Помощница с интимом - Юлия Еленина

Полина

Я не могла не сунуть нос в коридор, но потом услышала женский голос и, как маленькая мышка, затихарилась на кухне. Конечно, прислушивалась к тому, что происходит в коридоре. Но, кажется, мне запомнились только слова девушки про диван в гостиной. А учитывая, что у Кирилла квартира двухкомнатная… Ой! Наверное, я забуду, что такое сон.

Но раз уж она заговорила про диван, значит, это не бывшая, нынешняя или потенциальная.

В ожидании того, что будет дальше, я уже позарилась на свой маникюр. Сгрызть его, что ли? Или Володю попросить?

Я не готова, вот вообще не готова.

Но Кирилл появился на кухне, а за ним – темноволосая девушка, очень похожая на моего шефа.

– Привет, – подмигнула она мне и протянула руку. – Карина.

– Полина, – ответила я машинально.

– А ты милая.

Рассматривала меня сестра Кирилла, ничуть не стесняясь. В том, что это сестра, я уверена. Но почему так быстро и неожиданно?

– Спасибо, – выдавила я. – Ты тоже.

Карина рассмеялась, но через секунду нахмурилась. Так, где мы спалились?

– Я не поняла, – уперла она руки в бока, – где праздничный стол? У нас Новый год, в конце-то концов.

– Мы не отмечали дома, – нашелся Кирилл.

– Сейчас исправим.

Карина подлетела к холодильнику и, открыв его, начала выбрасывать на стол продукты. Ну, а я вроде как хозяйка – надо брать и на себя что-то.

Шеф слился, вроде как понес Володю в комнату. А я, пока Карина была занята ревизией холодильника, попыталась найти нож. Ну вот нельзя было сразу сказать, где что лежит?

Мы не сможем учесть все мелочи – я с этим смирилась. Это просто невозможно. Значит, придется импровизировать.

– Кирилл! – заорала Карина. – Неси коньяк.

Ой, мамочки… Я точно не буду пить. Мне же еще с шефом спать.

Нож я нашла, порезала сыр и колбасу, высыпала оливки в тарелочку. Посуду было найти легче, чем нож. Но я все равно как натянутая струна, и это не из-за тарелок совсем не из-за тарелок.

– Ты же не пьешь, – услышала за спиной голос Кирилла.

Ой, дрожат ручки. А что дальше-то будет, когда появятся еще две сестры и мама.

Мы сели за стол. Карина напротив нас с шефом на табуретке, а мне не помогала расслабиться даже мягкость дивана.

– Рассказывайте, – сказала одна из сестер, закусив оливкой.

– Что? – спросил Кирилл.

– Да все!

Вообще не к месту, не то слово как не к месту. И пока шеф не накосячил, я решила взять все в свои руки.

– Погода удивительно хорошая в этом году.

Боже, ну и бред я несу. Но Карина сама сказала рассказывать все – вот и рассказываю о погоде.

– Ты права, – ответил Кирилл и обнял меня за талию.

Только не дергаться, не дергаться. Хотя я бы с удовольствием забилась в угол на диване, но надо держать лицо.

Я прижалась к шефу, надеясь, что он не чувствует, как меня трясет, и… поплыла. Кирилл вкусно пах, рядом с ним было тепло, и я расслабилась.

– Ну вот теперь вижу, – воскликнула Карина. – А то вы сразу какими-то деревянными были. Теперь видно, что любовь у вас.

Я, кажется, покраснела и едва пресекла порыв отстраниться. Любовь, наверное, видна, но надеюсь, Кирилл подумает, что я всего лишь хорошая актриса.

– Да, – сказали мы одновременно.

Карина, рассказывая о своей работе, выпила еще два бокала, а я все цедила первый, и то с опаской. Кирилл от сестры не отставал, но выглядел трезвее ее. И после четвертого Карина зевнула:

– Пойду я, наверное, спать. Вы можете шуметь в спальне, сколько вам влезет, – хитро улыбнулась. – После нескольких часов в дороге я вряд ли что-то услышу.

Я только открыла рот, чтобы возразить, как Кирилл меня опередил:

– Спокойной ночи. Постельное в шкафу найдешь.