Путешествие с холостяком - Мишель Дуглас

Подняв голову, Куин прислушалась: ей показалось, что возле крыльца остановилась машина. Крепкий фермерский дом тети Мары прятался за оливковыми деревьями в стороне от дороги. От шоссе к нему вела аллея с табличкой «Частное владение», поэтому туристы заезжали сюда редко и по чистой случайности.

Мара ушла в свой магазин около часа назад. Куин еще вчера навела там порядок, поэтому сегодня, в воскресное утро, она и мальчики были свободны. Куин отметила закладкой страницу университетского проспекта и вышла на порог, чтобы объяснить дорогу заблудившемуся туристу.

Из машины вышел мужчина. Куин растерянно заморгала. Эйден? Сердце подскочило к горлу, закружилась голова. Она словно приросла к дверной раме, не в силах пошевелиться и отвести взгляд от стройной, атлетической фигуры.

Вернувшись из Сиднея на прошлой неделе, Куин мысленно попрощалась с Эйденом, уверенная, что больше никогда не увидит его. Она бесконечно повторяла про себя причины, по которым это конечно же только к лучшему. Как ни смешно, но сейчас ей хотелось прыгать от счастья, как сделали ее сыновья, когда увидели Эйдена. Они повисли на нем, а он обнял их привычным жестом. Он улыбался, словно был рад всех видеть.

Куин сбежала вниз по ступенькам.

– Какой сюрприз!

– Надеюсь, приятный. – Эйден наклонился и поцеловал ее в щеку.

Его запах и прикосновение губ подействовали на Куин, как глоток крепчайшего кофе.

– Конечно.

– Мы все покажем Эйдену, – обрадовался Робби.

Тот окинул смеющимся взглядом всю компанию:

– Значит, вам нравится новый дом? – В вопросе звучал искренний интерес.

Оба мальчика радостно закивали.

– Ты должен познакомиться с тетей Марой и осмотреть ее магазин, – сказал Чейз, который, к удовольствию Куин, сразу привязался к Маре.

– Отведем тебя к запруде – у нас там утки! – добавил Робби, – покажем оливковые деревья, и…

– Мальчики, – остановила их Куин, когда они, перебивая друг друга, начали строить планы. – Дайте Эйдену отдышаться. Ты, должно быть, поднялся на рассвете, чтобы приехать к десяти.

Он повел широкими плечами:

– Привык рано вставать.

– Кофе? – предложила она, стряхивая оцепенение.

– Не откажусь.

Как только они уселись за стол, у Куин появилось непреодолимое желание бежать куда глаза глядят. Она не могла объяснить, что подействовало сильнее: изучающий взгляд янтарных глаз, поднятая бровь при виде университетских проспектов или то, как он сразу заполнил собой кухню. Разум твердил, чтобы она держалась от Эйдена подальше, а женская природа настойчиво советовала усесться ему на колени. Куин неловко поерзала на стуле.

– Ты к нам на весь день? – поинтересовался Робби.

– Если ваша мама не против.

Три пары глаз устремились на нее.

– Я… – растерялась Куин. Зачем он здесь?

Эйден весело улыбнулся:

– Не удержался от любопытства. Я столько слышал об этом месте. Захотелось увидеть собственными глазами.

– Тут недалеко наша новая школа, – сказал Робби.

– А я покажу, где живет мой друг Эндрю, – подхватил Чейз.

– А еще оливковые прессы!

И…

– Ребята, – похлопала в ладоши Куин. – Вы дадите Эйдену полчаса, чтобы прийти в себя после длинной дороги, а я приготовлю ему поесть.

– Но…

– Никаких «но». Подумайте пока, с чего начнете.

Робби воодушевился.

– Сначала на запруду или в магазин? – спросил он у Чейза, хватая его за руку.

– Омлет на тосте? – повернулась Куин к Эйдену.

– Не хотел бы причинять хлопот.

– Никакого беспокойства. – Куин была рада заняться готовкой, а не сидеть за столом, глазея на него. Она склонилась над миской, взбивая яйца.

– Знаешь, тут совсем недалеко.

– Что недалеко?

– До Сиднея. Два часа по вполне приличной дороге.

– А… – Она не знала, что сказать.

Пауза затянулась. Куин сосредоточилась на готовке, боясь спалить омлет, тост и саму себя. Наконец она положила еду на тарелку, надеясь, что успокоится, пока он ест.

– Вкусно, – сказал Эйден и улыбнулся ей, отчего волнение только усилилось.

Молчание становилось угнетающим.

– Ты был прав, – неожиданно заявила она, хлопнув ладонью по проспектам.

– Я собирался спросить, но побоялся, что и так напряг тебя. Но вообще-то умираю от любопытства.

Он усмехнулся, и Куин усмехнулась в ответ. Эйден перестал жевать и посмотрел на нее потемневшими глазами. У Куин остановилось сердце, к щекам прихлынула кровь. Она сгребла к себе проспекты и, преодолевая туман в голове, сосредоточилась.

– Пищевая промышленность – невероятно увлекательная вещь. Представь: живу на плантации, но только сейчас узнала, что переработка олив – сложнейшая вещь. Более того, у нас есть все условия, чтобы поставлять не только столовые оливки, но и производить масло. Я планирую… – Она понимала, что тараторит от волнения. – Конечно, потребуется время, но… – Куин пожала плечами и заставила себя остановиться.