Дом теней - К. А. Линде

— О, — прошептала Керриган. — Я рада, что могу помочь.

— И я, — Тэя прижала ладонь к ее спине. — Я познакомлю тебя с остальной командой.

Керриган пошла за Тэей в отдельную столовую, где шестеро сидели за деревянным столом. Свечи горели тускло, и перед ними была еда. Не простая еда. Пир, от которого пахло пряностями, жареной курицей, домашними булочками, летними фруктам и даже неплохим шоколадным пирогом. Это еще больше показало ей, что тут собралась не горстка людей без опоры. Это были люди и полуфейри со средствами, и он хотели этого даже больше тех, кто жил в бедности.

Тэя представила ее каждому присутствующему — трем женщинам и трем мужчинам. Каждый просиял, встал со стула, пожал ей руку, благодаря. От их навязчивого поведения ей было неудобно. Она еще не была в комнате, где многие думали, что она могла помочь им спасти мир. Она была просто девушкой.

— Ладно, не давите на нее, — Кловер встала между ними. — Я рада, что Керриган тут, но не нужно ее запугивать.

Керриган усмехнулась. Только Кловер могла перейти прямо к делу.

— Спасибо.

Тэя кивнула.

— Мы рады, что ты тут. Улицы шепчут твое имя. Должна признать, я в восторге, что могу встретиться с тобой лично. И так у всех нас.

— Я просто… я.

— Моя дорогая девочка, ты куда больше, — настаивала Тэя. — Ты перевернула ситуацию. Ты одолела их в их игре. Ты — единственный голос полуфейри во всем Обществе. Ты куда важнее, чем думаешь.

— Ладно, но… — Керриган прикусила губу. — Слушайте, я хочу помочь, но не могу раскрывать себя публично в этом.

Тэя нахмурилась.

— О чем ты? — она посмотрела на Кловер, та пожала плечами.

— Мне нужно обучаться год, только потом я стану официальным членом. Они все еще могут выгнать меня за любой промах в течение года. Может, публика этого не знает, но это моя реальность. Если хотите, чтобы я могла что — то изменить, нельзя раскрывать, что я тут.

Тэя вздохнула.

— Конечно, это их условие, — она провела ладонью по лицу и посмотрела на заговорщиков. — Это не меняет нашу миссию. Было бы куда проще собирать народ, если бы мы могли использовать твое имя, но мы не хотим подвергать тебя опасности.

— И почему мы не можем использовать ее имя? — сказал голос, фигура прошла в столовую.

Керриган повернулась и оказалась лицом к лицу с Дозаном Руком. Она так редко вдела его вне Отходов, что было шоком обнаружить его тут во всей красе. Его рыжеватые волосы были убраны с янтарных глаз. На нем был безупречный костюм — тройка с черной рубашкой и черным галстуком. Только красная Р на лацкане показывала, что он был символом Отходов. Хотя это было очевидно по его красивому ожесточенному лицу. Чувственная улыбка играла на его губах.

— Здравствуй, Рыжая, — проурчал он.

Керриган моргнула и отпрянула. Она ненавидела эту реакцию на Дозана. Притяжение всегда было там. Не важно, что она была одержима им в двенадцать. Ее первая любовь в шестнадцать. Ее первое все. Она хотела не реагировать на него так. Потому что он видел в ней лишь пешку.

— Что ты тут делаешь? — спросила она.

Тэя шагнула вперед и протянула руку к Дозану.

— Мистер Рук, спасибо, что присоединились к нам.

— С радостью, — сказал он. Он посмотрел на Керриган. — Нам стоит использовать имя Керриган. Даже если она не покажет лицо в поддержку прямо, указание на ее вовлечение даст нам преимущество.

— Мы не хотим навредить ее шансам, — задумчиво сказала Тэя.

— Дайте ей правдоподобный шанс отрицать. Используйте ее имя, говоря, что она работает с нами, но если дойдет до проверки, она сможет отрицать, что была тут. Мы сможем скрыть ее существование.

— Хорошая идея, — сказала Кловер.

Керриган нахмурилась.

— А если они мне не поверят? А если кто — то скажет, что видел меня тут?

Тэя покачала головой.

— Мы будем отрицать это до могилы.

Керриган надеялась, что до этого не дойдет. И с Дозаном тут шансов, что будет тихо, было еще меньше.

— Ты не ответил. Что ты тут делаешь?

— Как думаешь, откуда у них деньги для этого маленького приключения?

Керриган фыркнула.

— Ты и копейки не тратил, если не думал, что вернешь в десять раз больше.

— Тогда ты понимаешь, зачем я это делаю, — он приподнял бровь.

Она не понимала. В этом не было смысла. Кловер тут была понятной. Она была идеалисткой, всегда боролась за тех, кому повезло меньше. Потеряв родителей в юном возрасте, она хотела защищать других. А не позволять другим страдать.

Дозан убил свою семью, чтобы двигаться дальше. Он был королем Отходов. Он ничего не делал без возвращения вложений. Включая вложения в Керриган.

— Дозан щедро предложил свои услуги, — вмешалась Тэя. — Он тоже хочет видеть, как к людям и полуфейри относятся справедливее.

— Ты предложил? — недоверчиво спросила она. Она прошла вперед. — Ты не предлагаешь. Что тебе из этого?

— Если ты не заметила, принцесса, я человек.

— Не зови меня так, — рявкнула она.

— Почему? Разве не все уже знают, что ты — принцесса? — спросил он с самодовольной ухмылкой.

Керриган не знала, почему, что Дозан всегда задевал ее. Она хотела вонзить кулак в его миловидное лицо. Невыносимый мерзавец.

Но Кловер увидела это и оттащила ее.

— Почему бы нам не попытаться поладить? Мы же тут для одного дела, да?

— Верно, — сказал Дозан, но не изменил взгляд.

Керриган глубоко вдохнула и выдохнула. Она слишком устала, чтобы разбираться с этим. Разбираться с ним. Кловер должна была подготовить ее. Ничто не злило ее больше, чем Дозан Рук.

— Мне нужно покурить, — сказала Кловер. — Идем. Подышим воздухом.

Тэя кивнула, Кловер вывела Керриган из комнаты. Она прошла мимо Дозана, не оглянувшись, и вышла во двор. Сад уже наполнялся собравшимися на встречу ПДВ, и они встали вместе за большой статуей горгульи. Кловер три раза попробовала зажечь сигарету лока, но не могла справиться со спичками и цветасто ругалась.

— Дай, — сказала Керриган. Она не тренировалась с магией в этот день, так что в ее венах еще была магия. Она щелкнула пальцами и коснулась огоньком сигареты Кловер.

Она глубоко вдохнула, сильный наркотик притупил хроническую боль, пронзающую ее тело.

— Почему ты позволяешь ему дразнить тебя?

— Почему ты не сказала, что он будет тут?

Кловер открыла глаза и укоризненно посмотрела на нее.

— Ты уже не хотела идти. Ты