Спасти заколдованного короля - Анна Жнец

Глядя друг другу в глаза, мы медленно топтались на месте в лучах золотистого света, лившегося из окна библиотеки.

Глава 31

— Это место очень опасно, — говорила девица в зеленом платье, наблюдая за лихорадочными сборами своей подруги. Та складывала в наплечную сумку вещи, которые намеревалась взять с собой в Розовый лес: флягу с водой, сырную лепешку для перекуса, нож из кухни на случай, если понадобится защититься от угрозы. — Как ты надеешься вернуться оттуда, откуда никто не возвращается?

— Не волнуйся, Маргарет, — повернулась к ней сеньорита Грация Войс. Ее грудь, обтянутая тканью желтого платья, тяжело вздымалась от дыхания. — Я все продумала.

Из складок пышной юбки она извлекла на свет стеклянный пузырек с порошком малинового цвета.

— Я покрашу волосы и стану похожа на одну из местных фейри. Все знают, какие они могущественные. Фею Розового леса не посмеет тронуть ни одна нечисть.

* * *

— Ты готов? — спросила я Саилрима, когда призрачная музыка, доносящаяся со второго этажа, стихла и солнечный свет за окном померк. — Теперь ты расскажешь, что тебя терзает?

Мой партнер по танцу вздохнул и, как галантный кавалер, подвел меня за руку к креслу, где я смогла бы с комфортом выслушать его исповедь. Сам он опустился в соседнее и нервно стиснул деревянные подлокотники.

Лицо Саилрима застыло маской, взгляд остекленел. Эльф будто смотрел вглубь себя, мыслями обращаясь к своему нелегкому прошлому. Его голос, когда он заговорил, звучал глухо и безжизненно.

— В тот день я взял с собой отряд и тоже отправился в Розовый лес за Поцелуем феи. Если хочешь использовать цветок для себя или для кого-то из своих близких, то должен сорвать его сам. Мы были на полпути к поляне, где растут эти волшебные целебные цветы, когда из леса навстречу нам выбежала девушка с малиновыми волосами до талии. Она была растрепана, бледна от страха, тяжело дышала и выглядела так, будто за ней кто-то гонится. Заметив наш отряд, девица подбежала к моей лошади и вцепилась в мою ногу. Помню, ее пальцы дрожали. Да что там — она тряслась вся, всем телом, словно в лихорадке. Когда говорила, зуб на зуб не попадал. Глаза огромные, на пол-лица, на лбу крупные капли пота.

Саилрим не смотрел в мою сторону. Его застывший взгляд был устремлен вниз и немного вбок. Мой собеседник словно пытался отгородиться от меня и от своей истории, поэтому рассказывал ее бесцветным механическим тоном робота.

— Она плакала и молила о помощи. Повторяла и повторяла: «Зверь, там зверь, хищная кошка с гигантскими зубами» — и оглядывалась на темные деревья за своей спиной. А я смотрел на нее и думал: «Как смеет эта человеческая девка просить о защите меня, эльфа?! После того, что ее народ сотворил с моим народом!»

— И что ты сделал? — я затаила дыхание.

Пальцы Саилрима крепче сжали подлокотники кресла.

— Отогнал ее от своей лошади и велел проваливать. Мой отряд продолжил путь. Она бежала за нами, что-то кричала вслед, но я ни разу не обернулся. Мы бросили твою мать одну в опасности.

— Что было дальше? — от откровений Саилрима горло сдавило спазмом, и я поняла, что могу говорить лишь шепотом. — Ты больше ее не видел?

Саилрим заерзал на сидении.

— Видел. На обратной дороге, когда мы набрали волшебных цветов и возвращались с поляны в замок.

Повисла гнетущая тишина. Под ложечкой засосало от дурного предчувствия. В глубине души я знала, что услышу.

Собравшись с духом, Саилрим продолжил.

— Она сидела на земле. Там, где мы ее оставили. Платье на ней было разорвано в клочья, вся грудь наружу, а на ногах… — Он страдальчески зажмурился. — По внутренней стороне ее голых бедер текла кровь.

Я замерла в кресле, переваривая его слова. Мне не надо было объяснять, что случилось в лесу, когда отряд эльфов ушел и молодая красивая Грация Войс осталась наедине со своим преследователем.

«Хищная кошка с гигантскими зубами…»

Сегодня я получила ответы сразу на несколько вопросов.

Стало понятно, почему мать так ненавидела Лиену и кто передал бывшей хозяйке моего тела звериный ген. Каждому жителю Аликанса известно, что в Розовом лесу обитает нечисть. Не только красноволосые фейри, но и оборотни всех мастей, в том числе огромные хищные кошки с острыми зубами — пантеры.

Грация Войс шла за цветком, чтобы спасти сестру от смерти, а вместо этого…

Саилрим молчал и только морщился как от боли, опустив веки.

—Ты не мог знать, что все так обернется, — сказала я, потому что тишина давила на уши и мой собеседник выглядел готовым сожрать себя изнутри.

— Нет, я знал, — простонал Саилрим. — Знал. Видел темный силуэт за деревьями, на которые она оглядывалась. Но на меня будто нашло затмение. Застарелая ненависть помутила рассудок.

Он посмотрел на меня осторожно, с опаской, словно боялся разглядеть на моем лице то, что его убьет.

— И чем теперь я лучше людей, которых презираю?

В порыве чувств Саилрим повысил голос, и его вопрос эхом отозвался в разных уголках обширной библиотеки. Почти сразу он устыдился своей несдержанности и сгорбился в кресле, будто пытаясь стать незаметным.

— Что было потом? — спросила я, видя, как горит и корчится в агонии его душа.

— Потом, — Саилрим уставился на свои колени, — мы отвезли ее к границе леса, чтобы она вернулась домой. Помогли ей, но было уже поздно. До сих пор перед глазами ее шатающаяся походка, изодранная юбка и ноги в потеках крови.

Со вздохом он поднял на меня взгляд:

— Теперь ты ненавидишь меня, Лиена?

Будь я на самом деле Лиеной Войс, то сейчас не знала бы, что ответить, меня бы разрывало на части от урагана мыслей и чувств. Наверное, это больно — осознать, что не была плодом любви, а родилась от насильственной связи, и что твой отец — подонок, нелюдь, чудовище из кошмарной сказки. Пожалуй, от такого известия недолго и умом тронуться.

Со смиренным видом Саилрим ждал, когда я вынесу свой вердикт. От его былой гордости не осталось и следа. Сейчас в кресле напротив меня сидел раскаявшийся грешник, измученный угрызениями совести. Весь серый, сгорбленный и с отчаянием в глазах.