Фея из провинции - Нина Харрингтон

— Думаешь, у меня это хорошо получается?

— Гораздо больше чем хорошо. — Себ улыбнулся, щелкнув пальцами перед ее носом. — Ага, теперь ты напрашиваешься на комплимент. Отличный признак. Так ты сделаешь это? Рискнешь? Дай мне шанс доказать, как много ты значишь для меня.

Элла уронила голову ему на плечо:

— Мне страшно… Прошло столько времени.

— Я знаю. К тому же речь идет не только о сцене. — Он поиграл ее волосами, накручивая их себе на палец. — Извини, я повысил голос… Странно, но мой темперамент проявляется только тогда, когда это касается людей, которые мне дороги. Ты дорога мне, Элла. Очень. Неужели поехать со мной в Сидней — это так ужасно? Я куплю дом с садом возле моря, где Дэн сможет держать столько собак, сколько захочет. Я уверен, все отлично устроится.

Элла вздохнула:

— Ну и денек сегодня выдался.

— Тебе не нужно принимать решение прямо сейчас. Но ты хотя бы подумай об этом. Завтра я должен поехать на встречу, но к приезду Николь вернусь. Мы сможем с тобой поговорить через несколько дней? Да? Сможем? Тогда спокойной ночи, милая. Спокойной ночи.

Себ поцеловал ее со всей любовью и преданностью, от самого сердца. Потому что, уезжая, он оставлял свое сердце и будущее в руках Эллы.

Элла закрыла маленький чемодан Дэна, надавив на крышку ладонью. Она еще никогда надолго не расставалась с ним, и вот сейчас, именно тогда, когда он ей так нужен, настало время его отпустить.

Время оставить прошлое позади.

Время заключить мир с родителями Кристобаля.

Конечно, они по-прежнему скорбят о потере, и всегда будут скорбеть. Кристобаль был их единственным сыном.

Ее сердце дрогнуло от одной только мысли, что она могла бы потерять своего маленького мальчика. Невозможно представить такое! Но Кристобаль продолжает жить в своем сыне, и Дэну не помешает провести какое-то время с семьей Мартинез, чтобы больше узнать о своем отце — добром и талантливом человеке.

Себ прав. Родители Кристобаля любят и беспокоятся за своего внука. Ей нужно только заставить себя усвоить, что единственное, чем они озабочены, — это благополучие Дэна. И уважать их за это.

А еще ей нужно убедить их поверить в нее. Показать, что она лучшая на свете мать.

Элла выглянула в сад, на залитую солнцем лужайку с цветочными клумбами — ее уютный маленький мир, который она создала для себя и для Дэна.

Не повела ли она себя как трусиха? Может, вся эта безопасность, созданная с таким трудом, действительно иллюзия?

Через несколько дней приедет Николь, чтобы отпраздновать свой юбилей. Себ обещал дождаться ее. И тогда Элла должна будет дать ему ответ.

Сможет ли она сделать вид, что не думала о нем каждую секунду? Беспокоилась о нем. Пыталась представить, где он и что делает в этот момент.

Как только Себ встретится с Николь, его уже ничто не будет удерживать в маленькой деревушке, полной горьких воспоминаний.

Звонкий лай псов послышался на лужайке. Элла улыбнулась и, глубоко вздохнув, перекинула через плечо набитую сумку и подняла чемодан.

Элла отнесла вещи в холл, прошла через кухню и остановилась в дверях. Дэн сидел на ступеньках террасы, опустив голову и даже не глядя на Вольфи и Мило, резвящихся на утреннем солнышке. Псы были совершенно очаровательны, и в другое время он вместе с ними катался бы на траве.

Она подошла к сыну и поцеловала его в макушку. Когда он поднял на нее глаза, в них была такая печаль, что сердце матери дрогнуло.

Он скучает по Себу. Так же как и она.

Снова встал вопрос, который не давал ей спать по ночам. Может, нужно было сразу принять предложение Себа? Не ради нее, а ради Дэна. Может, они были бы счастливы в Сиднее?

Нет. Один раз она уже попробовала, в Барселоне.

— Эй, сынок! Готов ехать к дедушке и бабушке в Испанию? Машина тети Сандрин будет здесь уже через пять минут, и мы поедем на станцию.

Дэн шмыгнул носом, его нижняя губа задрожала.

— Не хочу ехать… Хочу остаться дома.

Элла села рядом с сыном на каменные плитки террасы, обняла за плечи, прижала к себе и только тогда заметила, что он что-то накручивает на палец. Тонкая цепочка поблескивала в солнечных лучах. Святой Христофор Себастьяна! Медальон, который он показал ей на кладбище.

Элла закрыла глаза и проглотила слезы. Себ подарил ее маленькому сыну то, что было очень дорого ему.

— Он дал тебе это вчера? Когда пришел попрощаться?

Дэн быстро два раза кивнул, на мгновение замялся, а потом на одном дыхании выпалил:

— Он сказал, что ему дала это бабушка, когда ему пришлось уехать туда, где живут кенгуру. И это защищало его, когда он чего-то боялся. Но теперь ему это больше не нужно. — Широко расставленные темные глаза смотрели на Эллу с таким доверием и любовью, что у нее защемило сердце. — Ночью я проснулся, и было так темно, что я испугался… а фонарь остался внизу. Тогда я положил медальон на грудь, и мне стало уже не так страшно. Знаешь, мам, я теперь, наверное, вообще перестану бояться, если буду все время носить его на шее. Можно, мам? А? Можно?

— Конечно. Давай помогу застегнуть цепочку… Ну вот. Теперь ты готов ко всему. К такси. К скорым поездам. К встрече со своими испанскими кузенами и кузинами. Дедушка и бабушка ждут тебя не дождутся. После Рождества прошло уже много времени. К тому же ты выучил новые испанские слова — они будут поражены.

— А что, если Мило забудет меня?

— Эй! Ты помнишь о веб-камерах? О тех, что подарил нам Себ? Так вот, я положила тебе в сумку одну камеру для дедушкиного компьютера. Мы будем видеть друг друга и говорить каждый день. И Мило тоже будет тебя видеть. Хорошо? Ведь это всего лишь две недели. А потом мы проведем с тобой вместе целое лето. Разве не здорово?

Несколько секунд Дэн думал. Потом кивнул. Его лицо посветлело.

— Ну вот и хорошо. Так как там говорит бабушка Бейли? — спросила Элла.

— Вперед и с песнями?

— Точно! Так что давай будем готовы отправиться в путь.

Дэн погладил Мило по спине и неохотно поплелся в дом. Мило завилял хвостом. Элла нагнулась и почесала его за ухом:

— Я и не думала, что это будет так трудно. Без Себа очень тяжело. Просто не представляю, как я буду без него.