Моя милая ужасная невеста - Марина Ефиминюк

— Эмбер, встретимся в столовой, — подхватывая свои вещи, бросила я подруге и припустила следом за Айком.

Коридор, как всегда, быстро заполнялся студентами, и Вэллар терялся за чужими спинами, словно специально пытался спрятаться. Добраться до него не удалось. Ловким прискоком староста группы перерезал дорогу и зачастил рядом.

— Варлок, скажи, куда ты отправила Стоуна? — взмолился он. — На лекции его не было. Приходится таскать его вещи.

Справедливо говоря, он действительно тащил две заплечные сумки. Первая болталась на одном плече, вторая на другом.

— Он в общежитии, — уверенно ответила я, стараясь не выпускать из поля зрения Айка.

— Нет его там.

— Тогда отлетел на кладбище к четвертому ректору, — предположила я.

Уверена, что после моего триумфального появления во время утреннего кофе ныне действующий ректор намертво замуровал ведьмовской круг и, возможно, успел сменить ковер.

— В каком смысле? — опешил староста.

— В прямом.

— Считаешь, он того… — он зачем-то показал пальцем в сводчатый полок, — не пережил?!

— Не поняла. — Я действительно остановилась и посмотрела на однокурсника, как на полоумного.

— Надо звать некромантов? — шепотом уточнил тот.

— Староста, почему ты у меня спрашиваешь, нужны Стоуну некроманты или не нужны? — вызверилась я. — Спроси у самого Стоуна. Он лучше знает. Передавай ему привет, когда найдешь.

Я махнула рукой и припустила за ускользающим Вэлларом. Тот, как назло, не сбавлял шаг, словно куда-то смертельно опаздывал и не хотел, чтобы его задержали.

— Айк, подожди! — все-таки позвала его, хотя всегда считала глупым окликать человека в толпе.

Думала, что из принципа не остановится, но Айк действительно притормозил и обернулся. Его острым взглядом можно крошить лед или протыкать насквозь двуликих чародеек.

— Что ты хотела, Марта? — с прохладцей в голосе спросил он.

— Может, все-таки поговорим? — стараясь не допускать раздраженных интонацией, предложила я.

— Ладно, давай поговорим. — Айк направился к первому попавшемуся свободному кабинету, на притолоке которого не светилось никаких надписей, и толкнул дверь. — Заходи, Марта.

Пустые классы и лектории всегда вызывали во мне странное чувство. Они словно существовали в параллельном пространстве. В них останавливалось время, и поселялась гулкая тишина. Чистые парты, исписанная доска — все замерло в настороженном ожидании.

— Полагаю, я должна объяснить, что произошло перед лекцией, — начала я, и мои слова эхом разнеслись по кабинету.

— Ты сейчас скажешь, что это не то, о чем я подумал?

— О, нет! Это как раз то, о чем ты подумал! — пылко подтвердила я.

— Что у вас с Торстеном все взаправду, а я задеваю рогами притолоку?

За каким-то демоном я посмотрела на его макушку, словно светловолосую голову с идеальной стрижкой действительно венчали закрученные спиралью демонические рога.

— А ты разве не подумал, что Торстен — придурок? — осторожно уточнила я.

— Нет, демоны дери! Вы на редкость убедительно изображаете любовь! Сразу и не поймешь, что она фальшивая.

— Мы правда не стараемся! — отказалась от любых притязаний на достоверность. — Кто знал, что он притащит на лекцию веник?

— Марта, — перебил Вэллар холодным голосом, — давай возьмем паузу.

Показалось, что я ослышалась. В животе вдруг завязался такой крепкий узел, что во рту появилась горечь.

— Говоря о паузе, ты ведь имеешь в виду не паузу в разговоре, так? — проговорила я. — Ты хочешь расстаться?

Айк нервно почесал бровь.

— Никто не говорит о расставании, Марта! — резковато опроверг он. — Взять паузу — не значит… совсем разойтись.

— Серьезно? — У меня вырвался издевательский смешок. — Тогда объясни мне. Я думала, что мы встречаемся, а не сидим над учебниками и тебе вдруг захотелось передохнуть.

Надо отдать Айку должное, он не избегал прямого взгляда. В смысле, не сразу отвел глаза. Порывистым движением провел рукой по волосам, испортив укладку.

— Ты мне нравишься, Марта, но не нравится, что ты сейчас делаешь. А еще меньше нравится, что делает он!

— Да кому в принципе может нравиться, что творит Закари Торстен? — удивилась я. — За выходные мы друг друга едва не прокляли! Странно к нему ревновать.

— Я не ревную, Марта… — Айк поморщился, видимо, стараясь держать себя в руках, но не сдюжил и сорвался: — Нет, демонски ревную! Я предложил помириться и рассчитывал, что ты примешь правильное решение!

— Давай с этого момента подробнее. — Даже понимая, что следует сдерживаться, я начала закипать. — И какое решение для тебя правильное, Айк?

— Покончить с вашим абсурдным спектаклем!

— Разве я не говорила, что мы с ним скоро покончим?

— Насколько скоро? Обозначь точную дату, когда я стану вторым любимым парнем! — рявкнул он. — Не понимаю, почему ты не думаешь о моей гордости, Марта?

Я почувствовала, как начинаю меняться в лице.

— О твоей гордости? — переспросила на тот случай, если он в сердцах оговорился. — Ты серьезно?

— Похоже, что я шучу?

— Ты не рос клане и, видимо, плохо представляешь порядки, Айк! — воскликнула я. — Если верховный что-то решает, то все подчиняются. Или отрекаются. Так было, есть и так будет всегда! Некоторые вещи не меняются со временем. Наши с Торстеном отцы помирились и надумали породниться. Какой из вариантов мне следовало выбрать, чтобы не задеть твою гордость?

Внезапно я поймала себя на том, что тяжело дышу, словно не говорила, яростно и торопливо, а бежала галопом, не чуя под собой ног. На скулах Айка горели алые пятна. Губы сжались в тонкую линию. И казалось, перед ним выросла прозрачная, но непроницаемая стена — не достучаться.

— Да брось, Марта. — Вэллар кривовато усмехнулся. — Ты действительно не замечаешь, что он наслаждается этой ситуацией? Я видел, как Торстен на тебя сегодня смотрел.

— Как?

— Как на девушку.

— А должен смотреть, как на выкопанное умертвие? — огрызнулась я.

— Как на свою девушку, Марта!

Кому-то из нас следовало остановиться первым и уйти. Из кабинета вышла я. Вышагивала по пустому длинному коридору, тоже увязшему во времени в ожидании шумной толпы студентов, а в голове, подхватывая ритм шагов, как детская считалочка, позвякивало слово «пауза».

Встречаться мы с Айком начали своеобразно. Он нарочно не закрылся от