Конфидент для призрака - Александра Шервинская

– Благодарю, – Лена подумала, что постарается именно в это время ну вот совершенно случайно уехать куда-нибудь отдохнуть. Она так устанет за новогодние праздники, так устанет! – Последний момент: у вас есть пожелания по внешности будущей подруги.

– Как замечательно, что вы спросили, – Завьялов довольно улыбнулся, – разумеется, такие пожелания у меня есть. Это должна быть девушка относительно невысокого роста, изящная, даже хрупкая, светлые волосы, причём чем светлее, тем лучше, синие или голубые глаза, нежная кожа…

С каждым словом он говорил всё тише, словно придавая тому, что произносил, дополнительную нотку интимности, очень-очень личный оттенок, и Елене в очередной раз стало не по себе.

– Она должна быть похожа на вас, Елена, – почти шёпотом закончил он, – и каждый раз, укладывая её в постель, я буду думать о вас. Видите, я откровенен с вами, так как не теряю надежды однажды…

Не закончив фразы, он встал и, поцеловав Елене руку, вышел из кондитерской, а она осталась сидеть за столиком, пытаясь выровнять дыхание и упорядочить мысли.

Санкт-Петербург, 14 февраля 2018 года

Держа мужа под руку, Елена неспешно поднималась по ступенькам Дворца бракосочетаний на Английской набережной. Проигнорировать свадьбу, которая стала событием месяца в зимней светской жизни Петербурга, было нельзя. Всем известно, что на такие мероприятия ходят не столько для того, чтобы поздравить виновников торжества, сколько для того, чтобы увидеться с нужными людьми в непринуждённой обстановке.

Прошло почти два месяца после той встречи в кафе, а Елену до сих пор начинало потряхивать от гнева, когда она вспоминала последние слова, сказанные Завьяловым. Когда она в тот день вернулась домой и, кипя от возмущения, рассказала Алексею всё без утайки, его реакция стала для неё неожиданной.

Внимательно выслушав жену, Краснов несколько минут задумчиво барабанил пальцами по столу, а потом расхохотался.

– Ты смеёшься?! – Елена не знала, как ей реагировать: возмущаться или попытаться понять причину столь внезапного веселья.

– Ну уж наверняка не плачу, – отсмеявшись, ответил Алексей и постарался объяснить сердито сопящей Лене. – Понимаешь, любимая, он прекрасно всё рассчитал: в чём господина Завьялова обвинить нельзя, так это в том, что он дурак. Ни в коем случае! Он предполагал твою гневную реакцию, а гнев — это тоже эмоции. Даже гнев лучше равнодушия, так как заставляет думать о человеке, вызвавшем такую бурю чувств.

– Но он меня оскорбил! – Елена нервно заходила по комнате. – Он сказал, что будет представлять меня на её месте! Это отвратительно!

– Чем же? – невозмутимо отозвался Алексей. – Кто-то представляет на месте партнёрши Анджелину Джоли или Мерилин Монро. И что? Мы же их за это не осуждаем, верно?

– Да, но, – начала Елена и запнулась на середине фразы, – но это они, а это я, Алёша!

– Скажи лучше, у тебя есть подходящая кандидатура? – Краснов стал очень серьёзен. – Та, которая стала бы твоими ушами и глазами?

– Найти могу, конечно, а внешность — это вопрос решаемый. По фигуре и характеру подошла бы Инна, но с ней надо разговаривать, она девочка с характером.

– Вот и поговори, – кивнул Алексей, – Леночка, ты Завьялову не соперник, понимаешь?

– А ты? – она в упор посмотрела на мужа, но тот не отвёл взгляда.

– Я мог бы, но я считаю, что ты поступаешь неправильно, не желая отпускать ситуацию. Это прошлое, его нужно забыть, родная. И жить дальше. Он почувствует, что ты свободна от него, такие вещи всегда ощущаются...

– Я подумаю над твоими словами, – помолчав, сказала она и ушла к себе.

И вот прошло полтора месяца, в течение которых Завьялов действительно её не беспокоил, занимаясь делами, свадьбой и новым увлечением.

Кристина, с которой Елена переговорила почти сразу, внимательно выслушав её, согласилась. Елена подозревала, что девушка преследовала и свои цели, так как хотела в будущем поехать в Лондон в какую-то дизайнерскую школу и планировала использовать связи и деньги Завьялова как стартовые позиции. Но это Лену совершенно не беспокоило, так как последнее, о чём она стала бы волноваться, – это благополучие Дмитрия Александровича.

Уже три недели сплетники поговаривали, что, несмотря на приближающуюся свадьбу, его видели несколько раз с миниатюрной голубоглазой блондинкой. На рожон он, правда, не лез, и на всех официальных мероприятиях появлялся исключительно с будущей супругой.

Все эти воспоминания пролетели в голове Елены в то время, как они с Алексеем поднимались по мраморным ступенькам, располагались на предназначенных для них местах, здоровались с многочисленными знакомыми.

Раздалась музыка, и в зал регистрации вошла удивительно красивая пара: жених — высокий, красивый, в роскошном костюме, и невеста — очень хорошенькая шатенка с зелёными глазами, в воздушном платье, напоминающем облако. Молодые люди улыбались, но когда Елена всмотрелась в глаза будущих супругов, то ей стало не по себе.

Завьялов был доволен, как человек, хорошо выполнивший свою работу: да, не слишком приятную, но необходимую. Он всё сделал правильно, и теперь был преисполнен сознанием выполненного долга. Его голубые глаза были холодны и равнодушны, хотя на лице сияла улыбка.

Невеста смотрела куда-то перед собой, и Елена могла поспорить на что угодно, что девушка с трудом сдерживает слёзы: так неестественно влажно сверкали её глаза. Она несколько раз обежала глазами толпу приглашённых, словно надеясь кого-то увидеть, но этого «кого-то» не было, и Ангелина окончательно сникла. Она перестала оглядываться, смотрела исключительно перед собой и заученно улыбалась.

На вопрос о добровольности вступления в законный брак оба ответили «да», но без малейшего признака эмоций. Впрочем, наверное, если бы Елена не всматривалась так пристально, то ничего и не заметила бы.

– Какая красивая пара! – прошептала за спиной Елены какая-то женщина из числа приглашённых. – А Дмитрий Александрович ну просто красавец! Ах, была бы я лет на двадцать пять помоложе!

– Говорят, у него появилась очередная любовница, – прошептала ей в ответ другая, – его видели с ней в каком-то клубе. Хотя я его понимаю, он мужчина молодой, как не погулять напоследок-то, прощаясь с холостой жизнью!

Елена послушала бы сплетни и дальше просто в силу какого-то болезненного любопытства, не отпускавшего её все эти годы, но гости стали вставать и по очереди подходить и поздравлять молодых.

Когда подошла очередь Елены и Алексея, она произнесла положенные дежурные слова поздравления, вручила безразличной невесте цветы, сдержанно улыбнулась Завьялову, который,