Согретая льдами - Лидия Вьюжная

— Обращайся, у меня много интересного в запасе, — улыбнулась ей. Все-таки она еще ребенок, хоть у нас и разница всего два года. Адель бы заботливую маму или старшую сестру, которая поможет на пути становления девушкой, а не отца-тирана.

— Пока я буду одеваться, могу слушать, что от меня требуется, — уже серьезно сказала она, показывая, что это для нее важно. Ох, Адель, как же я надеюсь, что это не очередная игра, а истинные чувства.

— Мне нужно, чтобы мы выявили максимальное количество шпионов твоего отца. Какой-то иномирянке доверять не будут, но вот дочери Арафея — вполне могут. Ты должна попытаться проникнуть в этот тайный круг заговорщиков. Думаю, не стоит напоминать, что знать о наших делах должны только мы. Даже слугам доверять нельзя.

— Это я понимаю, — утвердительно кивнула она.

— И еще, чтобы ты вдруг не передумала в ходе дела. Можешь быть уверена, что тебе найдется место в королевстве, а не на плахе. В этом я даю тебе слово.

— Как мне узнать кто шпион и проникнуть к ним?

— Здесь многое зависит от удачи. Я не знаю, как часто предатели сообщают информацию о происходящем во дворце. Нужно, чтобы ты, такими же методами, как добивалась расположения Его Величества, добилась расположения шпионов.

— Но их ведь нужно выявить? — с сомнением посмотрела она. Кажется, она решила, что я слегка с ума сошла и теряюсь в своих же рассуждениях.

— Двоих я видела и знаю в лицо. Возможно, по моему описанию ты поймешь кто это. Как понимаю, во дворце ты давно и уже успела познакомиться с людьми.

— В большей степени.

— Я слышала разговор двух мужчин. Один средних лет, другой чуть младше. Оба гладковыбритые. У того, что младше, волосы были заплетены в хвост и доходили до плеч, у более взрослого прическа короче, но очень сильно приглажена.

— Этого слишком мало. Во что они были одеты?

— Один был полностью в странной блестящей одежде, только половина рукава черная. Это тот, что прилизанный. Второй, с хвостиком, половина на половину, — начала припоминать я.

— Смотри. Блестящая одежда, как ты ее назвала, считается военной и определяет положение и статус. Те, что полностью блестящие — это короли. Максимально приближенные, то есть советники, имеют половину темного рукава, как тот «прилизанный». Они относятся ко второму рангу населения. Затем, более низшую ступень занимают входящие в военный совет, чаще командиры отрядов. У таких полностью черные рукава. Они уже являются третьим рангом. И самые последние, такие как с хвостиком, — военные. Это уже непосредственно солдат, подчиняющийся остальным рангам.

— Значит, я видела солдата и советника? — задумчиво протянула я, стараясь запомнить новую информацию о статусах во дворце.

— Все верно. Теперь круг стал более узким. С солдатом будет сложно, меня не пустят на тренировочные поля, а под описание подойдет чуть ли не каждый второй. Но вот с советником мы определились, я его знаю — это Квит.

— Солдата беру на себя, а вот с советником придется разобраться тебе. Задача — вытянуть всю возможную информацию и подслушать максимальное количество разговоров. Подмечай любую деталь. Собираться будем раз в три дня, в критических ситуациях чаще.

— С советником то понятно, а как ты к солдатам попадешь? — выгнув бровь, посмотрела на меня Адель.

— Есть у меня подозрения по поводу Гейна. Как все вернутся из поездки, я попрошу, чтобы меня научили защищаться и владеть мечом. А там смогу и с солдатами познакомиться, — подмигнула девушке.

— Хороший план. Ты мастер дворцовых интриг у себя в мире?

— Я жила в простом деревянном домике с мамой. А вокруг только такие же, как я, простые люди. Никаких интриг, заговоров, предательств. Для меня такие страсти впервые и не скажу, что мне нравится.

— Тогда откуда такие планы и как ты догадалась, что что-то затевается?

— Слишком много увидела, слишком много услышала и не оставила без внимания. Затем было время поскладывать детали, которые вызвали у меня беспокойство, — развела руками.

— Надеюсь, что за время нашей работы, я научусь также, — улыбнулась Адель.

— Ты лучше не забывай об осторожности. И еще, если этот Квит полезет к тебе с интимными намеками, бросай все и уходи. Запомни, что девичья честь важнее любой интриги и любого дела, — нравоучительно наставила девушку.

— Снежа, прошу, принеси мне информацию, что Гейн невиновен, — умоляюще посмотрела она.

— Тебе нравится Гейн? — удивилась я. Внешне он, конечно, не урод, но что же там в его душе — большой вопрос. Иномирянок он открыто недолюбливает. Что же до его соплеменниц, узнать еще не успела.

Адель смутилась и щеки залились красным цветом. Девушке стало очень неловко от того, что она проговорилась о своих чувствах. Кто бы мог подумать! Драмы среди местных хоть ведрами черпай. Добиваться короля вопреки истинным чувствам, тем самым день за днем убивая возможность сблизиться с объектом обожания.

— Да, нравится. Только он теперь вряд ли посмотрит на меня.

— Почему?

— Я слишком навязчиво пыталась упасть в объятия к Его Величеству в присутствии Гейна, — в глазах девушки встали слезы.

Какая же у нее тяжелая жизнь. Помимо трагедии в семье и наставлений отца, она еще и упускает шанс быть рядом с любимым человеком. Моя доброта меня погубит, но я постараюсь помочь девушке.

— Я все тебе расскажу, что узнаю на тренировочной площадке, — заверила девушку. — Только это может затянуться на приличное время.

— Спасибо огромное за помощь! Я готова ждать.

— Потом будут все благодарности, поторопись. Сегодня стоит попытаться столкнуться с советником, чтобы мы знали каковы шансы выудить информацию.

Пока Адель одевалась, я сидела и гладила Пушка. Кажется, с каждым днем я все глубже и глубже погружаюсь в интриги. Главное, что меня не воспринимают угрозой. Разве чужачка может помешать планам и раскрыть заговор? Придется разочаровать этот змеиный клубок.

— Я готова, — девушка выдернула меня из мыслей.

— Ты чудесно постаралась, — похвалила ее. На девушке было милое платье нежно-розового цвета с интригующим декольте, куда интригующе проваливался кулон. — Выходим по одной. Сначала выхожу я и предупреждаю, что позже ты пойдешь ко мне. Охрана должна будет пропустить. Если откажутся, угрожай им бешенным ригуном.

Пушок оскалился и ударил меня по ноге своим массивным хвостом. Ему явно не понравились мои слова. А у нас оказывается тонкая натура, к тому же ранимая.