Романтика для циников - Никола Марш

Кэш сражался с галстуком-бабочкой, когда в дверь позвонили.

Он взглянул на часы и нахмурился. У него оставалось меньше получаса, чтобы заехать за Люси и успеть к началу бала, который должен был состояться в ратуше. Так что кто бы ни пришел – придется ему развернуться.

Кэш открыл дверь, и его сердце упало. На пороге стояла Ивенка Шор, известная ведущая новостей и одна из главных его клиенток. Встречи с ней всегда оказывались чрезвычайно длинными. И драматическими.

Ивенка имела обыкновение превращать муху в слона, но сейчас у Кэша не было времени на это представление.

– Есть минутка, Кэш?

Ивенка, не дожидаясь ответа, прошла в дом с целеустремленностью женщины, привыкшей получать желаемое.

– Разве что минутка. Я как раз ухожу.

– Собираетесь на бал? – Она оглядела свое узкое черное платье, не слишком скрывавшее ее прелести. Как-то Кэш ими заинтересовался, но это было всего раз и давно. А сейчас ему пуще прежнего захотелось к Люси.

– Да.

– Я тоже туда собираюсь. Говорят, это будет просто бомба!

Кэш, стараясь скрыть нетерпение, взглянул на часы.

– Простите, но это точно не может подождать до завтра? Мне правда пора идти…

– Помните последнее вложение, которое вы сделали от моего имени? Мой братец что-то мутит с дивидендами, я беспокоюсь. Мне нужна ваша помощь.

Черт. Как бы ему ни хотелось выставить ее за дверь прямо сейчас, он не мог. Она рекомендовала его слишком многим клиентам. Придется разбираться прямо сейчас.

– Дайте мне минуту. Мы все уладим.

– Я знала, что могу на вас рассчитывать! – Она послала Кэшу воздушный поцелуй, и он внутренне поежился.

Он заскочил в кабинет, чтобы схватить ноутбук, набрать короткое извинение Люси и дать новые распоряжения водителю лимузина. Чем быстрее он разберется с проблемой Ивенки, тем быстрее встретится с женщиной, которая ему нравится.

Погасший экран ноутбука загорелся, на нем появилась картинка, на которую он вчера пялился целый день, то и дело отвлекаясь от работы. Увеличенная фотография Люси, которая смотрит на него во время того интервью после дискотеки.

Он точно знал, когда был сделан этот снимок. В конце, когда они говорили об идеальном свидании.

Тогда его удивила ее уязвимость, а сейчас поразил ее взгляд. Она словно внезапно преисполнилась доверия к нему и рассказала о чем-то очень личном.

Та дискотека была их первым мероприятием в недельном списке, и он распускал хвост, стараясь произвести на нее впечатление. И добиться ее тоже – учитывая финальный поцелуй.

И глядя сейчас на фотографию, он осознал то, о чем не мог даже помыслить. На этой фотографии не только Люси была застигнута врасплох.

Он сам, выражение его лица, язык тела – Кэш на тысячу процентов был сосредоточен на ней.

Ослепительно-яркая вспышка понимания.

Люси ему не просто нравилась.

Он ее любил.

Ни одна женщина не вторгалась так в его мысли и мечты.

Несколько месяцев она маячила на периферии его жизни, и ему понадобился этот дурацкий пиар-спектакль, чтобы увидеть правду: вот та, ради которой он готов рискнуть всем.

Кэш потер грудь, не в силах оторвать взгляд от фотографии.

Он любил Люси.

А это порождало следующий вопрос: что теперь ему с этим делать?

Люси хотела произвести впечатление.

Она из кожи вон лезла. Мейкап, маникюр, прическа, сногсшибательное платье, которое она не могла себе позволить и все же купила.

Ей не нужен был стилист, который подсказал бы, какой наряд выбрать. Она и сама знала. Шелковое узкое платье глубокого алого оттенка с низким лифом, вырезанным в форме сердца и украшенным стразами, льнуло к ее телу, подчеркивая соблазнительные изгибы.

Карамельные пряди в волосах, огромные глаза, подчеркнутые тенями.

Если бы только Кэш, взглянув на нее, захотел вывести их роман из притворства в реальность! В шутку он дважды назвал ее Золушкой, но теперь Золушка не собиралась возвращаться в полночь к своему покрытому сажей очагу.