Две хозяйки одного замка - Василиса Усова

Лайон коротко кивнул.

Маленькое окошко закрылось. Послышался щелчок вожжей.

— Н-но!

Карета медленно начала разворот и… от чувствительного толчка, Алесия резко подалась вперед. Она не упала. Однако край ковша с такой силой ткнулся под ребра, что девушка зашипела от боли.

— Ты как? — тут же вскинулся Лайон.

— Прос-с-сто ш-ш-шикарно. — выдохнула Алес, когда к ней вновь вернулась способность дышать.

За последний месяц — второе ДТП. Пожалуй, самое время озаботиться ремнями безопасности для карет.

— Я разберусь. — произнес Лайон, открывая дверь.

Алес, недолго думая, скользнула за ним. Не оставлять же брата без поддержки. Да и виноватая сторона, вроде как, они. Хотя тут надо еще разобраться, что и как.

Снаружи топтались два кучера, успевшие покинуть свои места. Вид у обоих был сердитый и весьма боевой.

— … кто разворачивает карету в узком переулке⁈

— … а кто мчит так, будто его муха ужалила в глаза?

— … мой господин, между прочим, очень спешил.

— … а мои господа…

Лайон кашлянул, привлекая к себе внимание. Мужчины тут же склонили головы и прикусили язык. Алесия, тем временем, рассматривала вторую карету. Кажется, или она ее уже где-то видела?

Наконец, из нее тоже показался владелец…

— Виконт Сомертон⁈

* * *

Да, не приходилось сомневаться, это был именно он. Тот самый молодой человек, от одного взгляда на которого перехватывало дух. Из-за сходства с Данечкой, или из-за его собственного обаяния… Алес пока не разобралась.

Виконт просто ей очень нравился. Правда сейчас, личную симпатию слегка перебивали ушибленные ребра. А еще злило то, что от одного вида этих голубых глаз, ей хотелось растечься маленькой влюбленной лужицей. Надо этот «парад гормонов» как-то прекращать.

Алесия выдохнула. И заговорила, лишь на долю секунды опередив брата.

— Значит, это опять вы, виконт?

— Значит, опять я. — согласился молодой человек, одарив ее долгим взглядом. — Не кажется ли вам, что нас сталкивает сама судьба?

— Ваш тон неуместен, виконт. — вмешался Лайон. — Моя сестра замужем. Что же касается аварии…

— Полагаю, это была досадная случайность. — пожал плечами Сомертон. — Тем более, никто не пострадал. И простите моего кучера, он никак не мог ожидать, что кто-то попытается развернуться в столь узком переулке.

— Мы не могли проехать из-за сцепившихся телег…

— Или вы желали врезаться в них? — Алесия скрестила руки на груди, будто это могло хоть как-то унять гулко бьющееся сердце. — Знаете, виконт, советую возить с собой ночной горшок, это избавит вас от необходимости постоянно подгонять лошадей!

Минутная тишина…

Первым сообразил Лайон.

— Алесия!

Виконт через силу рассмеялся. Хотя уши у него заметно покраснели.

— У вас очень острый язык, графиня.

— А у вас прискорбное пренебрежение правилами дорожного движения.

— Чем⁈ — одновременно удивились присутствующие, включая кучеров, которые наблюдали за развернувшейся сценой со стороны.

Алес прикусила язык. Ну да… ну да…

— Даже комментировать это не хочу. — отрезала она, и первой направилась к карете.

* * *

Актай. Вечер того же дня…

Последний день перехода выдался особенно трудным. Рыхлый песок разъезжался под копытами лошадей. Мелкие мошки кружились перед лицом, так и норовя попасть в глаза. Жарко. Влажно.

Попасть в Актай по суше можно было только летом. Вторую половину года, когда начинались дожди, тонкий перешеек, полностью уходил под воду. Именно из-за этой особенности, за Актаем и закрепилась слава острова. Хоть это было и не совсем так.

Граф Арельс, стерев с лица пот, похлопал своего коня по шее.

— Потерпи. Еще немного, и тебя ждет просторная конюшня, хороший корм, и много свежей воды. — затем мужчина оглянулся на всадников, следовавших за ним. — Будем на месте еще до захода солнца.

В ответ раздался радостный гул. Хотя все и так понимали, что изнурительный переход подходит к концу. Но лишнее подтверждение будто прибавило сил.

На том конце перешейка их уже ждали.

— Мальчик мой! — высокий мужчина, с гладко зачесанными седыми волосами, спешился с коня и первым протянул графу Арельсу руку.

Нортман от души ее пожал.

— Рад тебя видеть, дядюшка. Но стоило ли так утруждаться и лично ехать меня встречать? Это небезопасно.

— Давно ли ты заделался такой наседкой, Норт? Или, думаешь, твой дядя Эгар слишком стар, чтобы совладать с десятком бандитов, если те пожелают выскочить на мою свиту из-за кустов?

— Разумеется, я так не думаю, дядюшка. — улыбнулся граф Арельс. — Но все же…

— Я же отписал королю, что никаких мятежников не было. Просто шайка разбойников, желающая поживиться за счет порядочных людей. Кто же мог подумать, что мне на помощь пришлют целое войско!

— Таков порядок.

— Да-да-да. — бесцветные глаза Эгара блеснули. — Смотрю, а ты превращаешься в такого же зануду, как мой старший братец? Вечная ему память.

При упоминании об отце, Нортман чуть поморщился. Заметив это, седовласый мужчина тут же сменил тон.

— Ладно, все потом. Все потом. Сейчас самое важное что? Добраться до города, разместить людей и дать всем хорошенько отдохнуть. А о делах побеседуем завтра, на свежую голову. Хотя какие в этой глуши дела… — он притворно вздохнул. — Всего-то и развлечений, что редкие нападения разбойников.

* * *

Дорога до города заняла остаток дня. Потом размещение солдат, указания насчет лошадей. Личный контроль всего… И вот основные дела остались позади. Удобно устроившись на прохладной террасе, мужчины разлили вино. И постепенно завязался неспешный разговор.

Эгар желал узнать обо всех столичных новостях. О старых знакомых. Граф Арельс терпеливо отвечал. А потом, понимая что о таких вещах принято сообщать лично, рассказал и о своей женитьбе.

Скупо, в нескольких словах. Но дядюшка потребовал детали.

— Думаю, мне надо благодарить Феста за свой «счастливый брак». — сообщил Нортман, чуть поколебавшись.

— Объясни? — тут же заинтересовался Эгар.

Мужчина долил себе вина и покрутил в пальцах бокал.

— Все просто. Он уже год лелеял планы, выдать за меня свою дочь. Были и увертки, и намеки, и даже прямой разговор. Я отказался.

— Постой, постой. Какую дочь, Кларенсу? Ей же всего пять!

— Недавно исполнилось семнадцать.

Глаза Эгара округлились. Несколько секунд он осмысливал услышанное. Потом с глухим стоном допил вино.

— Семнадцать… О боги! Как же быстро летит время. Юность набирается сил, а нам лишь остается зачесывать свои седины.

— Да ладно, дядюшка. Ты еще не так