Моя герцогиня - Элоиза Джеймс

— Может быть, прежде чем попадем на праздник, доложишь обстановку? — предложил Элайджа.

Нэбби внезапно остановился, и Джемма едва на него не налетела. Информация полилась стремительным потоком, она едва успевала разбирать слова.

— К Нибблу приехала погостить жена, но они постоянно дерутся, и поэтому я переселил их в дальние комнаты, чтобы никто не слышал, как она его колотит.

— Она его колотит? — не успев опомниться, удивленно переспросила Джемма.

Нэбби повернулся к ней.

— Дьявольски сильная женщина, а уж когда доберется до сковородки, то может устроить настоящий погром. Особенно если муженек в подпитии. Что и говорить, Ниббл тоже не подарок. Честно признаться, рука так и тянется к чему-нибудь тяжелому.

— А как поживает Уакси? — спросил Элайджа и пояснил: — Уакси — весьма пожилой джентльмен. Должно быть, ему около шестидесяти. Я прав, Нэбби?

— Легкие у него не в порядке — что есть, то есть. Но дочь регулярно его навещает и приводит двоих детишек, так что он доволен и не ропщет на судьбу.

— А доктор приезжает каждую неделю?

Нэбби зашагал дальше.

— Напрасно тратите деньги, ваша светлость. Честное слово, напрасно. Все равно зрение он нам не вернет, а в остальном мы здесь и так счастливы. Правда, пару дней назад удалил Калли больной зуб.

— И как же Калли чувствует себя после операции?

— Не самым лучшим образом. Конечно, сегодня у него день рождения, так что успел с утра хватить лишку. Ничего не попишешь: какой есть. — Он остановился возле высокой двери. — Сейчас все во дворе, греются на солнышке. Должен сообщить, что вчера приходил десятник и сказал, что скоро к нам поселится новенький по имени Беркет. Не могу утверждать, что хорошо его помню, но, кажется, парень начинал, когда я собирался уходить.

— А места хватает? — немедленно уточнил герцог.

— Очень даже хватает! Месяц назад ушел в мир иной Ласкер, так что комната освободилась. На место Николсона еще никто не заселился, да и мисс Софисба не хочет у нас жить, она сегодня здесь и будет рада встретиться с вами, ваша светлость.

— Как только что-нибудь понадобится, немедленно отправьте посыльного к Таусу, — деловито распорядился герцог и посмотрел на Джемму. — Таус — один из моих поверенных.

— О, у нас есть все, что только можно пожелать, — безмятежно отозвался Нэбби. — Ребята восхищались чудесными фруктами, которые вы прислали из своих теплиц, но попробовать так никто и не отважился. Все привыкли питаться по старинке и боятся приключений, если понимаете, о чем я. Зато дети вмиг опустошили корзину.

— А кто такая мисс Софисба? — шепотом поинтересовалась Джемма, когда Нэбби открыл дверь — И…

— Увидишь, — ответил Элайджа таким мрачным тоном, что она сразу замолчала.

С первого взгляда показалось, что в небольшом дворе в разгаре детский праздник, но уже в следующий„момент выяснилось, что на самом деле кур здесь больше, чем людей и хотя и те, и другие изрядно шумели, победа все-таки оставалась за тремя ребятишками, которые с веселым визгом гонялись за лохматым щенком.

— А ну-ка, посмотрите, кто пришел к Калли на день рождения! — громко объявил Нэбби. — Сам герцог здесь, бездельники!

Середину двора занимали стоявшие кружком потрепанные кресла. Сидевшие в них мужчины обернулись на голос, и сразу стало ясно: все они слепые.

Компания выглядела живописно. Во-первых, далеко не все считали нужным носить одежду. Двое оказались и вовсе без брюк; очевидно, решили погреть на неярком лондонском солнышке тощие белые ноги. Один заткнул длинную бороду за пояс передника, который зачем-то нацепил поверх клетчатого пальто.

Присутствовали и две женщины. Одна — матрона с узкими, плотно сжатыми губами. Нетрудно было догадаться, что это и есть миссис Ниббл, повелительница сковородок.

Вторую, должно быть, звали мисс Софисба. Эта особа выглядела моложе. Назвать ее хорошенькой было трудно, однако она явно стремилась произвести впечатление ярко- красной помадой на губах и неправдоподобно золотыми волосами. Боевая раскраска, очевидно, предназначалась для привлечения мужского внимания — обстоятельство достаточно странное, если учесть, что оценить усилия не мог никто, кроме миссис Ниббл, которая явно не принадлежала к числу горячих поклонниц алой помады и желтых волос.

Один из полуобнаженных мужчин поднялся.

— Встаньте, безмозглые болваны! — прорычал он. — Здесь герцог. Всем приветствовать лучшим образом! Это мой день рождения, так что не позволю вести себя…

Он неожиданно умолк и сел на место. Нэбби сказал чистую правду: несмотря на ранний час, именинник успел изрядно подгулять.

— Со мной приехала герцогиня, — непринужденно добавил Элайджа. Хмурое выражение лица испарилось, и выглядел он таким жизнерадостным и добродушным, словно попал на чаепитие в Кенсингтонский дворец. — Да, я привез к вам жену, самую прелестную леди во всем королевстве.

— Эх, взглянуть бы хоть одним глазком, — вздохнул бородач. — Ни разу в жизни не видел живую герцогиню. Зато однажды видел королеву. На ней был какой-то ужасный парик, на королеве. — Он ткнул локтем миссис Ниббл. — А здесь есть парик, ну, высокий такой?

— На герцогине бархатное платье, — поведала старшая из женщин. Она встала, быстро поклонилась и вернулась на место. — Парика, кажется, нет. Думаю, волосы собственные, только напудренные, как носят богачи.

Элайджа подошел к Калли, чтобы поздравить его с днем рождения, а потом остановился возле соседнего кресла и завел разговор о недавних беспорядках в городе. Джемма почувствовала, что необходимо что-то срочно предпринять. Нельзя же стоять, как манекен. Она подошла к женщинам. Мисс Софисба испугалась и поспешно вскочила.

— Это ваши детишки? — спросила герцогиня. — Очаровательные малыши. — Необходимо заметить, что утверждение не соответствовало правде. Дети выглядели слишком грязными, а потому вряд ли могли вызвать умиление. Впрочем, они производили впечатление здоровых, сытых и вполне довольных жизнью.

Миссис Ниббл снова встала.

— У нее детей нет, — доложила она с презрительной усмешкой.

Мисс Софисба пропустила колкость мимо ушей.

— Озорников к нам приводит сестра Нэбби. Или племянница, точно не знаю. Работает красильщицей — красит ткани. Дело очень трудное и вредное, поэтому дети целый день проводят здесь. А потом придут еще и внуки Уакси. Его дочь работает в конюшнях, так что оставляет малышей деду.

— А разве они не ходят в школу? — удивилась Джемма.

— Судя по всему, нет, — застенчиво улыбнулась мисс Софисба. — Здесь, в Спитлфилдзе, плохо понимают, что значит учиться.

— Да здесь и школы-то, наверное, нет, — заметила миссис Ниббл. — По крайней мере, в мое время не было.

— О Боже! — вздохнула Джемма.

— Какие красивые перчатки! — восхитилась мисс Софисба. — Никогда не видела ничего подобного.