Позови меня, любовь - Андреа Йорк

Харви выглядел человеком, желавшим, чтобы их брак состоялся, и вовсе не пытавшимся использовать ее в своих собственных целях. Но так ли это?

Ее губы задрожали. Существовал только один путь узнать правду.

Харви позвонил вечером, когда Джоан, ожидая его возвращения, нетерпеливо мерила шагами веранду.

— Я встретил знакомого журналиста, — принялся объяснять он, стараясь перекричать шум помех. — Мы сейчас в баре. Не заметили, как прошло время. Извини, дорогая. Мне не хочется возвращаться в темноте. Я останусь здесь на ночь.

— Хорошо.

Джоан удалось скрыть разочарование: придется отложить важный для нее разговор. Чтобы понять, говорит ли он правду, ей нужно было видеть его лицо.

— Мы собирались на экскурсию в джунгли, — напомнил он. — Завтра в шесть утра ты должна быть у реки, или группа уйдет без тебя. Боюсь, что сам я не смогу пойти.

Раньше ей очень хотелось отправиться в джунгли, но сейчас ее волновало только одно: по-прежнему ли только Маргарет принадлежит сердце Харви.

— Это не так важно… — начала она.

— Нет, важно! — настаивал он. — Ты не должна упустить такую возможность. Мне сказали, что этот проводник сопровождает только одну группу в месяц, не больше шести человек. И он знает такие тропы, что ты почти наверняка встретишь животных, которых вряд ли еще когда-нибудь увидишь! Отправляйся, прошу тебя. Потом расскажешь мне все, и я не буду терзаться, что подвел тебя.

— Харви… — Джоан замолчала, не зная, поверить ему или нет.

— Отправляйся! — почти приказал он. — Думаю, ты вернешься как раз к моему возвращению. Скажи проводнику, что ты беременна. Пусть приглядывает за тобой.

От его заботы у нее потеплело на сердце. Она пойдет на экскурсию, а о своей находке расскажет ему позже.

— Не волнуйся. Ты же говорил, что он повезет нас в джунгли на машине и придется пройти только мили две. С этим я легко справлюсь. Возьму с собой кинокамеру, и ты сам все увидишь.

— Отлично. Тогда до встречи, — сказал он с нежностью. — Приятных сновидений и удачного дня!

Но она проспала. Когда Джоан открыла глаза, было уже слишком поздно, чтобы отправляться на экскурсию. Лишь взглянув на часы и застонав от разочарования, она поняла, что проснулась от звука подъехавшей к дому машины.

Харви! — радостно подумала она и подбежала к окну, намереваясь открыть жалюзи и окликнуть его. Но рука ее замерла на полпути. Сквозь щель жалюзи она увидела вылезающую из машины… Бел, а затем — спешащего ей навстречу из дома Харви, нисколько не удивленного появлением гостьи! Джоан нахмурилась.

Неожиданно ей в голову пришла мысль, что он, возможно, сам подстроил все это: поездку в джунгли, непредвиденную задержку в городе, встречу с Бел. Но Джоан никак не могла понять, к чему вся эта таинственность.

Меж тем Бел уже вошла в дом, как всегда уверенная в себе, очень красивая и ухоженная. В полной панике Джоан принялась лихорадочно рыться в гардеробе, пытаясь отыскать что-либо, хотя бы отдаленно напоминающее великолепно пошитое льняное платье Бел. Просто, но сногсшибательно, с легкой завистью подумала она.

— Что есть, то есть, — пробормотала Джоан, решив удовольствоваться пестрой юбкой из хлопка и подходящей по цвету ярко-желтой майкой. Встряхнув торопливо приглаженными волосами и скорчив гримасу отражающейся в зеркале деревенской простушке, Джоан поспешила вниз.

Бел и Харви обосновались в библиотеке, и, поскольку дверь не была заперта, Джоан решила, что их встреча не носит личного характера. Собравшись уже было войти в комнату, она замерла, услышав возбужденные голоса Бел и Харви.

— Ты ошибаешься! Элойсо никогда не понимали!.. — страстно воскликнула Бел.

— Черта с два! Ты-то должна знать, что он сделал с Маргарет и ее ребенком! — отрубил Харви.

Так, значит, действительно в смерти Маргарет виноват ее предполагаемый отец! Вот почему Харви не хотел пролетать над «Изумрудным лесом». Джоан прислонилась спиной к стене и с бешено бьющимся сердцем приготовилась слушать дальше.

— Я знаю, что Элойсо обвинили в том, что он поджег дом Луиса и погубил Маргарет и маленького Дика, — меж тем ответила Бел. — Но его же там не было, он клянется в этом!

— И ты ему поверила! — презрительно бросил Харви.

— Да, поверила! Знаешь что, я вовсе не обязана все это выслушивать и пришла сюда только потому, что ты сказал — это важно и касается моего буду…

— Так оно и есть, — резко прервал ее Харви. — Ты не дочь Элойсо!

— Ха-ха! Неужели! — Послышался звук отодвигаемого стула. — Ты преследуешь какие-то свои цели. И хочешь затеять скандал. Я много слышала о тебе, Харви, — твердо сказала она. — Ты ненавидишь Луиса за то, что он соблазнил Маргарет и она от него забеременела!

Глаза Джоан расширились от удивления. Как же много скрывал от нее Харви! Значит, они были не так уж и близки. А то, что она считала иначе… Что ж, видимо, она выдавала желаемое за действительное.

— У Луиса была ужасная репутация, — огрызнулся Харви. — И каждый здравомыслящий человек осудил бы эту связь…

— Но они любили друг друга! — возмущенно воскликнула Бел.

Харви болезненно вздохнул.

— Теперь я это знаю, — буркнул он. — Кое-кто… кому я не могу не верить, недавно убедил меня в этом… И ты думаешь, мне стало легче?

Джоан подавила сочувственный возглас: узнать о том, что его жена любит другого! Она собралась было уйти, когда вновь услышала голос Харви.

— Кстати, Луис ведь не сын Элойсо, верно? Неудивительно, что мерзкому старику теперь так не терпится отыскать законную наследницу. — Джоан слышала, как Харви быстро и тяжело заходил по комнате, должно быть, он был очень зол. — Элойсо выдал за своего сына незаконнорожденного ребенка сестры.

Наступило гробовое молчание.

— Но этого не знает никто, кроме членов семьи, — наконец произнесла Бел дрожащим голосом. — Долорес только недавно сказала Луису, что она его мать.

— Знаю. Вчера я разговаривал с ними обоими, — отрезал Харви.

Джоан напряглась. Так вот чем он занимался! Еще одна ложь!

— Теперь, когда выясняется, что Луис не сын Элойсо, а ты не его потерянная дочь, — продолжил Харви, — все унаследует Долорес. Сомневаюсь, чтобы Элойсо это понравилось. Насколько я знаю, они не слишком любят друг друга.

— Но я его дочь! — сердито выкрикнула Бел.

— Тогда почему бы тебе не сделать анализ и не доказать это?

— Не лезь не в свое дело, — предостерегающе произнесла Бел. — Ты все время хочешь возобновить старую вендетту, Харви, о которой тебе следовало бы давным-давно забыть. Зять Элойсо подтвердил, кто я такая. А уж он-то должен знать наверняка — жена Элойсо после побега скрывалась у него! Он присутствовал при моем рождении и знал, кто удочерил меня!