Основной инстинкт - Стефани Винтер

— Но ты не понимаешь. Эта грусть там именно потому, что я была буквально вырвана из этой вот, — она развела руками, указывая на пространство дома, — жизни и брошена в новую, как в омут. Я не боюсь, а просто не вливаюсь в эту новую жизнь, Чейз. Мне было так здорово жить здесь. Сейчас я не вполне счастлива.

— Нет, ты даже не понимаешь, что сама себе не даешь быть счастливой.

Лора издала возглас недовольства. Что же это такое? Прямое оскорбление? Или как еще это расценивать?

— Хоть ты не доставай меня! Ты говоришь прямо как мои подруги.

— Разве ты не говорила, что твои подруги лучше разбираются в жизни, чем ты сама? Знаешь что? Они правы! — Он развел руками. — Понимаешь, ты устремлена на то, чтобы не быть счастливой. Ты закрываешься, не идешь к чему-то новому, даже не понимая, что настоящее счастье — это когда у тебя есть возможность развиваться и выбирать. Ты проводишь время, кусая локти и вспоминая, как хорошо было, когда ты жила на ферме. Но жизнь ведь не остановилась, Лора, очнись, прекрати идеализировать прошлое!

Мисс Селинджер почувствовала, что от негодования ее кожа покрылась мурашками.

— Я и не говорю, что жизнь остановилась.

— Нет, конечно, но кончилась та жизнь, которой ты жила здесь.

Она смотрела на него, стараясь превозмочь себя и не разреветься от обиды, которую он меткими ударами вот уже битый час наносил ей. И в то же время Лора не хотела, чтобы он увидел, насколько огорчил ее.

— Знаешь, почему тебе не нравится здесь? Потому, что на этих досках, посуде и мебели не стоит клеймо какого-нибудь известного расфуфыренного дизайнера! — крикнула она.

— Лора, мне здесь нравится, — терпеливо продолжал он убеждать ее, желая, чтобы его возлюбленная все-таки поняла, о чем ей говорят. Но ему никак не удавалось достучаться до нее. — Я просто хочу, чтобы существование здесь было похоже на жизнь, а не на прозябание.

— Да? И что же следующее ты запланировал прикупить? Может, позовешь рабочих и выроешь бассейн? Или установишь джакузи? А может, хочешь сауну и гимнастический зал? — Слова вырывались из ее рта прежде, чем она даже успевала обдумать их как следует. — Нет, даже лучше, развести тут чертовых альбатросов, отгрохать что-нибудь глобальное, какой-нибудь трехэтажный особняк, с десятью спальнями, телевизором в каждой комнате, баром и…

— Заткнись, Лора. Ты прекрасно понимаешь, что я говорю не об этом.

— Хорошо, — едва слышно отозвалась она. Голос ее сел. Женщина обхватила себя руками и попыталась сделать все, чтобы они не задрожали от злости, которую она испытывала сейчас. — Единственный, кто здесь чем-то напуган, так это мистер Дункан. Это он так боится своего прошлого, что даже задрипанный гамбургер съесть спокойно не может!

— Да, в этом ты права, — подтвердил он, и тон его голоса заметно смягчился. — Ты помогла мне понять свою мучительную ошибку, и я благодарен тебе и всегда буду помнить твое доброе участие. Поэтому я прекрасно понимаю тебя, знаю, как это тяжело — расстаться со старой жизнью и привыкнуть к новой.

Лора сжала челюсти. Он говорил с ней так, будто бы она была глупым ребенком, который не знает еще опасностей, соблазнов и прелестей внешнего мира.

— Я уже привыкла к своей новой жизни. И вовсе не живу одними старыми воспоминаниями, мне нет нужды убегать от них.

— Лора, ты не слышишь меня! — Он говорил все сдержаннее и спокойнее, как будто чем злее раздражительнее становилась она, тем спокойнее он сам. — Вслушайся в то, о чем я говорю.

— Я прекрасно слышу тебя, ты говоришь громко и четко. Понятно, что дом моей семьи недостаточно хорош для твоей экзальтированной натуры, и тебе неважно, насколько я его люблю, тебе надо что-то изменить, чтобы здесь пахло тобой. Вероятно, это же относится и ко мне. Вот что я тебе скажу: отменяй свой заказ на кондиционер, потому что лично я сплю сегодня на веранде. Если не хочешь присоединиться ко мне, то отправляйся назад, в город, и проводи остаток времени в комфортных условиях. Я прекрасно доберусь до города автобусом.

Ее тело дрожало, голос был визгливым и обиженным. Ей казалось, что все это происходит не с ней, что она на самом деле всего этого не говорила, что все оскорбительные фразы тут же исчезнут или растворятся в воздухе, и все опять будет по-старому.

Но, к сожалению, эти слова не были просто миражом.

У Чейза от удивления широко раскрылись глаза:

— Так вот чего ты на самом деле хочешь?

Она была переполнена гневом, но все же нашла в себе силы ответить:

— Нет. Но я не вижу альтернативы.

— Вот именно. — Чейз подошел к ней ближе и посмотрел в глаза взглядом, полным грусти. — Ты не видишь вариантов, а между тем твоя жизнь полна ими. Они выстроились в ряд, прямо у тебя перед носом, и ждут, когда ты наконец заметишь их. Хочешь, чтобы я ушел? Я уйду. Но это зря, точно зря.

Он вернулся в дом, наверное, чтобы собрать вещи и уехать. Лора проклинала себя. Ну почему ее угораздило влюбиться в такого сложного человека? Неужели не было вокруг кого-нибудь посговорчивее, кто смог бы ее сразу понять? Кого-нибудь, кто бы принял ее такой, какая она есть, не пытаясь ее изменить? Кого-нибудь, кто проникся бы красотой фермы и с первого взгляда полюбил бы ее той же нежной любовью, какой любила она сама?

Чейз вышел на веранду, держа в руках свой кейс. Он подошел к Лоре и присел рядом на скамейку.

— То, что у нас есть, Лора, дорогого стоит. Не надо это терять. У тебя есть мой телефон, позвони мне, когда будешь готова.

— Готова к чему? Быть такой, какой ты хочешь?

— Нет. Готовой осознать, что жизнь меняется и надо принимать это, как должное.

Мистер Чейз Дункан спустился вниз по лестнице, подошел к машине, открыл заднюю дверцу и бросил кейс на заднее сиденье.

Она обхватила себя руками, впадая в отчаяние от такого жуткого финала. Этого просто не может быть! Ведь все так хорошо начиналось.

А впрочем, хорошо, что он уезжает. Если у них настолько разные интересы, куда бы зашли их отношения в конечном счете? Они бы дрались и спорили все то время, которое не проводили в постели. Отличным сексом здесь не обойтись. Любви тоже, как видно, маловато.

Чейз включил мотор, развернул машину и открыл окно.

— Лора?

— Что?

— Не трясись на автобусе, найми машину, какую-нибудь приличную тачку. — Он помахал ей и покатил в город.

Расстроенная женщина еще долго смотрела ему вслед. Поверить в то, что все кончено, было просто невозможно. Казалось, самый страшный кошмар в ее жизни стал реальностью…