Отпуск на двоих - Эмили Генри

– Как ты вообще умудрился накачаться еще сильнее? – поинтересовался я.

– Я такой же, как был. – Алекс достал из моей пляжной сумки солнцезащитный крем и выдавил немного себе на ладонь.

Я посмотрела вниз, на свой живот, слегка нависающий над ярко-оранжевыми трусиками купальника. Я всегда была довольно худой, да и ходила много, но в последние несколько лет мой образ жизни несколько изменился. Когда у меня появилась привычка налегать на коктейли в самолете и ужинать перед сном разнообразным фастфудом (я предпочитала буррито, гирос и лапшу), мое тело приобрело несколько более округлые формы.

– Ладно, – сказала я Алексу. – Ты выглядишь абсолютно точно так же, как и раньше, в то время как у всех остальных уже начали обвисать грудь и шея, у глаз появились морщины, а тело испещрено растяжками и шрамами. Договорились.

– Ты что, правда хочешь выглядеть так же, как в восемнадцать? – поинтересовался Алекс, размазывая по плечам и груди солнцезащитный крем.

– Да, – я взяла бутылку с кремом и принялась наносить защитный слой и на себя. – Хотя мне больше нравится мой двадцатипятилетний вариант.

Алекс сокрушенно покачал головой и принялся намазывать шею, слегка наклонившись вперед.

– Ты выглядишь лучше, чем когда-либо, Поппи.

– Да ну? Комментаторы в моих соцсетях с тобой бы не согласились.

– Чушь это все, – сказал Алекс. – Половина пользователей соцсетей родились уже после того, как все фотографии стали беспощадно редактировать. Если они тебя увидят в жизни, им крышу снесет. Все мои ученики одержимы одной этой моделью, а она даже не настоящая. Полностью отретуширована. Выглядит как натуральная моделька из компьютерной игры, но каждый раз, когда она выкладывает новую фотографию, все как с ума сходят. Только и разговоров о том, какая она красивая.

– О, я знаю эту девушку, – сказала я. – Не в смысле, что я с ней знакома, конечно. Ее даже в жизни не существует. Я знаю этот аккаунт. Иногда у меня, знаешь, возникает настроение погрузиться в бездны, и тогда я иду читать комментарии к ее фоткам. У нее, кстати, настоящая баталия с другой компьютерной моделькой… Тебе со спиной помочь?

– Что? – Алекс поднял на меня недоуменный взгляд, и я помахала перед его носом бутылочкой с кремом.

– Я говорю, тебе спину намазать? Солнце так и жарит.

– А. Да. Спасибо. – Он повернулся ко мне спиной и опустил голову, но даже сидя Алекс такой высокий, что мне пришлось привстать на коленях, чтобы достать до его лопаток. – В общем, – он прочистил горло, – дети знают, что меня сильно пугает эффект зловещей долины, так что они постоянно пытаются подсунуть мне фотографии этой искусственной девушки. Им нравится смотреть, как я каждый раз кривлюсь. Мне даже стало стыдно за то, что все эти годы изводил тебя Лицом Грустного Щеночка.

Мои руки лежали на его теплых, покрытых веснушками плечах. В груди защемило.

– Будет грустно, если ты перестанешь делать это лицо.

Алекс обернулся, чтобы посмотреть на меня через плечо. Солнце сияло прямо позади его, и на его профиле лежала холодная сине-голубая тень. На какую-то крошечную секунду меня охватил трепет – от того, что мы так близко друг к другу, от того, как движутся его мускулы под моими пальцами, от того, как запах его одеколона смешивается со сладким кокосовым ароматом солнцезащитного крема, от того, как он пристально смотрит на меня своими орехово-карими глазами.

Эта крошечная секунда полностью подвластна тем самым пяти процентам «а что, если». А что, если я сейчас наклонюсь, поцелую его вот так вот, нависнув над его плечом, прикушу его полную нижнюю губу, зароюсь пальцами в его волосы? А он притянет меня к себе и прижмет к груди.

Но я прекрасно знала, что в нашей жизни больше нет места никаким «а что, если». Думаю, Алекс тоже это понимал, потому что он снова откашлялся и отвернулся, устремляя взгляд куда-то в сторону.

– Хочешь, я тебе тоже спину намажу?

– Угум, – ответила я и повернулась к нему спиной. Все то время, пока он намазывал меня кремом, я изо всех сил старалась не обращать на это внимания. Старалась не чувствовать никакого другого жара, кроме жара солнца Палм-Спрингс. Старалась не обращать внимания на чувство, зарождающееся в моем животе, когда его руки мягко касались моей кожи.

Но меня не могли отвлечь ни галдящие младенцы, ни смеющиеся люди, ни подростки, с разбегу прыгающие в крошечный бассейн бомбочкой. Раз уж мне не удавалось переключить внимание даже посреди густонаселенного бассейна, пришлось срочно переходить к наспех придуманному плану Б.

– А ты все еще общаешься с Сарой? – выпалила я слишком высоким голосом.

– Гм, – Алекс убрал руки. – Иногда. Кстати, твоя спина теперь в полном порядке.

– Класс. Спасибо. – Я опустилась на свой шезлонг, так что теперь между нами было добрых полметра расстояния. – Она все еще преподает в Ист-Линфилде? – учитывая, насколько тяжело найти работу учителя в наши дни, казалось чудом, что Алекс и Сара получили должность в одной и той же школе в Огайо. А потом они расстались.

– Ага. – Он покопался в моей сумке и достал бутылку, которую мы наполнили купленной в супермаркете «Маргаритой». – Все еще там.

– То есть вы часто видитесь, – заключила я. – Неловко, наверное?

– Да не особо. – Он протянул мне бутылку.

– Не особо часто видитесь или это не особо неловко?

Алекс помедлил с ответом и сделал долгий глоток из бутылки.

– И то и то, я полагаю?

– Она… Встречается с кем-нибудь? – продолжала я.

– Почему ты спрашиваешь? – удивился Алекс. – Мне казалось, Сара тебе вообще не нравится.

– Ну да, – пробормотала я, смущенно обводя пальцем линию вен на своей руке – точь-в-точь завязавшая наркоманка в ломке. – Но тебе она нравилась, и я хотела убедиться, что ты в порядке.

– Я в порядке, – ответил Алекс. Голос его звучал натянуто, так что я оставила эту тему.

Не поносить Огайо. Не говорить о до смешного накачанном теле Алекса. Не заглядывать ему в глаза, пока не убедишься, что вас разделяет как минимум пятнадцать сантиметров. Не поднимать тему Сары Торвал.

Это я могу. Наверное.

– Пойдем в воду? – предложила я.

– Конечно.

Как только мы пробрались через стадо детишек и спустились по вытертым ступенькам в воду, стало ясно, что бассейн никак не поможет решить проблему возникшей между нами с Алексом опасной неловкости. Во-первых, вода, полная людей (и, возможно, мочи), казалась практически такой же горячей, как и воздух, а находиться в бассейне было