Роман с небоскребом - Елена Гайворонская

Наконец-то я получила диплом.

Все говорили, что глупо торчать в школе за копейки и с моим филологическим образованием можно запросто устроиться секретарем на хорошие деньги. Но я не могла представить себя сидящей в конторе с девяти до шести, да еще в строгой офисной одежде… Тесные пиджаки с кучей пуговиц, строгие юбки, блузки с глухими воротничками я ненавидела всеми фибрами души. Одна мысль о том, что придется целый день таскать на себе этот наряд да еще ласково улыбаться посетителям, мурлыкать в трубку и заваривать кофе, приводила меня в состояние, близкое к обморочному. А если хозяин еще и намекал на более тесные отношения… Скорее я пошла бы за прилавок к Алке, которая к этому времени обзавелась турецким бойфрендом Ахмедом из Стамбула, владельцем небольшой фабрички по пошиву кожаных изделий и дубленок, и вместе с новым другом теперь держала две точки – в Лужниках и на Савеловском.

Я пробовалась на роль телеведущей новой молодежной передачи. Прочитав объявление в газете, в компании двадцати девушек бойко прошла предложенные тесты, походила туда-сюда по воображаемой прямой, произнесла импровизированный текст в камеру. В итоге велели остаться мне и блондинке с небесно-голубыми глазами и пухлыми губками на полудетском личике вчерашней школьницы. Нас по очереди вызвали в кабинет. Девочки не было минут десять, после чего она вышла раскрасневшаяся, бросила на меня сердитый взгляд, с независимым видом уселась в кресло напротив, закинула ногу на ногу, достала из сумки глянцевый журнал и принялась лихорадочно шелестеть страницами.

В кабинете за столом сидел полноватый лысоватый мужчина лет пятидесяти в клетчатом пиджаке и кремовой рубашке с расстегнутым воротом. Он смерил меня с ног до головы оценивающим взглядом, словно товар на рынке, мельком глянул в тесты и протянул:

– Та-ак, Александра… А друзья вас как зовут – Шура? Саша?

– Саня.

– Ну, это уж как-то по-мужски, – пожевал губами мужчина. – Саша лучше… А скажите-ка, Сашенька, в анкете написано, что у вас есть ребенок, – он работе не помешает? У нас ведь трудная работа, ответственная… Больничные, прямо говорю, не приветствуются.

– Я полагаю, оплата соответствует работе. – Я выдержала его цепкий взгляд. – И я смогу взять няню.

– Хорошо, – удовлетворенно кивнул мой собеседник. – А если командировки? Ночные эфиры? Вы ведь замужем? Муж как на это посмотрит? Скандалы закатывать не будет?

– У моего мужа нервная система в полном порядке, – ответила я.

– Хорошо… – Мой собеседник улыбнулся, поднялся из-за стола, подошел, оказалось, что на каблуках я с ним практически одного роста. – Не буду скрывать тот факт, что ваша кандидатура меня очень заинтересовала. Но есть еще она претендентка, сейчас ожидает решения в коридоре… Девочке всего восемнадцать, ни мужа, ни детей… – Он произнес это так, что я ощутила себя в свои замужние двадцать два древней старухой. – И тоже очень привлекательная… А скажите, Саша… – его рука легла мне на плечо, – на что вы способны пойти, чтобы получить эту работу? Та девочка способна на многое…

– Вообще-то это всего лишь работа, – отпрянула я, сбрасывая его руку с плеча. – И я собираюсь добросовестно ее выполнять. Какие могут быть дополнительные условия?

– Все понятно. – Мой собеседник вмиг посуровел, вернулся к столу, принялся перекладывать какие-то бумажки и сухо объявил, что интервью закончено. На работу они возьмут мою восемнадцатилетнюю конкурентку.

Я вышла из кабинета. Девочка вздрогнула, захлопнула журнал и пронзила меня взглядом небесно-голубых глаз.

Я совалась и в другие места, но в середине девяностых спрос еще значительно превышал предложение, и молодые коммерческие структуры не горели желанием принимать на работу мать двухлетнего ребенка.