Мой сводный хулиган - Маша Малиновская

Артур снова посмотрел на меня, как-то чуть более напряжённо, и снова поцеловал. И тут у моих странных ощущений будто плотину прорвало. Я вдохнула глубоко и резко, до лёгкой боли под рёбрами, и ответила на поцелуй.

Как смогла. Как получилось. Потому что по этой части я достаточным опытом не обладала. На вечеринке, когда мы классом отмечали Первый звонок в одиннадцатом классе, меня поцеловал одноклассник Рома Каредин. Даже не знаю, с чего он взял, что я этого хотела. Мы болтали на балконе на его даче, куда поехали всем классом, выпили по половине бокала шампанского. Было весело, мы смеялись, а потом он вдруг привлёк меня к себе и прижался своим ртом к моему. Было странно и непонятно, и я попросила его так больше не делать.

Поцелуй же Артура сейчас вызвал совершенно другие ощущения. Приятные, трепетные. Мне захотелось ответить, что я и сделала. А для него мой ответ оказался будто каким-то переключателем. Стоило потянуться к нему, обхватить его нижнюю губу своими, как в ответ он просунул одну руку мне под спину и прижал к себе крепче.

Поцелуй изменился. Стал требовательнее, крепче, если так вообще можно сказать о поцелуе. Но именно так я и чувствовала. А потом я ощутила в своём рту его язык. И это снова оказалось приятно.

Я задыхалась в этом поцелуе, но ни за что бы сейчас не попросила его прекратить. Кровь закипала в венах, голова кружилась. Я совершенно забыла о том, что мы оба были почти обнажены и так тесно соприкасались телами.

Но Артур напомнил. Он поцеловал меня в шею, потом за ухом и зачем-то лизнул его. Удивительная система наше тело – проделал он это с ушной раковиной, а электричество пробежало по всему позвоночнику до самого копчика.

А потом он спустился губами ещё ниже и накрыл ртом правый сосок, сжав мягко ладонью вторую грудь. Тут-то я и осознала до конца, что происходит. Это было чертовски приятно и до ужаса неловко. Я сделала попытку прикрыться, сама понимая, насколько она робкая и несмелая, но Артур перехватил мои руки, переплёл наши пальцы и прижал к постели, а сам продолжил творить с моей грудью нечто невероятное.

Мысли в голове бились как всполошившиеся птицы в клетке. От “как же это приятно!” до “Боже, что бы сказали родители?!”

Я просто закрыла глаза и позволяла Артуру делать то, что он делал. А потом само собой так вышло, что я не смогла сдержаться, и с губ сорвался стон. Стало так неловко, что я закрыла тут же рот ладонью.

– Эй, ты чего? – Артур приподнялся, и мы снова оказались лицом к лицу.

Он мягко убрал мою руку и снова поцеловал.

– Ничего, – хотелось опустить глаза, но я сдержалась и посмотрела в его. – Просто…

Договорить не получилось, потому что я почувствовала между своих колен колено Артура. Он осторожно раздвинул мои бёдра, а потом я ощутила на себе тяжесть его тела. И… кое-что ещё, нечто твёрдое, что вжалось в мою ногу.

Конечно, я понимала, что это. Воочию не видела, если не считать, когда мальчики из класса хохотали над картинками для взрослых и нам пытались подсунуть посмотреть, но мне было мерзко и я спешила скорее отвернуться. Но всё же примерное представление имела.

Внутри всё сжалось, когда Артур намерено вжался своей эрекцией между моими ногами. Казалось, что я начну задыхаться – так колотилось моё сердце. Сама не понимала, почему не останавливала его, ведь предельно ясно было, к чему мы двигались.

И уж точно не осталось сомнений, когда Артур, не прекращая целовать губы и шею, поддел пальцами мои трусики. Тут-то меня и накрыло страхом, а ещё пришло чёткое понимание, что ещё мгновение и тормозить будет поздно. Нужно сейчас. Как бы мне ни было сейчас хорошо, надо остановиться. Надо. Я пока не готова.

– Артур, стой, – прошептала я, сжав пальцами его запястье у своего живота. – Пожалуйста.

– Что не так? – спросил он чуть встревоженно, подняв на меня взгляд. – Ты не хочешь?

– Я… хочу, – призналась я честно. – Просто… мне страшно.

– Что ты, Ника, – он поднял удивлённо брови. – Я не собираюсь обижать тебя или делать больно. Защита у меня есть, если ты об этом.

Защита? О, он, наверное, говорит о презервативе. Конечно, это важно, я всякие истории слышала, в том числе, что парни не хотят ими пользоваться.

– Нет, просто… Артур, у меня ещё никого не было, – выпалила, наконец, я.

Он замер и сморгнул, а я почему-то почувствовала себя глупо. И даже как-то стало обидно, что он удивился. Но потом почему-то улыбнулся такой довольной улыбкой, что я совсем растерялась. То есть вроде как и не расстроился, что ничего не будет?

– Тебе смешно, что ли? – я почувствовала, что начинаю сердиться, и попыталась выползти из-под него, но он только сильнее сжал меня.

– Тише, Мышка, не бузи, – снова склонился и поцеловал меня в кончик носа. – Это совсем не смешно. Ты правильно делаешь, что не торопишься.

– Тогда чему ты улыбаешься?

– Забей, – он подмигнул. – Иди лучше сюда.

Артур скатился с меня, а потом обвил рукой талию и подтянул к себе спиной. Я инстинктивно прикрыла руками грудь, но ему, кажется, это было только на руку.

– Не бойся, – шепнул он и плавно нырнул пальцами мне под трусики.

Я даже сказать ничего не успела, только сжала бёдра, когда его пальцы накрыли холмик лобка. Но так, кажется, стало только хуже.

– Не жмись, Ника, это не больно. И девственности тебя не лишит. Расслабь ноги и закрой глаза.

Первые мгновения я ощущала такое жуткое смущение, что, казалось, вот-вот и вспыхну. И останется на диване вместо Ники только кучка пепла.

Мне хотелось попросить его отпустить меня, но я не стала. Сначала растерялась, а потом… потом сделала, как он сказал: закрыла глаза, откинув голову ему на грудь, и попыталась расслабить ноги.