Во власти желания - Стелла Камерон

— Она думала, что они ее простят, — сказал Макс. — Я тоже так думал.

— Ты поступил слишком смело, поселив ее здесь, — заметил Арран. — Тебя ждут очень трудные времена.

Максу хотелось выскочить из кабинета и броситься следом за Керсти.

— Что ты имеешь в виду? — спросил он.

— Не буду ничего объяснять. Скоро сам все поймешь.

— Но ты можешь хотя бы намекнуть?

Арран откинул голову на спинку кресла.

— Нравится тебе или нет, мой мальчик, но отныне ты несешь ответственность за Керсти Мерсер.

— Я уже говорил тебе, что ее присутствие меня радует.

Она прекрасная помощница — это ясно уже сейчас.

— Ты меня не слушаешь, — сказал Арран, — или не понимаешь, о чем я говорю. Вчера ты увел Керсти из дома, нарушив волю ее родителей, и теперь они не желают видеть свою дочь. Роберт запретил ей приходить домой.

Керсти влетела в кухню и столкнулась с Фергусом Уилки.

Он засмеялся и обнял девушку; его лицо пылало.

— Отпусти меня! — закричала возмущенная Керсти. — Я тороплюсь, разве не видишь?

— Неужели ты так торопишься, что не можешь подарить мне всего лишь один поцелуй? — ухмыльнулся Фергус.

Керсти отпрянула. Посудомойка и молодая прачка, стоявшие у плиты, листали какую-то книжицу и с интересом поглядывали на Керсти и Фергуса.

— Будь осторожнее, Фергус! — предупредила посудомойка. — Лучше с ней не связываться Она ведь теперь важная персона. Можешь нажить неприятности.

Фергус в растерянности пробормотал:

— Да, пожалуй, ты права. Она бережет себя для других губ… и не только для губ.

Керсти выскочила из кухни и перевела дух. Затем выбежала на дорожку и помчалась к воротам.

Еще никогда ни Фергус Уилки, ни другие слуги № замка не обращались с ней подобным образом. Впрочем, сейчас Керсти думала о другом. Неужели родители запретили ей приходить домой? Они до сих пор сердятся?.. Невероятно! Ведь они любят ее и знают, что она тоже их любит.

Приблизившись к конюшням, Керсти заметила брата. Он стоял, привалившись плечом к стене. Увидев сестру, Нилл подбежал к ней и крепко обнят.

Она прижалась к нему и тихонько заплакала.

— Ну-ну, не плачь, — проговорил он срывающимся от волнения голосом. — Все будет хорошо, Керсти. Все пройдет, если мы сделаем то, что должны.

Она еще крепче прижалась к брату.

— Пойдем со мной, Керсти. Нам надо поговорить, и я хочу, чтобы этот разговор состоялся подальше от замка.

— Маркиз передал мне слова отца. Просто невероятно!..

Нилл осторожно отстранил сестру, потом взял ее за руку и повел по тропинке, ведущей к поселку.

— Они не ожидали, что ты на это решишься, Керсти. Они не думали, что ты ослушаешься их и уйдешь.

— Я уже не маленькая девочка, — всхлипнула она. — И я не обязана во всем их слушаться.

— Они хотят как лучше — Мне будет лучше, если я получу хорошее место, научусь управлять поместьем, вести бухгалтерские книги, писать деловые письма и…

— Отцу все это не нравится, и мне тоже. Ты стремишься во что бы то ни стало находиться рядом с Максом Россмара и не думаешь о том, что поступаешь дурно.

— В этом нет ничего дурного. Как ты можешь так говорить?

— А как ты можешь нам лгать? Ты считаешь, что мы глупее тебя — ведь мы не бываем в стенах этого замка.

— Не забывай, что замок тебя кормит.

— Мы не рабы. И я не позволю, чтобы с тобой обращались как с вещью.

Керсти остановилась и высвободила свою руку — Ты говоришь глупости! — заявила она, — Люди, которые живут в этом замке, всегда о нас заботились. Маркиз помогал нашей маме при родах. Благодаря ему ты появился на свет.

Нилл молчал.

— Я пойду обратно, — сказала Керсти. — Мне надо встретиться с портнихой.

— Зачем? — удивился Нилл.

— Мне нужны… более подходящие платья.

— А чем плохи твои? — Керсти вздохнула.

— Меня-то они вполне устраивают. Но мистер Россмара хочет, чтобы я выглядела лучше.

Нилл что-то пробурчал себе под нос — Керсти не поняла, что именно.

— Пойдем домой, — сказал он неожиданно. — Вместе мы все уладим.

— Но что мы должны уладить? Я не сделала ничего дурного — только последовала собственным желаниям. Так нам всем будет лучше.

— Говорю же, тебе здесь не место! — воскликнул Нилл с отчаянием в голосе. — Давай уйдем отсюда!

— Нилл, пожалуйста, возвращайся к отцу и скажи ему, что я его люблю и мне больно сознавать, что он на меня сердится.

Ведь я пытаюсь вам помочь…

— Ты думаешь, мы ничего не понимаем? Думаешь, мы слишком глупы, чтобы понять?

Ветер между тем усиливался. Волосы Керсти растрепались, и девушка то и дело откидывала с лица шелковистые светлые пряди.

— Но чем же я вас так огорчила? Почему вы на меня сердитесь?

— Я не сержусь на тебя, — тихо проговорил Нилл. — Просто хочу, чтобы гы к нам вернулась. И не хочу, чтобы на тебя сердились родители. Отец говорит, что ты нас опозорила.

Керсти прижала ладони к щекам.

— Опозорила? Как я могла вас опозорить?

— Так все говорят. Этот мерзкий Уилки рассказывал, что ты целый день провела с Максом Россмара.

— Да, это так. Ведь я его помощница…

Нилл посмотрел в сторону замка.

— Он сказал, что ты живешь в Ив-Тауэр.

— Да, в розовых комнатах. Они такие чудесные! Я хочу показать их маме.

— Она не придет. Это правда, что Макс Россмара живет в той же башне, что и ты?

Керсти судорожно сглотнула.

— Да.

— И по ночам там больше никто не бывает?

— Никто, — прошептала Керсти.

— И по-твоему, это хорошо?

— Но, Нилл, у меня собственные покои…

— А где находятся его покои?

У Керсти перехватило дыхание.

— В другом конце коридора.

— И ты еще спрашиваешь, почему наши родители думают, что ты их опозорила? Люди говорят, что ты ведешь себя недостойно. — Он вдруг снова обнял ее — так крепко, что девушка вскрикнула. — Я люблю тебя, Керсти Ты моя единственная сестра. Я знаю, ты не сделаешь ничего дурного, но люди готовы поверить клеветникам. Они будут указывать на тебя пальцами, сочувствовать нашим родителям, будут говорить, что ты опозорила нас.

— Нет! — У Керсти стучало в висках. — Скажи им, что это не так. Макс — честный человек. К тому же он помолвлен и скоро женится. Сегодня его невежа, леди Гермиона, была в замке.