Сломленные души - Ксения Вокс

— Почему я не удивлён?

— А почему я не вижу прежнего Райта, который не пропускал ни одной юбки? Где вот он? — с издёвкой бросил мне Лэй.

— Я тут перед тобой, — он выгнул бровь и покачал головой, — мне некогда заводить отношения.

— Это отговорка, Даннис. Я понимаю ребёнок, но не нужно ставить на себе крест, ты решил остаться один? — спросил он и откинулся, на спинку кресла, — Вот только не говори, что дрочишь на девок из журналов?

— Да иди ты! — мы засмеялись.

— Ага, я понял… — начал Лэй, а я выдохнул и посмотрел на него с мольбой не продолжать, — Не смотри на меня так. У тебя же живёт…

— Ну, пожалуйста, Лэй, не начинай. Энниса тут не причём, — остановил я друга, — Она просто живёт.

— Вот прям просто? — допытывал он.

— Да.

— Хоть убей не верю. — цокнул он, — Энни всегда была красивой девушкой, которую все хотели. Но. Злой братец Лиам отгонял. Видите ли негоже, таким как мы смотреть на его ангела. — Он правду сказал о ней. — к нашему столику подошла девушка, отвлекая от разговора о Энни. Заказ появился на столе, а через минуту Лэйтон засмеялся и показал мне листок с номером, после ухода девушки, — Ты неисправим.

Погасший свет во всём зале оповестил нас о начале долгожданного шоу, которое должно было быть красивым. Ворвавшиеся музыкальное сопровождение вывело на сцену около пяти девушек в красивых нарядах. Все, как одна принялись танцевать, показывая нам прелести своих тел. Если я смотрел без особых эмоций, то Лэйтон практически таял, когда девушки выгибались под ритм песни.

Можно было сказать с уверенностью, этот клуб не заставлял напрягаться, когда на сцене менялись представительницы прекрасного пола. Они отлично справлялись с задачей соблазнить, но не дать, потому что мужская часть, находящаяся в зале, подбадривала девчонок.

— Может, пригласим кого-нибудь за наш столик, а? — спросил горящими глазами Лэй, он реально вёл себя, как счастливый девственник в толпе голых девушек.

— Приглашай, мне всё равно. — пожал я плечами, а в ответ получил цоканье.

— Не нравишься ты мне такой.

— Ну это логично, что я могу тебе не нравится. Это правильно, согласись? — засмеялся я, когда выражение лица собеседника вытянулось.

— Придурок.

— Я нормальный, это ты что-то слишком возбуждённый, — бросил я ему и сделал глоток виски.

— Вот именно, это я нормальный, а ты нет.

Мы с ним замолчали, когда в зале заиграла музыка «Ex Habit — Who Do You Want», на сцене появилась девушка в маске в длинном белом платье, которое развивалось, словно не имело веса. Её светлые длинные волосы были распущены и каскадом спадали по плечам и спине, она медленной походкой начала двигаться под музыку. И её движения отличались от других, они были нежными и плавными. Сменившийся бит музыки на несколько секунд погрузил всех в темноту, а после свет появился вновь, танцовщица выгнулась уже без платья в облегающем купальнике, который покрывал ноги и руки.

То, как она двигалась, применяя в танце свою гибкость завораживало. В ней было всё и грация в резких движениях и нежность в медленных, все это соединялось сексуальностью, когда она водила по своему телу руками. В какой-то момент моё дыхание замедлилось, когда за её спиной зажёгся прожектор, и она медленно опустилась на мостик. Её спина легла на пол, а бёдра начали движения, медленные и манящие… Ей явно нравились возгласы мужчин, которые, как и я были заворожены красивым телом. Переворачиваясь на живот, девушка приподняла бёдра и под музыку села на колени. Её руки прошлись по телу исследуя его, в конце она направила их прямо между ног, разведя их в стороны.

Черт! Никогда бы не подумал, что меня возбудит танец. Я расстегнул первые две пуговицы на рубашке и сделал вдох, когда она под конец трека стала отдаляться, виляя слишком аппетитной задницей. Свет погас, забирая её в полную темноту.

Глава 13

Энниса

Когда я забежала за кулисы, меня встретили просто нереально громкими криками и аплодисментами. Я зажмурилась от объятий Хейз, которая стиснула меня в них, выкрикивая ругательства. Признаться честно, выйдя на сцену, я выключила постоянную сломленную Энни и попыталась просто слушать музыку. Обычно она мне помогала раскрыться и дать волю движениям, которые сами вырывались из меня.

Выбирая стиль танца «контемпорари», я полностью погрузилась в его исполнение, ведь в нём есть лёгкость и одновременно эмоции, которые показываются, с помощью движений. Но в какой-то момент, моё тело само доверилось музыке, и я неосознанно добавила в него страсть. Я не собиралась поддаваться мужским голосам, которые давали мне некую поддержку в том, что я делаю это правильно. Тело само по себе выгнулась от ощущения желания, которое наполнило пространство. И самое главное, я не видела никого в зале, и это мне понравилось.

— Ты просто нереальная, женщина! — крикнула Хейз, а за ней повторили девочки, которые приняли меня в свой небольшой коллектив.

— С боевым крещением, Энни!

— Спасибо, — мой адреналин поутих, и теперь я чувствовала себя неуютно и с покрасневшими щеками.

— Я же говорила, крошка, в тебе есть страсть! — тараторила Хейз обнимая меня ведя по коридорам в гримёрку.

— Это не было ужасно? Говори мне, либо я умру от стыда, — заявила я когда мы оказались в маленькой комнате.

— Малышка, я сама бы тебя трахнула на той сцене! Сто процентов у всех мужиков

стоял. — я только покачала головой, потому что не понимала этого возбуждения, кроме того, что становится жарко.

— У меня не было опыта, чтобы сказать наверняка, Хейз. Лишь…

— Не смей вспоминать, поняла? — подруга оказалась рядом, — Того дня нет, ты с Грегори все разобрали и договорились, что не будете зацикливаться на этом. Энниса Уокер начала новую жизнь.

Я ничего не ответила, а просто села на кресло около столика с большим зеркалом и посмотрела на себя. Действительно, отражение показывало не ту Энни, которая была буквально два месяца назад. Зашуганная от страха и постоянных панических атак, словно в любой момент может появиться отец и заберет её.

За эти два месяца, мне помогли совсем незнакомые люди, которые посчитали меня нужной им. Если бы не Хейз и Грегори, чтобы я делала? Что было бы со мной, если в моей и так непростой жизни не появился Даннис. Единственный, кто смог помочь мне при истерике, а потом не испугавшись меня, поцеловать.

Я на протяжении сорока восьми