Пятая гора - Пауло Коэльо

Когда город с его дымом и пылью остался позади, Илия увидел,как луна освещает все вокруг. Несколько часов назад, когда он пытался уйти изгорода в Иерусалим, он без труда отыскал дорогу. Та же луна благоприятствовалаассирийцам.

Мальчик споткнулся о чье-то тело и вскрикнул. Это оказалсяжрец. У него были отрублены руки и ноги, но он еще не умер. Его глаза неотрывносмотрели на вершину Пятой Горы. — Как видишь, финикийские боги победили внебесной битве, — заговорил он с трудом, но спокойно. Изо рта у него теклакровь.

— Позволь мне прекратить твои страдания, — ответилИлия.

— Боль — это ничто по сравнению с радостью от того, чтоя выполнил свой долг.

— Ты считал своим долгом превратить в руины прекрасныйгород?

— Город не погибнет, погибнут только его жители и ихмысли. Когда-нибудь в Акбар придут другие люди, они будут пить воду из егоколодцев, новые жрецы станут бережно охранять и шлифовать камень, поставленныйоснователем города. Уходи. Моя боль скоро прекратится, а твое отчаяниеостанется с тобой до конца жизни.

Жрец едва дышал, и Илия оставил его. В тот же миг егоокружила толпа людей.

— Это все ты! — кричали они. — Ты опозорилсвою родину и навлек проклятье на наш город!

— Пусть боги видят это! Пусть они знают, кто виноват!Мужчины толкали и трясли его за плечи. Мальчик вырвался из его рук и убежал.Илию избивали, но все его мысли были лишь о мальчике. Он не смог остановитьего. Били его недолго. Похоже, все уже устали от насилия.

Илия упал на землю.

— Уходи прочь! — сказал кто-то. — Ты отплатилненавистью за наше гостеприимство! Они ушли. У него не было сил подняться.Когда Илия пришел в себя, он почувствовал себя другим человеком. Он не хотел ниумирать, ни жить дальше. Он ничего не хотел: в нем не осталось ни любви, ниненависти, ни веры.

Он проснулся оттого, что кто-то дотронулся до его лица.Стояла ночь, но луны на небе уже не было. — Я обещал матери, что будузаботиться о тебе, — сказал мальчик. — Но я не знаю, чтоделать. — Возвращайся в город. Люди добры, кто-нибудь приютит тебя.

— Ты ранен, и я должен тебя вылечить. Может быть,появится ангел и скажет мне, что делать. — Ты совсем не понимаешь, чтотворится! — крикнул Илия. — Ангелы больше не вернутся, ведь мыобычные люди, а все люди беспомощны перед лицом страданий. Обычным людямприходится уповать только на себя!

Он глубоко вздохнул и попытался успокоиться. Спорить неимело смысла.

— Как ты сюда добрался?

— Я и не уходил.

— Значит, ты видел мой позор. Теперь ты знаешь, что вАкбаре мне делать нечего.

— Ты сказал мне, что любые сражения нужны, даже те,которые мы проигрываем.

Илия вспомнил, как вчера утром они шли к колодцу. С тех пор,казалось, прошли годы. Ему захотелось сказать мальчику, что слова ничего незначат, когда с тобой случается несчастье, но решил не огорчать его. — Какже тебе удалось спастись от пожара? Мальчик опустил голову.

— Я не спал в ту ночь. Я решил не спать, чтобы посмотреть,придешь ли ты к маме в комнату. Я видел, как в город вошли первые воины.

Илия поднялся и куда-то пошел. Он хотел найти камень уподножия Пятой Горы, где однажды вечером вместе с вдовой смотрел на заходящеесолнце.

"Я не должен туда идти, — думал он. — Мнестанет еще тяжелее».

Но какая-то сила влекла его туда. Дойдя до подножия ПятойГоры, он горько заплакал. Как и тот камень, который был символом города, этотбыл для него символом места, которое так много для него значило. Как длябудущих жителей города тот камень больше не будет предметом гордости, так и кэтому не прикоснутся с благоговением молодые пары, познающие смысл любви.

Он обнял ребенка и заснул.

— Хочу есть и пить, — сказал мальчик, проснувшись— Мы можем пойти в дом к пастухам. Они живут недалеко отсюда. С ними ничего недолжно было случиться, ведь они не из Акбара.

— Нам нужно возрождать город. Мама сказала, что она —Акбар.

Какой город? Не было больше ни дворца, ни рынка, ни стен.Честные люди превратились в грабителей, молодые воины были убиты. Ангелы большене вернутся, но это меньше всего волновало Илию.

— Ты считаешь, что в разрушениях, в боли и смерти былкакой-то смысл? Ты считаешь, что, уничтожив тысячи жизней, человека можночему-то научить?

Мальчик в недоумении смотрел на него.

— Забудь то, что я сейчас сказал, — спохватилсяИлия. — Пойдем искать пастуха. — И возрождать город, —настойчиво повторил ребенок.

Илия не ответил. Он знал, что больше не сможет влиять налюдей, обвинявших его в том, что он принес несчастье. Наместник бежал,военачальник убит, Тир и Сидон скоро падут под иноземным натиском. Наверное,вдова была права: боги приходили и уходили, и на этот раз ушел Господь. —Когда мы вернемся в Акбар? — снова спросил мальчик.

Илия схватил его за плечи и стал с силой трясти. —Посмотри назад! Ты не слепой ангел, а мальчишка, который собирался следить засвоей матерью. Что ты видишь? Ты заметил столбы дыма, что поднимаются к небу?Ты знаешь, что это означает?

— Мне больно! Я хочу уйти отсюда, уйти! Илияостановился, испугавшись себя. Никогда еще с ним не случалось такого. Мальчиквырвался и бросился бежать в сторону города. Илия догнал его и упал перед нимна колени. — Прости меня. Я не соображаю, что делаю. Мальчик всхлипывал,но по его лицу не скатилась ни одна слезинка. Илия сел рядом с ним, дожидаясь,пока тот успокоится.

— Не уходи, — попросил Илия. — Когда умиралатвоя мать, я пообещал ей, что останусь с тобой до тех пор, пока ты не сможешьидти своим путем. — Ты сказал ей и то, что город цел и невредим. И онасказала… — Не нужно повторять. Я растерян и подавлен чувством своей вины. Даймне обрести самого себя. Прости меня, я не хотел сделать тебе больно.

Мальчик обнял его. Но не проронил ни слезинки.

Они подошли к дому посреди долины. В дверях стояла женщина,рядом с ней играли двое маленьких детей. Стадо овец было в загоне. Этоозначало, что в то утро пастух не ушел в горы.

Женщина со страхом смотрела на мужчину и мальчика, идущих ейнавстречу. Ей хотелось поскорее прогнать их, но обычай и боги требовали, чтобыона исполнила закон гостеприимства. Если она не приютит их сейчас, на долю еедетей могут выпасть такие же лишения. — Денег у меня нет, — сказалаона. — Но я могу накормить и напоить вас.