Мамба, Бентли и любовь - Алиса Северова

Польщенно улыбнувшись, я призывно качнула бедром и поманила его пальцем. Дима с тихим рыком шагнул вперед, заключая в объятия, вжимаясь всем телом. Вела постанывая от острого наслаждения, запрокинула голову, подставляя шею для влажных обжигающих поцелуев.

Дальнейшее помнилось урывками, будто в сладком мареве. Жаркие объятия, сбивчивый шепот, частое дыхание, сплетенные руки и ноги, блаженная нега, растекающаяся по венам. Алое кружево на смятых простынях, солоноватый привкус страсти на губах, теряющиеся в подступающем экстазе стоны, гортанный шепот на пике: "Моя!". А потом — звенящая пустота в голове и абсолютное, всепоглощающее чувство единения.

Мы долго лежали молча, остывая и приходя в себя. Дима бережно гладил меня по волосам, рассеянно целовал куда придется, шептал ласковые нежные слова. А я млела от ощущения бесконечного счастья и покоя, от осознания своей безграничной желанности и необходимости любимому человеку. Казалось, я всю жизнь шла к этому мигу — абсолютной близости и родства душ.

— Ты — мое сокровище, — тихо проговорил Дима, приподнимаясь на локте и заглядывая мне в глаза. — То, о чем я всегда мечтал и на что уже почти не надеялся. Ты нужна мне как воздух.

Сглотнув подступивший к горлу комок, я погладила его по колючей щеке и прижалась лбом к его лбу:

— И ты — моя половинка. Дар свыше. Я точно знаю — мое место рядом с тобой. Ты — мой дом, моя гавань.

Мы еще долго лежали, сплетясь руками и ногами, неспешно целуясь и шепча друг другу слова любви. Постепенно восторженно-страстное настроение сменилось умиротворением и сонливостью. Но даже засыпая, крепко прижатая к надежной мужской груди, я четко понимала — этот день, эта ночь навсегда останутся в моей памяти как самое счастливое и безупречное время.

Утро встретило нас ласковым солнцем и плеском волн за распахнутым окном. Мы лениво потянулись, переглянулись и одновременно счастливо рассмеялись — просто от переполнявшей сердце любви и радости. Не сговариваясь, потянулись друг к другу, сливаясь в неспешном чувственном поцелуе.

— Ты невероятная, — пробормотал Дима, прижимаясь губами к моему виску. — Спасибо тебе за эту ночь. За то, что ты есть в моей жизни.

— И тебе, — так же тихо ответила я, ласково проводя ладонью по его обнаженному плечу. — Ты подарил мне ощущение абсолютного счастья и покоя. Теперь я точно знаю — нам суждено быть вместе.

Какое-то время мы просто молча лежали, обнявшись и слушая мерное дыхание друг друга. А потом, не сговариваясь, поднялись и пошли в душ — смывать сладкую истому и готовиться к новому дню.

А алый кружевной комплект так и остался лежать на полу — безмолвным свидетелем нашей трепетной чувственной близости и символом пылкой неудержимой страсти. Страсти, которая однажды вспыхнула и теперь уже не погаснет никогда.

33

Проснувшись в объятиях Димы, я сладко потянулась и зарылась носом в его шею, вдыхая такой родной, любимый запах. Он еще дремал, умиротворенно посапывая, а я лежала и любовалась четким профилем, трогательными ресницами, трепещущими во сне губами. До чего же хорош! Богиня любви, должно быть, лепила этого мужчину собственноручно — идеальные пропорции, точеные черты, хищная грация движений даже в расслабленном состоянии.

Словно почувствовав мой взгляд, Дима глубоко вздохнул и медленно открыл глаза, тут же расплываясь в нежной улыбке:

— Доброе утро, красавица. Давно не спишь? Любуешься моей неотразимостью?

— Вот еще! — фыркнула я, шутливо толкая его в плечо. — Просто размышляла о превратностях судьбы. Как меня вообще угораздило связаться с таким нахалом?

Дима расхохотался, в одно движение опрокидывая меня на спину и прижимая к постели своим весом:

— Это называется, любовь зла — полюбишь и козла. Ничего, у этого конкретного козла припасено для тебя немало сюрпризов. Начнем с завтрака?

С этими словами он чмокнул меня в нос и, поднявшись, натянул джинсы. Уже в дверях обернулся и добавил:

— Никуда не уходи. Я мигом.

Я лишь тихонько засмеялась. Можно подумать, я сбегу от него в чем мать родила! Хотя в чем-чем, а в неотразимости и умении удивлять моему мужчине не откажешь.

Вернулся Дима через пару минут, неся поднос с ароматным кофе, свежими круассанами и целой вазой спелой клубники. А еще маленькую бархатную коробочку, при виде которой у меня екнуло сердце.

Поставив поднос на кровать, Дима галантно опустился на одно колено и протянул мне футляр:

— Для моей королевы — с любовью и восхищением. Прошу.

Затаив дыхание, я открыла крышку и ахнула. На черном бархате лежал роскошный золотой браслет, украшенный затейливой гравировкой и россыпью сверкающих камней. Дрожащими от волнения пальцами я вытащила украшение — на внутренней стороне было выгравировано наше с Димой имя и дата нашей первой встречи.

— Господи… Дима, он прекрасен… — выдохнула я, во все глаза разглядывая подарок. — Спасибо тебе огромное! Это так трогательно и романтично…

— Это меньшее, что ты заслуживаешь, солнышко, — улыбнулся Дима, застегивая браслет на моем запястье. — Я хочу, чтобы ты помнила — ты самое дорогое, что у меня есть. И я каждый день благодарю бога за то, что ты появилась в моей жизни.

Растроганная до слез, я порывисто обняла его за шею, осыпая лицо поцелуями. Завтрак был временно забыт — хотелось лишь прижиматься к этому невероятному мужчине, чувствовать его всем телом, всей душой, до кончиков пальцев.

Впрочем, одними обнимашками дело не ограничилось. Наскоро перекусив и приведя себя в порядок, мы отправились навстречу новому дню, полному приключений и впечатлений.

Для начала Дима повез меня на морскую прогулку на роскошной белоснежной яхте. Сидя на носу и прижимаясь к его твердой спине, я вдыхала соленый ветер, любовалась сверкающей водной гладью, ловила брызги и визжала от восторга, когда совсем близко выпрыгивали игривые дельфины. Жизнь была прекрасна и удивительна!

Вдоволь накатавшись, мы вернулись на берег и взяли напрокат лошадей, чтобы совершить конную прогулку по живописным горным тропам. Взбираясь все выше, упиваясь чистейшим воздухом и волшебными пейзажами, я чувствовала себя героиней сказки. Хотелось петь, танцевать, кричать от переполняющего счастья!

Спустившись с гор и сдав лошадей, мы не спеша побрели по извилистым улочкам старого города, разглядывая витрины сувенирных лавок и лотки со всякой всячиной. И надо же было такому случиться — в одной из лавчонок на самом видном месте красовались игривые пушистые наручники ярко-алого цвета!

Дима, оценив мой заинтересованный взгляд, подмигнул и кивнул на товар:

— Нравится? Давай купим. Добавим перчинки в наши любовные игрища, а?

— Иди ты! — захохотала я,