Остров любви - Дебора Мей

– А ты подумал о том, что деньги не решат всех проблем? – спросила Майла, и в ее голосе почувствовалась горечь.

Алексу сейчас до боли не хватало Кристиана.

– Конечно, подумал.

С тех пор как он передумал убивать Филиппа Кью, Хосмен искал другой способ восстановить справедливость. Алекс хотел встретиться с Кью лицом к лицу. Он хотел, чтобы тот увидел, где погибли невинные люди. И все это можно было осуществить, лишь вынудив мистера Кью прибыть на остров Мей.

– После аварии вдове брата пришлось перебраться с острова в Литтлнест, – голос Майлы дрогнул. – Теперь она работает в салуне, Алекс… Она продает свое тело в Доме для иммигрантов и каждую ночь напивается в стельку.

Хосмену стало не по себе.

– Мне очень жаль, Майла… Быть может, деньги Кью помогут ей сменить род занятий.

– Быть может, – прошептала женщина. – Да только местным все это не понравится. Им не понравится то, что его дочка здесь.

– Бог даст, через неделю все и кончится. Ведь это его единственный ребенок. Кью обязательно за ней приедет.

Майла расписалась в лежавшей на прилавке тетрадке.

– Знаешь, – задумчиво проговорила она, – будет весьма богоугодным делом, если мы построим на острове церковь. В моей гостиной уже становится слишком тесно.

* * *

– Ты уверен, что он пошел именно по этой тропинке? – спросила Фиби, окинув взглядом склон холма.

Мальчик по имени Ник истово перекрестился.

– Да провалиться мне на этом месте! Он постоянно ходит этой дорогой.

Заслонив глаза ладонью, ребенок посмотрел на солнце.

– Если вы будете держаться правее, то вам будет не так тяжело идти.

– Спасибо, – поблагодарила его девушка.

– Хорошо, что ты мне встретился.

Она наткнулась на парнишку, когда тот шел домой с богатым уловом из ближайшего пруда. Ник клялся, что знает, где можно отыскать Алекса Хосмена.

Фиби и в голову не могло прийти, что она станет искать своего похитителя, и тем не менее это случилось. Узнав, что у Хосмена был маленький ребенок, который погиб, и проведя целый день в одиночестве, в поисках ответов она направилась к фактории Алекса. Но Хосмена уже не было. Какой-то мальчуган, приятель Ника, сказал, что видел Алекса и жену священника примерно час назад.

Ник посмотрел ей в глаза.

– Ну что? – спросила она, будучи уверенной в том, что мальчик наверняка уже знает, кто она такая.

– Говорят, что вы чертово отродье…

– Кто именно?

– Да так, люди в поселке… – неопределенно ответил Ник. – И это правда?

– А ты-то сам веришь?

Уши мальчика покраснели, и он смущенно пробормотал:

– Да нет, не похоже…

Фиби улыбнулась, скрывая свое отчаяние. Здесь ее отца ненавидели все. Каждый в поселке считал, что она слеплена из того же теста. Девушка просто не знала, как противостоять такой ненависти.

Вдалеке зазвонил колокол, и Ник обернулся в сторону поселка.

– Извините, но мне пора, – заторопился он. – Кое-какие дела до ужина.

– Не волнуйся, я сама найду мистера Хосмена, – заверила его Фиби, хотя и не была в этом уверена.

Мальчик повернулся и побежал к дощатой хижине в конце узенькой улочки. Тяжело вздохнув, девушка стала взбираться вверх по склону холма, все время путаясь в длинном платье. И вскоре от постоянного напряжения у нее заболели и руки, и ноги.

Когда Фиби, оступившись, упала на скалистый валун, то решила, что лучше будет читать о приключениях в книгах, нежели принимать в них непосредственное участие. По крайней мере, когда читаешь приключенческий роман, то знаешь, что все закончится хорошо.

Вид, открывшийся перед Фиби, когда она добралась до вершины холма, поверг девушку в изумление. Где-то в глубине души появилось ощущение нежданного чуда. Фиби показалось, что она стоит на пике мира, с высоты которого просматривается дикий, покрытый осенним лесом остров. То тут, то там, подобно зеркалам, поблескивали маленькие озера. Внезапно девушка ощутила полное одиночество. Прежде подобное чувство было ей незнакомо, а сейчас… деревья и вода просто околдовали ее, приведя в состояние эйфории; шум ветра и пение птиц убаюкивали.

«Это какое-то волшебство, – подумала Фиби. – Остров, находящийся столь далеко от остального мира…» На минуту ей показалось, что, кроме нее и этой красоты, ничего не существует, и девушка вдруг испытала искреннюю радость.

– Какого черта вы здесь делаете? – грубый мужской голос неожиданно спустил ее с небес на землю.

Фиби споткнулась и чуть не упала.

– Не пугайте меня так…

– В таком случае не шпионьте за мной, – ответил Алекс Хосмен.

– Вы не можете оставить меня вот так, без объяснений по поводу моего отца!

Алекс стоял в закатных лучах солнца, глядя на девушку с явной ненавистью. На нем были потертые штаны и домотканая рубаха. Ветер играл его волосами, и Фиби невольно залюбовалась темными, слегка вьющимися прядями. Она смотрела на мужчину, словно завороженная, ощущая его близость к той дикой природе, которая их окружала.

– Я хочу, чтобы вы рассказали мне о своем ребенке, Алекс… Ну пожалуйста…

– Зачем вам это?

– Потому что я хочу понять.

Яростно пнув сапогом каменный валун, он произнес:

– Следуйте за мной.

Как обычно, Хосмен даже не посмотрел в ее сторону и не повернулся даже тогда, когда Фиби, вскрикнув, оступилась. Девушка не осуждала его за эту злобу и ненависть. То, что Алекс потерял сына, объясняло многое.

Они вышли на пустошь, посреди которой зиял огромный провал. Вокруг валялись обугленные балки, а рядом росли дикие розы.

– Это и есть медь острова Мей, – произнес Хосмен, заглядывая в жерло заброшенной шахты. – Это не руда, а чистый металл. Люди издревле искали его. Еще год назад здесь не было никакого рудника. Ваш отец решил первым заработать быстрые деньги. У Фиби перехватило дыхание – она уже догадывалась, о чем пойдет речь дальше.

– А потому он прислал сюда свою горнорудную компанию. Он не первый и не последний, да уж больно был жаден… Его люди прибыли сюда прошлой весной.

– В таком случае, почему вы возлагаете всю вину и ответственность именно на моего отца?

– Так, значит, это в порядке вещей? Платить другим за выполнение грязной работы, за то, чтобы они совершали ошибки вместо него и брали вину на себя?…

Девушка вздохнула. Конечно, Хосмен был прав. Как руководитель компании, ее отец ответствен за случившееся, даже если и не находился здесь.