Истинная для демона, или Коснись моих воспоминаний - Наталья Ринатовна Мамлеева

– Не гвардейцы, – мотнула я головой. – Они явились позже. Мой истинный спаситель – ас-алердин. И, разумеется, к мятежникам я не имею никакого отношения.

Хотя выглядит весьма странно. Интересно, Роффе занимается разбирательством этого дела или отложил в долгий ящик? В круговерти последних событий я сама совершенно о нём забыла.

– Ну и дела-а-а, – протянула Сивилла и откинулась на спинку софы. – Быть может, он и правда влюблён в вас, ваше высочество?

– Демоны не способны на серьёзные чувства, – заявила Джули и, нахмурившись, поставила чашку на блюдце. – Впрочем, как и все мужчины.

– Откуда такие глубокие познания о мужчинах? – прищурилась Сивилла и фыркнула. – Если у тебя был печальный опыт, не стоит распространять его на всех. А что касается его темнейшества… Если не ради принцессы, зачем он вообще тут появился?

Ради расторжения договора. Но посвящать фрейлин в наши личные с Ямином дела я не стала.

– Завтра приём у графини Вайлин. Его величество не сможет присутствовать, но вы, ваше высочество, вполне можете навестить её сиятельство, – перевела тему Джули.

Я уже видела приглашение и подумывала принять его. Мне стоит получше пообщаться со знатью, чтобы понять, кого держать поближе, а кого – опасаться.

– Как раз выбираю подходящий наряд, – ответила я и бросила взгляд через балконную дверь на парк.

Вдали проглядывалась крыша оранжереи моей матушки. Прикусив губу, решила, что убиваться над произошедшим бессмысленно, лучше заняться чем-нибудь полезным, что отвлечёт меня от дурных мыслей. Но едва я собиралась высказаться, двери распахнулись, и вошедшая Адаез уведомила о прибытии портних.

– Примерка свадебного платья, ваше высочество, – подсказала мне горничная как само собой разумеющееся.

– Я так понимаю, отказаться шансов нет? – кислым тоном спросила и тут же улыбнулась, вспомнив о своём статусе. – Благодарю, Адаез. Проводи уважаемых мастериц ко мне в покои. Мы скоро подойдем.

Портными оказались две женщины – мать и дочь, работающие очень споро, но зато часто ссорящиеся. Они не могли найти согласия буквально ни в чём. Дочь склонялась к современным фасонам, а мать твердила, что для свадьбы его величества невесту следует облачить в традиционный наряд. Мне же было настолько наплевать, в каком платье идти под венец с Роффе, что я просто молча слушала и кивала буквально на все предложения. Наконец, когда я совершенно выбилась из сил, не сдержалась:

– Все прочь! Оставьте меня одну… на десять минут и дайте собраться с мыслями. Я сообщу вам своё решение, только сейчас – вон!

Портнихи, переглянувшись и позабыв свои ссоры и разногласия, сплочённые недовольством моей персоной, поклонились и покинули спальню, оставив меня в одиночестве. Всхлипнув, я села на софу, но, едва увидев себя в зеркале, вновь поднялась и подошла к своему отражению.

Девушка, что смотрела на меня, была молода и красива. В белом подвенечном платье с пышной юбкой и тугим корсетом, из которого грудь выглядывала минимум наполовину. Эта невеста должна была быть счастливой.

Должна, но никогда не будет.

– Слишком вычурно, – фыркнули позади меня.

Я резко оглянулась на Ямина. На его плече сидел монтри и безмятежно вылизывал лапу. Закатив глаза, я вновь развернулась к зеркалу и разгладила ладонями юбку, как и корсет, расшитую жемчугом. Платье было баснословно дорогое, на него ушли сотни часов кропотливой работы, и теперь портнихи уточняли детали и подгоняли наряд по фигуре.

– И белый цвет тебе не идёт.

– А по мне, так Грете всё идёт, – заключил Глеб, – хотя фасон старомодный. Юбку бы покороче, лодыжки бы открыть…

Не особо прислушиваясь к зверьку, я неотрывно смотрела на Ямина.

– Зато подойдёт серебристый, не так ли? – спросила с ухмылкой.

У демонов были необычные традиции. Платье шилось под цвет глаз жениха, в то время как фрак жениха должен быть под цвет глаз невесты.

– Не дождёшься, – хмыкнул ас-алердин и посмотрел мне в глаза. – Медово-карий мне не подойдёт.

Да как он… бесит! Всплеснула руками и тут же вспомнила, о чём хотела с ним поговорить. Подойдя к комоду, вытащила записки от неизвестного и показала их Ямину.

В этот момент в дверь постучали, и Адаез сообщила, что портнихи всё ещё ожидают моего ответа. Трижды глубоко вдохнув, я обернулась к демону, внимательно изучающему письма.

– Можешь что-нибудь сказать об этом?

– Судя по стилю письма, это не враг. Враг, который хочет избавиться, избавляется, а тут тебя просят держаться подальше от дворца, будто бы не хотят тебе навредить.

Я удивилась такой интерпретации и вновь прочла послания. Наверное, Ямин прав. Может, это кто-то из близких мне людей? А если…

Ещё боясь додумать мысль, я подскочила к письменному столу и начала магичить, чтобы проявить тайные шифры. Ямин с интересом наблюдал за моими действиями, поглядывая на дверь, в которую продолжали стучать и торопить меня. Монтри спрыгнул с плеча приятеля и разлёгся на кровати, подоткнув под живот подушку.

– Ничего. – Я разочарованно выдохнула. – Пусто.

– Ваше высочество, вы там не одна? – раздался из-за двери голос Отилии, подключившейся к Аде.

– Разговариваю вслух, – громче ответила я и указала демону на дверь, прошептав едва слышно: – Спасибо.

– Я вернусь, – пообещал Ямин и ушёл.

– А ты почему ещё здесь? – удивилась, уставившись на монтри, вольготно развалившегося на моей постели.

– А я главный кутюрье, разве не говорил? Заведовал всей модой в своём мире! Ты думаешь, почему я князь? Князь стиля!

Фыркнув, я открыла дверь, и портнихи вновь ввалились в мою комнату, но на этот раз они получили на орехи от монтри.

– Вот сюда, на шею, огромную розовую ленту! – патетично провозгласил он. – Бантиком!

– Как у собачки или кошечки? – изумилась младшая мастерица и с ужасом взглянула на мать.

– О да, будет потрясающе смотреться! Можно ещё на хвост бантик! А, забыл, у вас же нет хвостов. – Князь разочарованно вздохнул и поморщился. – Ну тогда ошейник с кулончиком, – посоветовал он задумчиво, – лучше в форме колокольчика, чтобы шла к алтарю, а он такой – дзинь-динь, дзинь-динь…

И такие были у Глебушки мечтательные глазки, что я решила: надо и ему срочно найти невесту – вкусы его я знаю – и сыграть свадьбу. Такое торжество закатим, ух!

– Отставить бантики, тем более розовые и с колокольчиками, – хлопнула я в ладоши. – Оставляем скромный минимализм, основное украшение – жемчуг, всё остальное лишнее. Никаких рюшечек, плиссировок, кружавчиков и тем более бубенчиков. Лишь красота ткани и блеск жемчуга. И декольте прикрыть, мне не нравится, что грудь слишком оголена.

Быстро раздав указания швеям, я распрощалась с женщинами и попросила всех