Любить - забыть недопустимо - Елена Быстрова

— А я не знаю ее имени. Мы называли ее "та самая девушка".

— Вот видишь — та самая. Познакомь меня с ней.

— Нет, мама, скоро все закончится, и все станет по-прежнему.

— По-прежнему? Ты сам прекрасно понимаешь, что это самообман. И знаешь, что по-прежнему для тебя теперь уже ничего не будет. Она для тебя — это подарок судьбы. Зачем ты сопротивляешься своему счастью? А она, как к тебе относится она?

— Сначала, может, я ей и нравился. Но сейчас, наверное, ненавидит. Ей столько пришлось пережить из-за меня.

— Она сама тебе это сказала?

— Сказала или нет, какая разница — я уверен в этом. А еще я ее сегодня поцеловал…

— Ты ее поцеловал?

— Да, мам, это было как наваждение, помутнение моего рассудка. А после поцелуя все, что она видела от меня — это ненависть, холод и безразличие. Я возненавидел себя, я предал память, я предал клятву о любви к той одной единственной — моей Диане. А на эту девушку с того момента я больше не взглянул ни разу.

— Тебе понравился этот поцелуй, — с уверенностью произнесла она, — именно поэтому ты сейчас себя и ненавидишь. Послушай, ты коришь себя в предательстве. Вы с Дианой любили друг друга, но обязательств между вами не было, ваши отношения даже не были скреплены узами брака.

— Я как раз собирался ей сделать предложение стать моей женой. Я даже кольцо для нее приобрел. Но, не судьба…

— Не обрекай себя на одиночество. У тебя еще будет возможность надеть это обручальное кольцо на руку своей невесте.

— Нет. Этого кольца у меня больше нет. Я его отдал. Я собирался сделать предложение именно Диане, и ни одна другая девушка не сможет занять этого места. У меня больше не было сил напоминать себе об этом, видя это кольцо.

— Ты так спокойно говоришь, что отдал обручальное кольцо, непонятно кому? И теперь этот кто-то твоим обручальным кольцом будет делать предложение уже своей невесте.

— Вообще-то я отдал кольцо ей.

— Ричард, ты меня совсем запутал, ты сделал предложение той самой девушке?

— Вернее подарил на ее день рождения. А точнее, надел кольцо на ее безымянный палец. Она же не знает, что оно обручальное.

— Что ты сделал?

— Пойми, тогда запутанная история получилась. Почти ночью, когда на улице разразилась гроза, она постучалась в мой дом мокрая и заплаканная, чтобы переждать непогоду, в свой день рождения, который для нее должен был быть прекрасным и незабываемым днем. И в этот день она узнает, что тот мерзавец, который ей кружил голову несколько дней, оказался женатым, а она про это даже и не догадывалась. Вот такой она получила от него подарок на день рождения. Мне ее было искренне жаль. Я хотел, чтобы она улыбалась и забыла, об этом "подарке", как о неком недоразумении. Это был второй раз, когда мы вот так близко с ней встретились.

— Счастье само стучится к нему в двери, а он не хочет его впускать, — сказала его мама, качая головой. — Так значит, она носит обручальное кольцо, и даже не предполагает об этом?

— Нет, она его не носит, я не знаю почему. С того момента, как я надел его, я больше ни разу его на ней не видел. С одной стороны мне было очень досадно и неприятно, а с другой — может это и к лучшему. Все должно находиться на своих местах.

— Ричард, — она покачала головой, — я так понимаю, что ты с ней вообще ни о чем не разговаривал. Ты же о ней совсем ничего не знаешь. Тебе обязательно надо с ней поговорить. Я чувствую, что у тебя столько вопросов к ней накопилось, и ты терзаешься в догадках, сам придумывая ответы и объяснения, даже не задумываясь верны они или нет. Почему ты считаешь, что эта девушка может ненавидеть тебя?

— Я бы на ее месте возненавидел меня. Прости, мам, я больше не хочу говорить на эту тему. Еще совсем чуть-чуть, и все встанет на свои места. Я сегодня лечу с Дэвидом, а до этого, мне нужно кое-что доделать и забрать свои вещи.

— Хорошо, — она проводила его к дому, где он снова нежно обнял ее.

— Не буду прощаться, думаю, что теперь совсем скоро увидимся снова, — произнес Ричард.

ГЛАВА 14 — Прощание

Возвращаясь к зданию их штаба, Ричард видел каждого, где бы тот ни находился. Внутри царили тишина и спокойствие, и это немного настораживало.

Ричард открыл дверь кабинета.

— Ты вернулся? Неужели передумал? — ухмыльнулся Леонард.

— Нет. Я забыл свои вещи и пришел, чтобы забрать.

— Кого ты обманываешь. Ты никогда ничего не забываешь. И ты специально не взял их с собой, чтобы вернуться. Я ждал тебя.

— Чего ты хочешь от меня?

— Я бы хотел попросить тебя остаться и довести эту операцию до конца.

— Считай, что вы уже на месте, все самое сложное уже позади. Утром доберетесь до Дворца Совета, представите ее Совету жрецов. И все, миссия окончена.

— Нет, ты ошибаешься, сложности вот-вот начнутся.

— Я же вижу, что у вас все тихо и спокойно.

— Это пока тихо и спокойно. Пока ты с нами.

— Ты боишься, что без меня не справишься с какой-то девчонкой? — он ухмыльнулся.

— Она не сможет спокойно себя вести после того как ты уедешь. Я наблюдал за ней, и я думаю, что здесь ее держишь только ты. Она словно оживает при упоминании твоего имени. И еще, ты знаешь, что за то время, пока ты ездил домой, она не предприняла ни одной попытки сбежать?

— Видимо, хорошие замки на дверях, — усмехнулся Ричард, — и она не самоубийца прыгать с такой высоты.

— Все это время двери были настежь открыты, как и сейчас. Тебе это хоть о чем-то говорит?

Ричард задумался. И в правду, получив отстранение от работы, он старался не думать о ней, старался все мысли настроить на то, что ему все равно. Но постоянно ловил себя на том, что