Цель мафии - Мила Финелли

Я удивленно вскинул брови. Он сказал это так спокойно, так буднично. Как будто рассказал об обычном рабочем дне. Я совершал ужасные поступки ради отца, ради нашего братства, но всегда знал, почему.

— И это тебя не беспокоит? Не знать почему?

— Если они говорят мне почему, тогда я начинаю рассуждать, заслуживает ли человек смерти или нет. Это не моя работа.

Я ненадолго оторвал взгляд от ризотто, и посмотрел на него.

— Значит, ты не хочешь знать, почему тебя наняли убить меня?

— Почему ты думаешь, что я не знаю?

Деревянная ложка выпала из руки и упала в ризотто.

— И ты знаешь почему?

Он медленно отпивал из бокала. Затем осторожно поставил бокал с вином на остров.

— Давай не будем об этом говорить.

К черту ризотто. Я выключил конфорку и уперевшись руками на остров, встретил его взгляд

— Алессио, нам нужно поговорить о том, как это будет работать.

— Что ты имеешь в виду?

— Не прикидывайся дурачком. Ты знаешь, что я имею в виду сейчас, мы трахаемся.

— Может объявим временное перемирие? — Алессио постукивал кончиками пальцев по острову, задумчиво глядя на меня.

— Надолго?

— На месяц.

Он ответил быстро, как будто уже обдумывал. Месяц с ним казался привлекательным после моих сегодняшних фантастических оргазмов. Но это был долгий срок с человеком, нанятым, чтобы убить меня.

— Почему месяц?

— Не думаю, что мне хватит недели или даже две недели для тех развратных вещей, что я хочу с тобой сделать.

Моему члену очень понравилась эта причина.

— А что будет по истечению месяца?

— Я дам тебе фору, а затем приду за тобой, и выполню свое задание.

— Dai,(Да ладно.) Алессио. Ты ожидаешь, что я и дальше буду трахаться с тобой, зная, что меня ждет именно такой исход?

— Можешь попытаться скрыться там, где я не смогу тебя найти или ты можешь попытаться убить меня, — он безразлично пожал плечами.

— Ты серьезно веришь, что любой из этих вариантов возможен?

— Нет.

Dio santo, ну что за человек?

— Я соглашусь при одном условии.

— О, мы ведем переговоры? — Алессио откинулся на спинку и сложил руки на груди. На его лице появилась раздражающая ухмылка. — Давай послушаем, чего, по-твоему, стоит месяц секса со мной, и прекращай этот цирк, выкладывай все без утайки.

Я знал, что он и не подумает об этом.

— Помоги мне выяснить, кто подложил бомбу в машину.

Алессио сидел совершенно неподвижно, как статуя, обдумывая мою просьбу.

— А что, если я не смогу тебе помочь?

— Я думал, ты можешь найти кого угодно.

— Нет, я всегда могу найти тебя.

Я вернулся к плите и снова зажег конфорку. Ризотто, вероятно, можно было спасти.

— Ты же сказал, что не знаешь, кто виноват.

— Нет, я говорил, что прошло четыре года, и если твой отец считает, что виновный мертв, то я склонен в это поверить.

— Я не готов поставить на кон свою жизнь. Я буду спать спокойнее, когда узнаю, кто это сделал.

— Ты думаешь, твой отец так легкомысленно рискует твоей жизнью?

— Нет, конечно, нет, — я передернул плечами. — Он хочет, чтобы я вернулся в Сидерно, поэтому думаю, что ему все равно, мертв виновный или нет.

— Ну, тогда возвращайся в Сидерно. Пусть твой отец поможет тебе найти этих людей.

— Я не буду подвергать свою семью опасности.

— Джулио, твой отец — источник опасности. Деньги, империя. Не ты, — со смехом ответил Алессио.

Ну вот опять, вся та же песня. Алессио считал, что бомбу подложил какой-то мелкий подручный моего отца в качестве возмездия. Я больше склонялся к тому, что это было сделано лично против меня.

Но теперь это уже не важно. Эти ублюдки убили Паоло, и я заставлю их заплатить.

— Если бы кто-то убил твою Нонну, — тихо спросил я Алессио, — ты бы пустил это на самотек? Ты поверил бы на слово, что они мертвы, тебе было бы все равно, кто ее убил?

— Нет, не спустил бы. — он тяжело вздохнул. — Я бы выследил их и заживо содрал с них шкуру.

Я ткнул пальцем свободной руки.

— Теперь ты понимаешь. Паоло был хорошим человеком, я любил его. Хотел провести с ним всю жизнь, а его разнесло на куски у меня на глазах. И теперь я не могу остановиться, пока виновные не пострадают.

Алессио поджал губы и сделал еще один глоток вина. Я сосредоточился на ризотто. Я надеялся, что Алессио скажет «да». Благодаря его работе у него имелись ресурсы, которых не было у меня. И, возможно, он заметит что-то новое, если изучит собранную мной информацию о взрыве.

Я верил, что он согласится помочь.

— Хорошо, — сказал он, как-то не очень уверенно. — Я постараюсь помочь в обмен на четыре недели, — оставалось верить, что это может помочь.

В сковороду я добавил масло, чтобы довести ризотто до готовности.

— Хорошо. Тогда я воздержусь от добавления яда в твое блюдо. — Обернувшись через плечо, я добавил: — По крайней мере, сегодня.

— Мне нужно позвонить Саше, — со вздохом сказал Алессио.

— Кто такая Саша?

— Моя помощница.

— А я-то думал, что ты работаешь один. Я разочарован. Словно приоткрыли занавес в «Волшебнике страны Оз».

На его лице отразилось замешательство.

— Cosa?(Что?)

— «Волшебник страны Оз». Ты что, не видел его?

— Когда я был мальчишкой, может быть. Какое отношение имеет занавес к моей помощнице?

— Никакого. Ты иногда бываешь настоящим лучиком солнца, да? — я достал тарелки из буфета.

Внезапно мою ягодицу пронзила боль, вместе с тем раздался громкий хлопок. Я едва не выронил миски из рук. Он ударил меня по заднице? Я даже не слышал, как он подошел ко мне сзади.

— Ma che cazzo! (Черт возьми!)

Алессио с ухмылочкой на губах поцеловал меня в лоб.

— Это тебе за лучик солнца. — Затем он вышел из кухни.

Глава 12

Алессио

Месяц. Он будет моим целых четыре недели. Я могу трахать и целовать его, когда захочу. Даже не верилось, слишком хорошо, чтобы быть правдой.

Сердце наполнилось таким счастьем,