сашей Петровым. Вот уж досталось ребенку в его короткой жизни, не приведи Бог никому столько пережить, сколько пережил этот мальчишка.

– Знаешь, я здесь всяких детей насмотрелся.

– Да я про другое. Он не инвалид, – и я коротко рассказала о Саше, – за всё время, что он лежал в больнице, я не видела, чтобы к нему, кроме нас с Петром, кто-то приходил, – закончила я свой рассказ.

– Вот же, ссу…, – Илья вовремя остановился и только мотнул головой, – извини, не сдержался. А Петр – это твой муж?

– Нет, Петр – это друг нашей семьи.

– Друг? Не муж?

Ответить я не успела.

– Мам, а мы навестим Сашу в детском доме, когда вернемся?

– Да, обязательно! – ответила я, не задумываясь, и только потом поняла, что, оказывается, Ванюшка не мультики смотрел, а наш разговор слушал.

Наконец принесли наш заказ.

– Илья, ну теперь твоя очередь рассказывать.

– Жень, да что рассказывать? В то наше лето я же закончил медицинский. Учился ещё потом 5 лет, итого, в общей сложности, 11 лет получилось. Был на миссии. Там, где воюют и стреляют не только в военных. Такого насмотрелся, до сих пор по ночам ещё бывает, что снится тот ужас. Ну, а последние 5 лет вот здесь живу и работаю. С личной жизнью не сложилось. Всё казалось, что вот не время, вот учебу закончу… вот с миссии приеду… Вот и учебу закончил, и с миссии уже 5 лет, как приехал. Аа, – Илья махнул рукой, – Жень, скажи, а ты вспоминала меня?

– Конечно, вспоминала! Сам-то как думаешь? Первый месяц, как приехала, боялась из дома выйти, вдруг позвонишь, а меня нет. Потом поняла, что не позвонишь, прорыдалась как следует, а потом второй курс универа, сессии. Потом работа, Егора вот встретила.

– Жень, прости меня, а? – Илья виновато посмотрел, – ну дурак молодой был. Не думал, что у тебя всё так серьезно будет.

– Проехали, Илюш! Чего уж теперь.

В санаторий возвращались, уже еле-еле волоча ноги. Ванюшка, вообще на ходу клевал носом. Мы уже вышли на аллею, ведущую к санаторию, когда нам на встречу попалась та самая Маргарита Львовна, которая капитан Очевидность.

– Добрый вечер, Илья Романович! Купаться ходили? – елейным голоском пропела она.

– Да, Маргарита Львовна. Водичка шикарная. А Вы куда на ночь глядя? И с кем Оленька? Одну оставили? Не боитесь?

В ответ она только что не зашипела, но развернулась и засеменила обратно в корпус. А я еле сдержалась, чтобы не расхохотаться.

– Слушай, лихо ты её! Я уж думала, ну всё, приклеит сейчас ярлык шалавы на весь отпуск.

– Да, она очень неприятная особа, но вот уже столько лет сюда ездит и внуков возит. Что интересно, по коммерческим путевкам, а я знаю, что они очень не дешевые. Так что, приходится терпеть и вовремя по её любопытному носу щелкать.

Илья проводил нас до номера, а едва только Ванюшка зашел внутрь, обнял и поцеловал. Целовал жадно, требовательно. А я стояла и понимала, что ничего не испытываю. Вот ни-че-го-шень-ки. Совсем. А ведь я так мечтала тогда, 14 лет назад об этих его поцелуях. Да и сейчас позволила, чтобы вспомнить, испытать те же чувства, что и тогда. Он целует, распаляется, а я стою, как истукан и внутри меня тишина. Не вспомнила. Не испытала.