Непокорная и обольстительная - Хизер Грэм

– Она это понимает? – удрученно пробормотал он, хотя и не был удивлен реакцией жены. Он-то хорошо знал, что Криста никогда и ни при каких обстоятельствах не выдаст своих сокровенных мыслей. И не только Келли, но и любому другому человеку.

– Не забывай, что я неплохо знаю и Кристу, и ее братьев, – продолжала убеждать его Келли. – Когда я впервые оказалась в этом доме, они отнеслись ко мне очень великодушно, а Криста даже одарила меня одеждой со своего плеча…

– Разумеется, я не спорю, что в некотором отношении она может быть очень щедрой натурой, – неохотно согласился с ней Джереми.

– То есть не во всех, ты хочешь сказать?

– Келли, есть вещи, которые тебя не касаются непосредственным образом.

Она не обратила внимания на столь грубое замечание, понимающе улыбнулась, подошла к брату и, обняв его за плечи, выглянула из окна.

– Я знаю, о чем она думает.

– Правда?

Ему показалось, что она едва заметно кивнула.

– Ее мысли занимают все те близкие люди, которых они потеряли за последнее время. И это не только ее родители. Она постоянно думает об Энтони Миллере, например, первом муже Кирнан. Часто вспоминает Лейма, а также Джеффа Дэвиса, Джеба Стюарта и всех остальных друзей и знакомых. Они все были молодыми, гордыми и прекрасно воспитанными людьми, настоящими аристократами и утонченными кавалерами. Знаешь, Джереми, смерть всегда выбирает самых лучших.

– Келли, Боже мой! – раздраженно воскликнул он, – Мы тоже потеряли отца и брата!

– Да, я знаю, но мы выиграли войну, а они проиграли!

Пока они спорили, Криста пришла в себя, поднялась с земли, обошла вокруг небольшого семейного кладбища и исчезла за деревьями.

– Куда же она пошла? – недовольно спросил он.

Келли глубоко вздохнула:

– Судя по всему, в летний домик. Его отсюда почти не видно, но если присмотреться, то можно заметить между деревьями его угол. Видишь вон то строение, выкрашенное в белый цвет? Думаю, что до войны это было роскошное и прекрасно меблированное место, где можно было укрыться от изнуряющей летней жары. Его огромные окна выходят на реку, и если открыть их настежь, то все помещение быстро наполняется приятной речной прохладой. Она рассказывала мне, что много лет назад, когда она была еще маленькой, они часто забирались в этот домик, чтобы успокоиться и обдумать все свои проблемы. Думаю, что эта привычка сохранилась у них до сего дня, и если кто-нибудь из них заходит туда, то это означает, что у человека есть серьезные проблемы. Не волнуйся, Джереми, она скоро вернется домой.

– Да уж, хочется надеяться на это, – глухо проворчал он и быстро направился к двери, оставив сестру у раскрытого окна.

Она догнала его только тогда, когда он уже спускался вниз по лестнице.

– Джереми! – позвала она брата, но тот сделал вид, что не слышит ее, и продолжал энергично шагать по ступенькам.

Откуда-то вынырнул Дэниел и схватил ее за руку.

– Оставь их в покое, – предупредил он жену.

– Он в дурном настроении, Дэниел.

– Они сами будут решать все свои проблемы, – продолжал настаивать тот.

Вскоре их голоса совсем затихли, а Джереми продолжал быстро шагать по направлению к летнему домику. Вот он приблизился к тому самому месту, где совсем недавно стояла Криста, опершись на ограду кладбища. Он уже когда-то был здесь и до сих пор помнил то восхищение, которое вызвал у него этот семейный некрополь рода Камеронов.

Он остановился у невысокой чугунной ограды и долго смотрел на могильные плиты. Вон там, в дальнем углу, находились могилы первых Камеронов, покоившихся здесь с конца шестнадцатого века. Конечно, надгробные плиты были очень старыми и потемневшими от времени, но несколько поколений этой семьи тщательно ухаживали за кладбищем недодержали в идеальном порядке все надгробия. Это печальное место было по-своему красивым и живописным.

Осмотрев могилы, он медленно обошел вокруг кладбища и наконец-то увидел светлые стены летнего домика. Подойдя поближе, он обнаружил, что это здание тоже требует тщательного и дорогостоящего ремонта. Джереми подошел к двери, осторожно потянул ее на себя и, шагнув вперед, оказался в комнате с огромным камином у стены напротив двери. Джереми улыбнулся, подумав, что этот домик часто посещали и в зимнее время. Здесь, вероятно, было так приятно посидеть у камина, любуясь ярким огнем, в то время как снаружи гулял холодный ветер, а все пространство вокруг было засыпано белой пеленой снега.

Увидев Кристу, он твердой походкой направился к ней, ничуть не заботясь о том, чтобы она не слышала, как он вошел.

Внутреннее чутье или какой-то слабый шорох подсказал ей, что она не одна в этом помещении. Когда Джереми увидел ее лицо, то почему-то подумал, что слезы отнюдь не украшают женщину, даже такую красивую, как Криста. В ее покрасневших от слез глазах явно промелькнула тревога, а лицо скривилось от красноречивого неудовольствия.

– Что ты здесь делаешь? – тихо прошептала она, глядя на него снизу вверх.

Джереми предупредительно поднял вверх руки.

– Неужели я вторгся в какое-то святилище?

Она отвернулась и молча уставилась на темную воду реки.

– Разумеется, нет, – нехотя проронила она после мучительно долгой паузы.

Он стоял позади нее, не зная, стоит ли продолжать разговор. Ясно было, что он нарушил ее покой, отвлек от очень важных воспоминаний и вообще прервал ее гордое одиночество. Криста живо поднялась на ноги и быстро повернулась к нему, как будто опасаясь, что он может нанести ей удар в спину. Видимо, на его лице обнаружилось нечто вроде удивления, так как она мгновенно покраснела и медленно подошла к камину. Ее шаги были размеренными и тихими, а покрытый облупившейся краской пол скрадывал даже негромкие звуки. Перед камином на полу лежал небольшой ковер из звериной шкуры, даже сейчас украшавший это старое и давно уже требующее обновления помещение. Некоторое время они вдвоем молча смотрели на этот коврик, а потом Криста резко отвернулась.

– Мне кажется, теперь я понимаю, зачем ты все это делаешь, – тихо сказала она, поворачиваясь к нему.

Джереми машинально принял армейскую стойку «вольно», слегка расставил ноги, а руки, которые вдруг стали лишними, завел за спину.

– Неужели? – шутливо переспросил он и тут же добавил: – Ну и что же я делаю, интересно знать?

– Пытаешься заставить меня уехать с тобой.

– Почему ты так думаешь?

Она неопределенно взмахнула рукой и отвернулась, не находя в себе сил, чтобы смотреть ему в глаза.

– Полагаю, это каким-то странным образом связано с Дэниелом и Келли. Если я не ошибаюсь, ты пытаешься подражать ему и повторить то, что в свое время сделал он.