Мой очень странный роман - Анастасия Медведева

- Мира.

Останавливаюсь перед входом в ресторан. Оборачиваюсь и встречаюсь глазами с Костей.

- Что случилось? - уточняю, подняв брови.

- С тобой… - протягивает мужчина, выглядевший в дорогом костюме так, словно он был хозяином вечера, а не его мать, - у тебя что-то случилось?..

- Почему ты думаешь, что у меня что-то случилось? - улыбаюсь, глядя на него.

- Ты вся светишься. Обычно на приёмах в честь моей семьи ты выглядишь иначе.

- Мне натянуть на лицо маску грустного клоуна? - усмехнувшись, искренне веселюсь.

- Ты же не наделаешь глупостей?

- О чём ты? - осекаюсь и внимательно смотрю на него.

- Ты не можешь не понимать, что привлечешь её внимание таким своим поведением. Я должен быть уверен, что на вечере не будет никаких конфликтов, - совершенно серьёзно произносит Константин.

- Если и будут, то не я буду их зачинщицей, это тебе прекрасно известно, - медленно произношу, всматриваясь в его лицо, - Костя, ты ведь знаешь меня так хорошо… Я никогда не позволяла себе лишнего.

- Я знаю. И я прошу тебя… не вестись на провокации. И не привлекать внимание.

- Костя, - подхожу к нему, не разрывая зрительного контакта, - я не смогу стать невидимкой на этом вечере. Твоя мать найдёт меня даже под столом. Так о чём именно ты меня просишь?..

- Будь собой, - произносит мужчина.

И серьёзность в его голосе и его взгляде не даёт мне возможности высмеять этот ответ.

- Я - это я, - произношу почему-то.

- Сейчас я уже в этом не уверен, - отзывается Константин, и я вижу, как между его бровей залегает складка.

- Хорошо, Костя… - медленно проговариваю, делая от него шаг назад, - я больше не буду светиться. И постараюсь не показывать никому свое хорошее настроение… которого уже и в помине нет.

- Прости.

- Не надо извиняться, - качнув головой, отвечаю и разворачиваюсь к двери, - Я на мгновение забыла, куда иду.

Мужчина ничего не отвечает. Он обходит меня и даёт знак, чтобы перед нами раскрыли двери.

Ну, что ж, вечеринка начинается…

День у меня прошел просто замечательно, потому как предыдущий вечер и ночь подарили много прекрасных воспоминаний. Я старалась не думать о том, что стала откровенно зависима от внимания Данияра, - но это было очевидно. И сейчас я не могла не «светиться», потому что знала, к кому вернусь через пару часов испытаний на выдержку… Однако, Костя прав: если я буду сиять от счастья, его мать от меня не отцепится. В её понимании я должна быть послушной, скромной и вечно благодарной их семейству за то, что те предоставили мне шанс «стать человеком».

А такая модель не предполагает хорошего настроения на чужом празднике. Только раболепную улыбку.

И склоненную голову.

Но я привыкла разочаровывать главу этого семейства, - хоть и уважала мать Константина, что при своём невыгодном раскладе она сумела не только удачно выйти замуж, но и установить уверенный матриархат.

Феминистка во мне желала ей удачи. А женщина, сумевшая добиться успеха, - откровенно не понимала, почему та не видит во мне сестры по духу?

Да, их деньги помогли мне на старте. Но сделать себе имя я смогла сама, потому что была талантлива. Так откуда такое пренебрежение?..

- Ох, а вот и мой сын. Как обычно, опаздывающий на праздник своей матери, - разворачиваясь к нашей паре, произносит Елизавета Григорьевна, в миру просто Елизавета, но только не для меня...

Эта женщина выглядела младше своих лет и очаровывала мужчин своими женственностью, статностью и благородным видом, но мало было желающих высказать восхищение вслух, потому как характер и манера «подачи себя» у матери Константина были такими, словно сам сатана одарил её этими качествами…

- И вместе с ним наша звезда… - продолжает Елизавета, сверкнув на меня глазами с идеально нарощенными ресницами.

К слову, «звезда» в её произношении было чем-то вроде «приживалки», «нахлебницы» или чего-то в том же духе.

- Добрый вечер, мама. Поздравляю с праздником, - Константин наклоняется и запечатлевает вежливо-дежурный поцелуй в материнскую щеку; затем отходит на шаг, освобождая мне место для «не менее праздничного приветствия».

- Поздравляю с днём рождения, Елизавета Григорьевна, - с улыбкой произношу, стоя на месте и решив говорить исключительно по делу.

- Какая прелесть. Кто-нибудь из вас получал поздравление от известной писательницы в такой глубоко уважительной манере? - с лёгкой издевкой и нелегким сарказмом уточняет виновница торжества у своих коллег по «цеху змей».

Женщины вокруг улыбаются. Я их знать не знаю, потому улыбаюсь в ответ. Улыбка вообще спасет мир.

- Полагаю, подарок тебе уже доставили, - оглядев свою мать, отзывается Константин.

Так это платье?..

Хм… у него неплохой вкус. В который раз в этом убеждаюсь.

- Да, благодарю. Мира, как всегда, угадала и с цветом, и с размером, - вновь доброжелательно скалясь в мою строну, отвечает Елизавета.

Гм… совсем забыла, что этот подарок от меня.

- Ей помогали консультанты, которые отлично тебя знают, - переводит тему Константин, - а мой подарок ты оценить успела?

- Даже не знаю, как к нему отнестись. Количество моих машин начинает напрягать соседей, - прикрывая рот рукой, отвечает та.

- Я тебе уже много раз говорил: переезжай в дом. Там гараж на десять мест, - замечает самый лучший в мире сын.

- Мне нравится жить в городе. Здесь я ближе ко всем событиям, - бросив на меня очередной неоднозначный взгляд, отвечает его мать, - кстати, Мира, какие у тебя планы на этот год? Слышала где-то, ты собираешься порадовать своих поклонников романом?

Точно… то интервью так и не выпустили по какой-то причине. Скорее всего - по причине увольнения журналистки, организованного Константином.

Поэтому весть о моем «первом» романе всё ещё висит под знаком вопроса.

Но и я уже не знаю, стоит ли поддерживать эту легенду. Ведь в планах (да и в новом текстовом документе на макбуке - в количестве одной страницы…) уже новый выпуск комикса.