Сексолог для девственницы - Кира Лафф

Внезапно дверь комнаты с грохотом распахивается. Мы с Яком вздрагиваем. Резко сажусь.

Внутри меня всё опускается. Дыхание перехватывает.

На пороге стоит Костя.

В его глазах я вижу омерзение. Если бы взглядом можно было убить, то мы с Яком уже валялись бездыханными трупами.

- Уйди, - злобно цедит мужчина. Я не понимаю, кому относится этот приказ. Встаю.

Яков тоже вскакивает и непонимающе смотрит на меня.

- Як, - тихо говорю, пытаясь унять дрожь в голосе. - Ты... иди... Мы потом...

Не знаю, что ещё добавить и просто молюсь, чтобы он понял просьбу и не усугублял положения.

- Ты уверена? - парень воинственно смотрит на Костю.

- Да, - киваю, одёргивая футболку. - Всё нормально.

Ничего, конечно же, не нормально.

Не знаю, чего я добивалась, но теперь, встретившись с Костей лицом к лицу, мне хочется провалиться под землю.

Понимаю, что, вроде бы, не сделала ничего плохого. Он ведь сам сказал, что я его не интересую. Так почему же теперь я должна чувствовать стыд?

Не должна я его чувствовать. Но щёки горят так, будто их кипятком ошпарили. Присутствие Кости давит, заставляя сжаться в комок.

- Ну ладно, - соглашается парень.

Слава Богу!

Он проходит мимо Кости и выходит в дверь, на прощание одаривая меня взволнованным взглядом.

- Я пойду, - тихо говорю, не глядя боссу в глаза. - Провожу.

- Сами выход найдут, - свирепо отвечает он, преграждая мне путь.

Делаю несколько нерешительных шагов. Останавливаюсь. Пока я раздумываю, слышу хлопок входной двери. Гости ушли.

- Что ты творишь, Ксюша? - строгий голос Константина заставляет меня поёжиться от страха. - Решила поразвлечься?

Я мотаю головой, отступая на шаг назад. Нервно сглатываю.

Вид Константина внушает мне какой-то странный, первобытный страх. Его глаза красные, а ладони сжаты в кулаки.

- Зачем ты пригласила этих парней ко мне домой? - его глаза так дико блестят, что мне не хочется в них смотреть. Утыкаюсь в пол. - Что ты планировала делать?

Неопределённо пожимаю плечами. Боже, он, ведь, сам всё видел...

- Они... - запинаясь начинаю я. - Они сами п-п-пришли... я не...

- Игры кончились, девочка, - Костя наступает на меня, не желая слушать оправдания. - Ты хотела, чтобы я относился к тебе как к женщине?

Нахожу в себе силы и смотрю ему прямо в глаза. Да, мне хотелось этого. И уже давно. Желание было настолько сильным, что что я чуть не совершила необдуманный поступок... Но... сейчас меня почему-то пугает его звериный настрой.

- Хочешь, чтобы я показал тебе, что взрослые мужчины делают с женщинами? - резко спрашивает он.

Я не знаю, что ответить, поэтому просто сжимаюсь в комок, отступая к стене.

Не дожидаясь моего ответа, Константин впечатывает меня в стену. Его руки сжимают меня за щёки и приподнимают лицо чуть вверх.

- Смотри, что ты со мной сделала... - хрипит он осипшим голосом.

А потом его губы впиваются в мои жадным поцелуем. Язык вторгается в рот, преодолевая любое сопротивление с моей стороны.

Страх и возбуждение сливаются во мне во что-то новое. Что-то дикое. И тёмное.

Неужели... неужели он сделает это со мной?

Глава 16

Ксения

В голове вспышками проносились мысли: «Боже! Боже! Неужели это происходит со мной на самом деле?» Всё, что делал со мной Костя было совсем не так, как десять минут назад назад с Яком. Это было остро. Запредельно страстно. От его поцелуя я ощутила всё то, о чём обычно пишут в книгах: мурашки прокатились острыми колышками по всему телу, а низ живота вдруг наполнила приятная тяжесть. Голова закружилась от новых ощущений. Опасность. Предвкушение. Удовольствие.

Моё напряжённое тело слегка обмякло в его руках. Я чувствовала в его дыхании запах алкоголя и мяты. Он пьян?

Старалась не думать о том, что, возможно, всего час назад он точно также впивался свои ртом в другую женщину. Пусть так. Мне хотелось лишь одного - стать лучше неё. Моей невидимой прекрасной соперницы.

Я робко отвечала на его вторжение, ласкала его язык своим. Его ладони заскользили по моим бёдрам всё выше и выше, пока моя юбка не оказалась задранной до талии. Сердце билось где-то в горле, а разряды тока ударяли мою кожу по ходу его дерзкого путешествия в мои самые сокровенные места.

Слегка расставив мои ноги коленом, Костя отодвинул резинку трусиков и начал исследовать мою горячую и уже влажную плоть. Ох! Вот это да! Я подрагивала от каждого его движения. Всё между ног пульсировало и наливалось жаром. Возникло непреодолимое желание избавиться от этих ощущений, и я подалась бёдрами вперёд навстречу его настойчивым пальцам.

- Дразнишь меня? - требовательно спросил он, тоже подаваясь вперёд, чтобы я почувствовала его горячую твёрдость.

Нерешительно я накрыла его пах ладонью. Мне было страшно и одновременно любопытно. Костя издал приглушённый стон и начал тереться о меня своим внушительным органом.

Его пальцы уже стянули мои трусики вниз. Он обнажал меня будто обёртку с мороженного срывал. А растекалась сладкой лужицей от его горячих прикосновений.

Костя быстро обводил меня там по кругу. Задевал самые чувствительные места, а я всё больше жаждала, чтобы он не останавливался и погрузился глубже.

Я начала сладко постанывать в такт его манящим движениям. Но в том самый момент, когда я почувствовала, как что-то сильное и очень острое начинает зарождаться внизу живота, Костя отстранился и слегка насмешливо сказал:

- Что, нравится?

Мои глаза были прикрыты и, не находя в себе силы ответить, я просто кивнула.

Другой рукой он накрыл мою грудь. Прямо так, через ткань футболки. Мой лифчик остался на кровати, когда с меня его снял Яков. Костя понял, что на мне нет белья и сильнее сжал мою грудь, слегка её приподнимая.

- Почему на тебе нет белья?! – прорычал он. Видимо, он тоже вспомнил ту сцену, свидетелем которой стал ещё десять минут назад. – Ты для того молокососа сняла лифчик?! – мужчина говорил так жёстко, что я буквально не узнавала его. Казалось, его даже затрясло от гнева.

Я задыхалась от ужаса и неудовлетворённого желания. Боже, что же мне ответить?

Видимо, замешательство отразилось на моём лице и выдало все тайные мысли. Смятение по поводу того, что я уже было решилась на опрометчивый шаг лишь из-за странного желания отомстить ему.

И он