Влюбись в меня, Воробышек! - Янина Логвин

Не так давно в городе появилась новая рок-группа, и многие уже сходили по ней с ума. Вот и Ясмина фанатела от ее песен, но в особенности от фронтмена группы, который, по нашему с Юлькой мнению, был похож на человека в черном, пережившего встречу с электрошокером и чьим-то ботинком, оставившим на его щеке следы протектора.

Юлька повесила сумку на плечо и лениво хмыкнула:

– А у них весь репертуар такой – «детка, отдайся, на коленях покатайся». Прикольно, конечно, послушать, но, девочки, я полагала, что выросла из возраста, когда тараканами в моей голове управляли гормоны. Я бы лучше сходила на концерт Адель. Эх, жаль, – вздохнула она горько, – что это пока только мечта!

Всего пару часов назад Юлька Карась показывала мне в телефоне страницу известного турецкого актера и пускала слюни на его кубики на новом фото в Инстаграм. А еще раньше строчила звезде в переводчике восторженное сообщение, поэтому я с сомнением взглянула на подругу:

– Рыбка, а ты уверена, что выросла? Твои гормоны об этом знают?

Юлька была девушкой фактурной и переменчивой – особенно в том, что касалось влюбленности в звезд сериалов, поэтому она на секунду задумалась, пока мы с Ясей обменялись понятливыми смешками, отлично ее зная.

– Ну, хорошо, не выросла, – сдалась Юлька. – Но я над этим усердно работаю! Я просто не решила еще, идти в «Маракану» или нет. Рит, – девушка подхватила мой локоть и лисой прильнула к боку, хлопнув карими глазками. – А может, и правда, пойдем все вместе? Мы с Нового года никуда не выбирались. А «Маракана» – известное кафе, и открытие новой крытой площадки наверняка отметят с помпой. Ну, подумаешь «Fuck– Дервуд», хоть потанцуем и расслабимся, а?

– Правильно! – поддержала Ясмина нашу общую подругу. – Рит, нельзя быть такой затворницей. Ну, подумаешь, встретишь Стрельбицкого. Так вы уже полгода, как с Павлином расстались. К тому же, кроме Авдотия там будет мой брат и много наших ребят. Вот увидите, я попрошу Влада, и никто не посмеет к нам приставать!

– Если никто не посмеет, – расстроилась Юлька, – то я себе парня так и не найду! Зачем же тогда идти? – резонно заметила Дорожкиной. – Я про примус и дома послушать могу. Между прочим, я только что марафон для похудения прошла – пыхтела до седьмого пота, и что, получается зря? Нетушки, там наверняка будут классные парни!

Этот был сильный довод, девчонки смотрели на меня с ожиданием, а я по-прежнему не готова была согласиться.

– Девочки, а если без меня? – с надеждой спросила. – Вы же знаете, я не очень люблю подобные места. И Стрельбицкий тут вовсе ни при чем. Я давно о нем не думаю. Просто… я не хочу ни с кем знакомиться. Мне и одной хорошо.

– Тогда ты останешься старой девой, – нахмурилась Юлька. – Что совершенно несправедливо по отношению к такой симпатичной девчонке! Скажи, Ясь?

– Точно!

– А мы без тебя в «Маракане» таких дел наворотим! Особенно я, – чистосердечно признала Карась. – Тебе первой за нас будет стыдно! Нет, тогда я тоже не пойду. За мной глаз да глаз нужен, а на Дорожкину надежды нет.

– Рит, – Ясмина остановилась и взяла меня за руку. – А если мы очень попросим? Ну, пожалуйста! Я так хочу туда пойти! «Факи» такие крутые! Особенно гитарист Олег Платов! Господи, я уже мечтаю заполучить его автограф. Ой, девочки! – подпрыгнула Дорожкина, осененная мыслью. – А вдруг через десять лет этот автограф будет стоить миллион?! Миллион, Воронова, представляешь?! Если ты пойдешь, мы разделим его на троих!

Девчонки рассмеялись, и я тут же догадалась об их сговоре.

– Сговорились, да?

– А переночуем все у меня! – предложила черноволосая Юлька. – Так и родителям будет спокойнее, и нам. Что скажете?

– Я согласна! – обрадовалась Ясмина и вновь повисла на моей шее. – Маргошка? Ну, Маргошечка-а-а! – протянула жалобно. – Мы же команда!

– Угу. Именно поэтому вы уговорили меня сначала участвовать в женском протесте, а потом утащили с площади мои вещи. Знали бы вы, как мне их не хватало, пока я добиралась домой!

– Зато они остались целы! И потом, тебе все равно повезло запрыгнуть в машину к приличному пенсионеру, а мы так и драпали два квартала до подъезда Наташкиных родственников. Я себе чуть уши не отморозила!

– Ну, – я вздохнула, вспомнив своего спасителя, – это да.

– Ты бы видела, как опешил Наташкин брат, когда открыл дверь, а в его квартиру ввалилась дюжина голых девчонок! И первая – наша Юлька с грудью третьего размера!

Ясмина захихикала, а Юлька покраснела:

– Нечего сочинять, Дорожкина! – возмутилась. – Первой была не я, а Оксанка Стрижак!

– И что? – округлила голубые глаза Яся. – У Оксанки смотреть не на что – ну, разве что на оценки в зачетной книжке. А тут ты, такая Венера до марафона по похудению, вот у парня челюсть и отвисла! Остальные уже по инерции забежали, пока вы с ним здоровались.

Мы с Ясминкой засмеялись, и она мечтательно протянула:

– Ой, девочки, представляете, сколько останется воспоминаний, когда мы станем старые и будем щелкать семечки мимо рта?

А Юлька фыркнула:

– Сплюнь! – И так посмотрела на меня, что пришлось ответить.

– Ну, хорошо, я согласна, – произнесла с улыбкой. – Пойдем завтра в это ваше кафе «Маракана». Слова песни мне не очень понравились, а вот музыка у «Fuck-Дервуд» вполне приличная. Только сильно не кричите!

Какой там!

– Ура-а! – сделала вертушку руками перед собой Ясмина и пропела, привлекая внимание других студентов в парке: – Девочка-мечта из подъезда напротив, я с тобой в постель прогуляться не против. О-о-о! Если я – огонь, то ты – вода-а, успокой меня, напои меня-я… Да-а-а!

Нам навстречу шли незнакомые парни, и один тут же, не растерявшись, цапнул меня за руку:

– Девчонки, мы тоже не против с вами прогуляться! Тебя как зовут, блондиночка? – попытался притянуть меня ближе. – Какие у тебя глазки серые… А меня – Никита!

Таких «Никит» в университете, в котором насчитывалось полтора десятка факультетов, был