Герой ее романа - Элла Дэниелс

И именно он виноват в том, что произошло сегодня утром. Он все это начал. Хотя она, безусловно, не жалеет, что поцеловала его в ответ. Этот поцелуй доставил ей огромное удовольствие. А лежать в его объятиях… О, как это изумительно! Теперь-то она начинала понимать, что заставило Аннабель отвернуться от собственной семьи и лондонского общества и выбрать жизнь с Ху. Подобная страсть была величайшим из искушений. И она очень надеялась, что и у них с графом Хемзуэртом со временем возникнет нечто подобное. Надо только стараться – и искра вспыхнет.

– Я предлагаю забыть обо всем и сосредоточиться на возвращении Джинни. Что скажешь, малышка?

Подняв голову, Дани встретила улыбку Маркуса, и сердце ее гулко забилось в груди. Эта его улыбка, пусть и едва заметная, была долгожданной оливковой ветвью. Она кивнула и улыбнулась в ответ.

– Согласна.

Несколько минут тишину нарушало лишь шарканье сапог. Затем Маркус продолжил разговор:

– Ты действительно помогаешь сбегать только людям с «настоящей любовью»?

Дани в изумлении заморгала. И вдруг почувствовала, что ответ на этот вопрос очень важен для Маркуса. Решив подразнить, она с улыбкой сказала:

– Если спрашиваешь, первый ли ты охотник за приданым, которому я помогаю, то да, ты первый.

Он с подозрением на нее посмотрел, потом, снова улыбнувшись, попросил:

– Расскажи о своей… деятельности.

«Может, не стоит ему доверять?» – подумала Дани. Может, и не стоило, но она не хотела, чтобы он считал ее мошенницей. Дани надеялась, что заставит его понять, насколько важна любовь для брака. Любовь важнее всего! И если он поймет, то поймет и другое: Джинни должна вернуться домой без мужа.

– Обычно ко мне обращаются девушки… не очень-то расположенные к своим женихам, – медленно проговорила Дани. – Они просят помочь… Говорят, что хотят сбежать с возлюбленными в Гретна-Грин и побыстрее там обвенчаться. Потом, счастливо обвенчавшись, пара возвращается, рассказывает обо всем друзьям и часто рекомендует меня другим таким же парам.

Маркиз кивнул и проговорил:

– То есть женщины сплетничают, да?

Обидевшись за женщин, Дани нахмурилась.

– Мужчины тоже иногда… Дальше рассказывать или нет?

– Да, пожалуйста.

– С удовольствием, милорд. Вы, как всегда, любезны.

– Это тяжкое бремя, которое я должен нести, мисс Грин.

Дани фыркнула, но от комментариев воздержалась и продолжила рассказ.

– В агентстве «Гретна-Грин» руководствуются девизом «Они жили долго и счастливо». Мы планируем для невесты побег и гарантируем, что пара доберется до места назначения легко и удобно.

Перерубленная бровь маркиза взлетела на лоб.

– Ха! И это – ваше представление об идеальном побеге? Насколько мне известно, мисс Грин, спать в заброшенной лачуге и идти пешком многие мили не так уж приятно.

– Но вы, сэр, не дали мне времени на подготовку, – возразила Дани. – В большинстве же случаев у меня есть, по крайней мере, две недели, чтобы все организовать. Мне никогда еще не приходилось действовать… экспромтом.

– Должен заметить, что сейчас вы провалились с треском.

– Мне что, снова напомнить Правило про злословие? – пробурчала Дани.

Маркиз замахал руками.

– Нет, только не это! Вы своим соглашением убедили меня в том, что мне не следует занимать свое место в парламенте.

Дани пнула сапогом камень и притворилась, что не заметила, как камень попал в ногу Маркуса. Тот нахмурился, однако промолчал. Через минуту-другую спросил:

– И как же получилось, что вы стали этим заниматься?

– Совершенно случайно. Так уж вышло. Однажды ко мне пришла подруга, которую отец собирался выдать замуж за человека намного старше ее. Отец принуждал ее к этому браку, хотя она любила другого. Я очень расстроилась, но ничего не могла поделать. А через несколько дней ко мне обратился незнакомый мужчина, сказавший, что он – возлюбленный моей подруги. Они собирались сбежать в конце недели, но ее отец обо всем узнал и расстроил их планы. Возлюбленный подруги был в отчаянии.

Дани замолчала, вспоминая тот вечер и ужасно расстроенного молчуна Ху.

– И что же? – спросил маркиз. – Продолжайте…

Дани подняла на него взгляд и обнаружила, что они остановились посреди дороги. Она кивнула и вновь заговорила:

– Этот человек служил у ее отца. Тот уволил его и запер Аннабель в спальне. А ее возлюбленный просил моей помощи. Я не могла отказать. Я желала Аннабель счастья, поэтому все устроила – подкупила несколько человек, которые помогли ей ускользнуть из дома. Я благополучно проводила их, а через неделю они вернулись в Лондон счастливыми супругами.

– А почему ты продолжила этим заниматься?

– Ты должен меня понять. Пока моя мать не умерла, у родителей был брак, о котором можно только мечтать. Каждый день они говорили друг другу «я люблю тебя». И они действительно очень друг друга любили. Когда же я поняла, что лишь очень немногие могут на такое рассчитывать, я решила, что должна помогать любящим сердцам. – С вызовом посмотрев на маркиза, Дани добавила: – Поэтому я так возражаю против твоего плана относительно Джинни. Ты не должен заставлять ее, Маркус. С тобой она будет несчастна.

Маркиз задумался и снова зашагал по дороге. Через несколько минут проговорил:

– Значит, твоя мать умерла?..

Дани со вздохом кивнула.

– Да, к сожалению… – Ее охватило чувство глубокой грусти. – Ее не стало шесть лет назад. Это случилось незадолго до того, как Аннабель понадобилась моя помощь. – Дани помолчала. – Возможно, я с такой радостью помогала Аннабель и другим в память о маме. Она бы, наверное, даже помогала бы мне с агентством «Гретна-Грин». Мама очень сочувствовала несчастным.

Маркус кивнул и глухо произнес:

– Должно быть, очень приятно жить в такой счастливой семье, как у вас.

Дани нахмурилась и покосилась на своего спутника. Его последнее замечание говорило о многом… Но прошлое Маркуса стало еще более загадочным. И Дани поняла, что должна все о нем узнать. Тогда она сможет помочь Джинни. Но как же вызвать маркиза на откровенность?

– Да, у нас в доме было чудесно, – сказала Дани со вздохом.

Маркус взглянул на нее с удивлением:

– Было?..

Дани кивнула и снова вздохнула. Она никогда не говорила о своих отношениях с отцом. Ни с кем не говорила, даже с Аннабель. Но если это как-то поможет Джинни, то она готова.

– Да, именно было… Смерть мамы раздавила отца. Он ушел в себя и забыл о моем существовании. Он просто не замечает меня.

– А как он относится к твоей тайной деятельности?

Испугавшись, что сказала слишком много, Дани уклончиво ответила: