Теперь мы вместе - Кэролайн Андерсон

— Ах, ты не одна! — воскликнула Дора, с ослепительной улыбкой разглядывая «инвалида» с головы до ног и улыбаясь.

— Это Дэниел Хартинг. Он повредил ногу и здесь отдыхает, восстанавливает здоровье. Дэн, а это моя мама, — церемонно произнесла Бетси.

— Чрезвычайно приятно. Давно хотелось познакомиться, — щебетала Дора, сжимая протянутую руку «самого знаменитого режиссера сезона» обеими руками. Она улыбнулась Бетси. — Мне следовало догадаться.

— Взаимно. Из какой части света ныне прилетела наша самая немеркнущая звезда? — не остался в долгу Дэн.

— Со стороны палящего солнца. Учусь путешествовать налегке, — заявила «звезда» и нагнулась за чемоданом, который стоял у крыльца.

— Позвольте мне! — не выдержал Дэн, видя с каким скорбным видом она шагнула к крыльцу со своей ношей.

— Но вы на костылях!

— Я справлюсь, — уверил он и, взяв костыли под мышку, другой рукой подхватил чемодан и запрыгал в дом.

— Трижды ура! — провозгласила Дора со смехом, следуя за ним вместе с дочерью.

Бетси вымученно улыбнулась. Ее матери была свойственна особая трогательная хрупкость, на которую неизменно клевали мужчины. Много раз она наблюдала, как Дора пользуется своими неотразимыми чарами, и только посмеивалась про себя, но сегодня очередное повторение вариации на тему «я такая слабая и беспомощная, а ты такой большой и сильный» ее не на шутку разозлила.

— Ты не хочешь перекусить? — спросила Бетси, обходя гостиную и включая лампы.

— Спасибо, ничего не надо. Я поела в самолете и выпила бессчетное число чашек с их отвратительным кофе. Но до смерти хочется курить. — Сунув руку в серый замшевый мешочек, путешественница вынула пачку сигарет. — Я пойду подымлю на террасе. — Она невинно оглянулась по сторонам. — Кто-нибудь откроет мне двери?

— Я, — вызвался Дэн, с готовностью исполняя ее просьбу.

— А вы не курите? — осведомилась Дора и он, разумеется, не утаил, что курит.

— Здесь только я некурящая! — нервно заметила Бетси. — Но все мы не без какого-нибудь греха.

— Сейчас моим дополнительным грехом будет бренди. Можно? — спросил Дэн, обращаясь к ней.

— Я принесу, — ответила Бетси и вышла в кухню. Отыскав бутылку, она со стуком опустила ее на стол и лихорадочно открутила пробку. Присутствие матери было для нее сейчас абсолютно нежелательным. Дора станет требовать к себе внимания, отвлекать от работы и встревать между ней и Дэном.

— Почему ты не сказала матери, что я здесь? — спросил Дэн, заглядывая в кухню несколько минут спустя.

Бетси достала из серванта хрустальный стакан.

— Потому что три последних года Дора усиленно убеждала меня найти себе мужчину, а если бы узнала, что ты приезжаешь на Капри, она решила бы, что мы любовники, и никакие мои слова ее не смогли бы переубедить.

Дэн нахмурился.

— Хочешь, я переберусь к Джейку и, пока она здесь, мы будем спать в разных комнатах? — предложил он.

— Нет! Мы действительно любовники, и я собираюсь проводить с тобой каждую ночь, — объявила Бетси, сверкнув зелеными глазами. — Понятно?

Как бы взвешивая «за» и «против», Дэн пристально уставился на нее.

— Понятно, — сказал наконец этот новоиспеченный третейский судья, и они вместе вышли на террасу.

— Насколько мне известно, вы пробудете на Капри еще две недели, — произнесла Дора, поигрывая зажигалкой. — Это меня вполне устраивает.

Бетси стиснула зубы. Мало того, что мамочка появилась без предупреждения, гораздо хуже то, что она собирается остаться с ними до конца их отдыха здесь. Намного хуже.

— Я должна работать над сценарием, — сказала она, — поэтому говорю сразу, что не смогу готовить тебе кофе, развлекать беседой и ходить с тобой повсюду.

Дора выпустила изо рта облачко дыма.

— Возможно, Дэниел любезно составит мне компанию.

На Бетси накатил приступ бешеного гнева. Ее охватило безумное желание влепить этой кривляке пощечину за то, что она нагло лезет, куда дне просят. А заодно и «самому знаменитому режиссеру» съездить по физиономии — за его неминуемое согласие, которое, она знала это, сейчас последует.

— Простите, но я не смогу, — неожиданно для Бетси заявил тот.

Она чуть не подпрыгнула от изумления.

— Я сейчас крашу погреб, а после этого собираюсь заняться спальней, где протекла крыша. Пытаюсь отблагодарить вашу очаровательную дочь за гостеприимство, — пояснил он.

Чувственные губки Доры капризно надулись.

— Я и пробуду-то у вас всего два дня, а потом отправлюсь к Луиджи с родственным визитом. Туда, ниже по побережью. Это брат Федерико, моего изумительного бывшего супруга, — сказала она Дэну.

— Но ты их столько лет не видела, — мрачно напомнила Бетси.

— Мы с Луиджи всегда прекрасно понимали друг друга, ты это знаешь. Он будет рад увидеть меня снова.

— Может быть, но…

— Еду к ним, я так решила. Мне все равно пока нечего делать дома. Сейчас… после того, как Поль ушел окончательно.

— Окончательно? — переспросила дочь.

— Это мне следовало сказать ему, что мы расстаемся, но пару дней назад я встретила его в гавани, и он заявил, что уже снял себе квартиру. Итак, все кончено. Финиш. Маленький Поль был моим любовником, — бросила она Дэну мимоходом. — Мы жили с ним полгода, но, хотя французик очень славный, у нас с ним было мало общего.

— Кроме постели? — резко уточнил Дэн.

— Там все находят взаимопонимание, — заявила миссис Макферсон. Хихикая, словно шаловливая школьница, она шлепнула «проказника» по бедру с шутливым упреком за то, что он затронул «такую деликатную тему». — Этакий парижанин, естественно, моложе меня. И он очень, очень энергичный.

— Мо-ло-же? — переспросил безжалостный Дэн, явно выслуживаясь перед Бетси.

— Лет на пятнадцать-двадцать… — сказала ее мать, неопределенно махнув рукой. — Сначала Поль привлек меня своими длинными светлыми волосами. Он похож на одного модного фотографа, которого я когда-то хорошо знала. Марк ходил в жакете на норковой подкладке, играл на собачьих бегах и, как и я, ничего не боялся. Что же он вытворял по ночам!

— Похоже, занятный был тип, — вполне дружелюбно поддакнул Дэн.

— Именно! — тут же оживилась Дора и принялась рассказывать пикантный эпизод из своей жизни, который заставил Дэна громко хохотать.

Закончив весьма продолжительное повествование, она сладко зевнула.

— Мне пора спать. Я ложусь до полуночи — это залог красоты. Если ты покажешь мне мою комнату, Лиз, я удалюсь на покой.

— Ты ляжешь в моей спальне, — сказала Бетси вставая. — Пойду постелю чистое белье. Джейк, сын Дэна, подросток, спит в соседней комнате, а мы, — прибавила она с некоторым вызовом, — мы с Дэном спим внизу.